Глава 8: Драка в карете

Фаран, чёртов шут. Ему лишь бы скакать.

– Думаешь, сейчас лучшее время? Посол и его жена много пережили, они напуганы, – заметил король.

– Вот и расслабятся! Все любят балы!

Похоже, моё лицо слишком ясно выражало собственную «любовь к балам», потому что король покосился и спросил:

– А ты, Гредвар?

– А я и так расслабленный, – пожал плечами я. – Впрочем, тоже люблю балы: темно, музыка приятная, вид сверху красивый.

– Перестаньте, герцог, – зацыкал шут. – Сколько можно стоять на балконе, высматривая людей, как ястреб? Окажите уже честь одной из наших дам.

Опять! Он прекрасно знал, что я ненавижу такие разговоры. Сохранил каменное лицо:

– Не слишком-то ты наблюдателен, Фаран. На весенний бал я приходил с дамой.

– Ах да, баронесса Лирита, – кивнул король. – Но это необязательно с ней. Приди со своей дамой.

– Вы и сами всё знаете, Ваше Величество, – произнёс я почти шёпотом.

– Она больна! – влез шут. Как глупо было полагаться на его тактичность!

Будто нож вонзился меж лопаток, спина отозвалась болью, лицо застыло, даже губы пришлось разжимать с усилием:

– Да.

– По-прежнему не хочешь показать её целителям? – король взглянул снизу вверх. Я и не заметил, как встал.

– По-прежнему.

– Ладно, держись. Передай, пусть поправляется. Не дождусь, чтобы всё-таки увидеть её.

– Понимаю вас, Ваше Величество, – вступил шут. – Это должно быть лучшая женщина королевства, раз сердце нашего герцога принадлежит ей без остатка.

– Я тоже так думаю, – тихо кивнул король.

Ох, знал бы он…

– Но стоять на балконе не выйдет, – продолжил он. – Тебе придётся «помириться» с послом Хазинкасом и его женой. Разумеется, после того, как они убедятся в твоей невиновности.

– Не извольте беспокоиться, мой король. Виновный будет найден, – поклонился я и поспешил выйти.

Ну почему жизнь всегда такая неровная? То пустота и тишина, то всё сразу обрушивается разом.

Нужно как можно скорее найти Ранира. Не просто так этому щенку велели убить Брезана – наверняка хотели помешать некромантам. Если это действительно связано с Чёрным Злом… то дело пахнет военным положением. Но пока я не уверен. Надо бы связаться с Дизубом. Интересно, Брезан записывал адреса или держал их только в голове?

Я шагал по коридорам так быстро, как позволяли приличия, и почти забыл, что впереди ждёт ещё одна напасть. Лирита. Она будто чувствовала себя обязанной выскакивать мне навстречу.

– Ах, герцог! – едва не сбитая, она схватилась за сердце.

– Ах, леди, – отозвался я и пошёл дальше.

Раньше был с ней любезнее, но уже надоело. Особенно после разговора о Миноре – настроение и так никакого.

– Что с вами? – донеслось мне вслед.

Этажи, лестницы, кабины подъёмников – и вот я уже внизу, во дворе.

Задний двор всегда выглядит немного вымершим. Во дворце не действует магия: установленные артефакты Пустоты беспощадно глушат любое её проявление. Редкие растения выживают в такой ауре. Потому розовые кусты, что зачем-то посадили тут, вяли, сколько бы за ними ни ухаживали. Зато о статуях и фонтанах забыли напрочь: серые, пыльные, заброшенные. И правда, зачем? Знать тут не гуляет, ей положено блистать наверху. Двор служит лишь стоянкой для карет – моя ждала у входа.

Демон в ней шевельнулся, но я мотнул головой и растворился в толпе за воротами. Подсел на телегу торговца, что катил к южной дороге, а там пошёл пешком к дому Брезана.

Он жил в глубине двора на старой улице. Я резко остановился: дверь распахнута. Прислушался. Внутри звучало несколько голосов. Мужчины и… женщина. Её странное кваканье резало слух, слова разобрать было невозможно.

Храмовники. Должно быть, связали происшествие на кладбище с пропажей тела. А может, и нет?

Стиснув зубы, я накинул «Невидимость» и двинулся вперёд. Но разговоры внезапно стихли, и на улицу шагнули трое в храмовых рясах. Медленно, молча.

Я замер, невидимый, среди двора.

И тут из дома квакнуло:

– Вон он, у колодца! Хватайте же его, пустосвяты убогие!

Холод пронзил меня. Что? Они не могли заметить меня на таком расстоянии. Но из дверей тут же вырвался разряд и возмущённое кваканье:

– Уйдёт же!

Я испытал невольное уважение: это ж надо, одним ударом обжечь меня, обездвижить и развеять невидимость. Мы с храмовниками замерли, вытаращившись друг на друга: у них шок, у меня – «Паралич».

– Герцог Гредвар? – выдохнул один.

– Герцог Гредвар! – повторили остальные.

Одно было ясно: влип. Теперь оставалось только одно – бежать. Но сперва сыграть роль. С усилием ослабил чары, кивнул и тут же набросился на них прежде, чем они опомнились:

– Что тут происходит? Что вы себе позволяете?!

– Мы… э-э… мы расследуем дело о пропавшем теле!

Я прошёлся деловым видом, стараясь не выдавать, что не снял «Паралич» полностью, заглянул в дом – темно и пусто.

– Ну и кто тут с вами?

– Эта госпожа нам помогает.

– А я вам тогда зачем, бездельники? Ухожу.

