Цитаты из книг автора «Марина Бандиленко»

Первые бои произошли на русско-германской границе. У деревни Любово казачий разъезд 3-го Донского Ермака Тимофеевича полка напал на взвод немецких конных егерей. Казаков было четверо, егерей – 15 человек. Этот короткий, но яростный бой принес всероссийскую славу казаку Козьме Крючкову. Он бился один против восьмерых. Егеря выбили у него шашку и попытались взять в плен. Но, выхватив у немца пику, казак выбил из седла нескольких противников и одного заколол. Его командир убил офицера. Оставшиеся егеря

Страна была охвачена небывалым патриотическим подъемом. Во всех городах шли манифестации. Их участники приветствовали решение царя объявить войну, бурно выражали поддержку сербам и ненавидели немцев. На волне антигерманских настроений даже было принято решение о переименовании Санкт-Петербурга в Петроград. Добровольцами в армию поступили известнейшие в стране люди, в том числе писатель Александр Куприн и поэт Николай Гумилев. Пытался записаться в добровольцы даже поэт-футурист Владимир Маяковский, но его не взяли как неблагонадежного: Маяковский был участником революционного движения, трижды арестовывался и успел несколько месяцев посидеть в тюрьме. Впрочем, он все же надел погоны в 1915 году, уже в порядке мобилизации, и служил в столичной тыловой части, параллельно сочиняя патриотические частушки:   Обвалилось у Вильгельма Штыковое рыжеусие, Как узнал лукавый шельма О боях в Восточной Пруссии.

манифест читали и в Санкт-Петербурге. Перед Зимним дворцом собрались тысячи жителей столицы, заполонившие площадь и все прилегающие улицы. На балкон дворца вышел император Николай II. Председатель Государственной Думы Николай Родзянко вспоминал: «Когда толпа увидела царя, ее словно пронизала электрическая искра, и громовое „ура“ огласило воздух. Флаги, плакаты с надписями: „Да здравствует Россия и славянство!“ склонились до земли, и вся толпа, как один человек, упала перед царем на колени. Государь хотел что-то сказать, он поднял руку, передние ряды затихли, но шум толпы, не смолкавшее „ура“ не дали ему говорить…»

Эта война, которую вполне можно было избежать, навсегда изменит лицо Европы и всего мира и станет одной из самых страшных в истории человечества, унеся более 10 миллионов жизней… В России ее сначала называли Второй Отечественной, потом – Великой, и лишь позднее назовут Первой Мировой.

Вечером 1 августа, когда Николай II возвратился после Всенощной в Феодоровском соборе, ему доложили о ноте германского правительства и объявлении войны. Государь немедленно отправил еще одну телеграмму императору Вильгельму. Она также осталась без ответа. Во время ужина государыня и ее дочери плакали. Императрица Александра Федоровна первой произнесла пророческие слова: «Битва будет ужасной… Человечество пройдет через величайшие испытания…» Вечером 1 августа немецкие войска вступили на территорию Люксембурга. Через сутки это государство было полностью оккупировано. 3 августа Германия официально объявила войну Франции. 4 августа германская армия пересекла бельгийскую границу. В ответ Великобритания объявила войну Германской империи. 6 августа Австро-Венгрия объявила войну России.

прозван «Лукавым». Берлин предъявил Петербургу ультиматум – через 12 часов российская мобилизация должна быть прекращена.

Становилось понятно, что России нужно надеяться только на себя. 31 июля в стране была объявлена всеобщая мобилизация. Верховным главнокомандующим сухопутными и морскими силами империи был назначен великий князь Николай Николаевич. Великий князь Николай Николаевич (Младший) (1856–1929) – внук императора Николая I, дядя императора Николая II. Участник Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, генерал от кавалерии. Популярен в армии, но за огромное честолюбие, властолюбие и резкий характер офицерами гвардии

Англичане до унижения отчаянно пытались отгородиться от своих обязательств перед союзниками, чтобы избежать участия в конфликте. Министр иностранных дел Англии Эдуард Грей обещал немцам, что его страна не будет мешать Германии воевать с Россией, если немцы не тронут Францию. Но это было еще не все: из 18 членов британского правительства 12 выступили против исполнения союзнического долга и перед Францией. Французы были шокированы. Всего несколько лет назад англичане уговорили Францию сосредоточить весь свой флот в Средиземном море, обещая защищать ее северные берега. А теперь французское побережье оказывалось совершенно беззащитным перед немецкими линкорами. Узнав об этом, французский посол в Англии Поль Камбон сказал: «Не пора ли вычеркнуть слово „честь“ из английского словаря?»

Каждая из стран пыталась решить лишь свои собственные проблемы. Лишь Николай II стремился избежать войны, делая для этого все возможное. Он немедленно отправил германскому императору телеграмму: «…Было бы правильным передать австро-сербский вопрос на Гаагскую конференцию. Рассчитываю на твою мудрость и дружбу». Не принять это предложение было просто нельзя, но Вильгельм II на телеграмму не ответил. Это означало одно – Германия хочет войны. В этот же день в немецкой армии были отменены все отпуска.

Через пять дней после ультиматума, 28 июля 1914 года, в 11 часов утра, Австро-Венгрия под давлением Германии объявила Сербии войну. Сербскую столицу от Австрии отделяла лишь река Дунай. Австрийцы установили орудия и начали хладнокровно расстреливать Белград. Вначале никто не мог поверить, что в Европе XX века убийство одного человека может стать причиной артобстрела жилых кварталов европейской столицы. А затем последовали действия… Россия первой заявила, что никогда не допустит оккупации Сербии. Между Санкт-Петербургом и Берлином, Берлином и Веной, Веной и Санкт-Петербургом, Санкт-Петербургом и Парижем, Парижем и Лондоном летали телеграммы. Послы встречались с премьер-министрами и монархами.