Цитаты из книг автора «Марина Ефиминюк»

– А вы рисковые, – заметила я. – Думаешь, зубы испортим? – закатил он глаза. – Наешься конфет – захочешь пить, напьешься воды – приспичит в уборную. Но ты, конечно, грызи леденцы, Флемм. Уверена, эта ночь будет самой незабываемой в твоей жизни. Ботаник немедленно проглотил конфету, как горькую пилюлю, не рассасывая, и буркнул: – Все удовольствие испортила, Ведьма. – На правду обижаться вредно для здоровья, – парировала я.

– На сегодня мы закончили отработку бега по кругу! Поздравляю! – Восславьтесь добрые боги, – на выдохе пробормотала Тильда. – И начинаем отработку защиты и нападения! – бодро добавил Гариф. – Боги, как я люблю бег по кругу, – простонала она. – Юри! – ткнул он пальцем в сторону Матильды. – Ты идешь в пару к Бади! – Спасибо, боги! – едва слышно, но с восторгом

– Аниса… – тихо, и это по-настоящему удивляло, позвала Тильда. – У меня тут закралось кое-какое сомнение. У Армаса в лекции ведь нет ругательств? – А их вы тоже переписываете? – охнула я

Украдкой я покосилась на почти опустевший зал. Народ по-тихому линял через дверь, которую с улицы придерживал для беглецов хозяин. Столы остались пустыми: еду и питье люди уносили с собой. Техничный побег наводил на мысль, что метод эвакуации был опробован не один раз и отработан до малейших деталей.

– Не знаю, как у ведьм, а у людей принято смотреть собеседнику в глаза, а не на пупок. – Вообще, я смотрела на кубики. Шесть крепких кубиков. Твой пресс будит во мне черную ведьму. Уверена, что колдовская сила вернется быстрее, если ты не станешь одеваться. Губы мужчины дернулись в ироничной улыбке

– Не понимаю, почему вы орете на меня? Ведь не я его укокошил… – фыркнул он обиженно, как ребенок. – Эльза, не знаю, как у черных ведьм, но если обычного человека ударить чугунной кочергой по голове, то он не всегда выживает. – Ты его ударила по голове кочергой? – озверел Уильям. – Если бы я ударила его вазой, было бы эстетичнее?

– Эй, вы двое! Стойте! – Не знаю, как быстро пришел в себя народ от выступления новой хозяйки поместья, но Уильям нас нагнал посреди холла и процедил едва слышно: – Что происходит? – Ничего, – хором заявили мы с Картером. – Тогда почему вы сбежали из гостиной так, как будто у вас на втором этаже спрятан труп? Тут мы замялись и переглянулись. Подозреваю, нас выдали честные лица, ведь ни у Картера, ни у черной ведьмы честного выражения на лице не могло быть по определению. – Да вы шутите… – изумленно протянул Уильям. – Это была самозащита! – тут же заявила я. – Тише вы! – цыкнул младший брат

не можешь укусить противника – гордо проигнорируй. Он устанет ждать и расхочет шутить.

– Не ори и дверь закрой! – Что ты делаешь? – продолжал допытываться он. – Вместе с… Барнсом?! Он что, без сознания? – Он умер. – Совсем?! – Мертвее некуда, – подтвердила я. – Постой, ты что, укокошила брата Дороти на глазах у самой Дороти?!

ели жареных лягушек, воровали кровяную колбасу из хозяйственного чулана и едва не лишили дом штата прислуги. Разве можно столь ярого идейного врага дать в обиду? – Дамы, – мило улыбнулась я. – Может быть, вам подлить чаю? – Ох, деточка, было бы неплохо, – прокудахтала одна, протягивая мне опустевшую чашку. – И принесите тех славных канапе с креветками. Чудесная закуска. Плеснув чаю, я вернулась обратно к сплетницам. – А канапе? – последовал немного возмущенный вопрос. – Закончились, – соврала я и указала на безвкусную нитку прозрачных стеклянных горошин, украшавших шею противницы: – Какие милые хрустальные бусы.