С показным возмущением развернулся и зашагал прочь, постепенно ускоряясь.

«Теперь скрываться придётся куда тщательнее. Чары ещё держат, я еле двигаюсь. Но кто эта баба? Откуда у неё такая сила? Храмовники тоже могли замышлять недоброе – зло нередко зреет именно там, где его меньше всего ждёшь. Надо выследить».

Я вышел на мостовую, оглядел вывески двухэтажных домов. Опять этот «Клуб» – ну что ж, в нём можно пересидеть, выждать. Пересёк улицу, но дышать брожением и гарью мне было не суждено.

– Эй, милорд! Милорд! – донеслось из стоящей у дороги коляски. Из-за штор показалась голова в капюшоне. – Сюда, подвезу! Милорд!

Пришлось подойти, пока вся улица не обратила внимание.

– Что орёшь? – прошипел я.

– Орден Непринуждённых, – тут же представился человек и быстро зашептал, вынуждая склониться ближе: – Приветствую, Ваша Светлость! Баронет Ранир ищет вас!

К Раниру у меня много вопросов. Но…

– Откуда знаешь, что я здесь?

– Наши вас повсюду ищут. Я у дома Брезана караулил – думал, вернётесь. Ранир пришёл утром в трактир весь бледный, дрожащий… а за ним – этот… мертвец, – последнее слово он выдохнул одними губами, – не отходит ни на шаг.

Ну, это точно Непринуждённые. Только они знали, что я послал Брезана за Раниром, а распространяться не стали бы. «Дела ордена решаются внутри ордена», и это правило – закон.

– Понимаю, – кивнул я. – Надо было Раниру оставаться на месте. Я бы допросил спокойно. Сам виноват, что убежал.

– Так вы поедете? Он сказал, что на всё согласен! – человек мял руки.

– Разумеется, поехали.

Я огляделся и залез в душный салон. Темнота мне не мешала. Коляска качнулась, мы тронулись, и капюшон спутника чуть сполз, приоткрыв лицо. Надо же, и его я не знал, как и Ранира. Понаберут же новичков.

– Давно в ордене?

– Седьмой год.

Коляска резко свернула. Уже? Да ещё к западу, к краю плато? Штаб ордена – на северо-востоке.

– Седьмой год? Когда перевели в Асилоту?

Он замялся, пожал плечами:

– Да… э-э… Я всегда тут состоял.

Как бы не так.

– А, понятно, – улыбнулся я и в тот же миг накинулся.

Врёт – и думать нечего. Всех, кто служил дольше двух лет, я знаю.

«Паралич», лёгкий удар огня и «Стальной рукой» за горло – безотказная комбинация, если только противник не маг…

«Паралич» его почти не взял, «Стальную руку» он перехватил своей «Стальной рукой». Огонь сработал, но лишь раззадорил.

К тому же на мне ещё держались чары замедления.

Мы сцепились, пальцы искрили от заклинаний, воздух дрожал от напряжения. Свободной рукой он швырял в меня боевые разряды один за другим. Я уходил «Уворотом», выжидая, пока он выдохнется. И дождался: как только сбавил темп, я ударил молнией точно в шею.

Одна атака могла решить всё. Но карета вдруг вздрогнула, и нас обоих швырнуло в переднюю стенку.

Мир перевернулся. Пол стал потолком, ноги прилипли к крыше, глаза залило пылью. Я только начал подниматься, как что-то холодное сдавило горло. Руки метнулись к шее, – серебряная цепь. Серебро сдерживает магию, словно вата глушит звук. И хоть мне одной цепочки мало – кожу обожгло адским пламенем.

– Герцог Гредвар, – гремел у ушей голос попутчика, – именем Всевышнего вы арестованы за нарушение канонов Храма. Вы обвиняетесь в некромантии!

«Да будь ты проклят!» – хотел сказать я, но не смог даже вдохнуть. Жаль: я в таком состоянии духа, что он бы согнулся вмиг.

Дверь перекошенной кареты распахнулась, мои ноги вывалились наружу. Кандалы щёлкнули на лодыжках – тоже серебряные, уже серьёзнее. За них меня и вытянули.

Я едва не ударился головой, зато сорвал цепь с горла.

Мы оказались на пустой дороге: скалы с одной стороны, деревья с другой, за ними – соседняя улица. Передо мной выстроились пять храмовников.

Проклятый Бранта. Значит, заранее всё подготовил – храмовники поджидали у дома Брезана. Вообще на него не похоже – он тот ещё рохля. Но, конечно: строительство храма в Баркии, расширение влияния на чужой территории – для него вопрос жизни и смерти. Ну что ж, сам себя и погубит. Но откуда у них сведения о Ранире?..

– Это он! – выкрикнул спутник. – Сэр Ранир сказал правду!

«Ранир сам их привёл? Надеюсь, успел попрощаться с орденом. Ну подожди, пацанчик… мы с тобой ещё увидимся.»

Храмовники накинулись, навешивая больше серебра, и в добавку амулеты, да так рьяно, что я еле двигался под их весом.

– Ребята! – выкрикнул я. – Когда мне щекотно, я за себя не отвечаю.

– Вы отправляетесь на дознание, – отчеканил старший. – Вам запрещается применять магию до решения Мудрейшего.

Они бы мне ещё ноги сломали, а потом запретили ходить.

Глава 9: Ложь и доказательства

– Два самых важных ресурса некроманта в наше тяжёлое время – время и силы. Не трать их зря. И помни три вещи. Первая: не вскрывай старые могилы. Чем дольше покойник пролежал, тем дороже он обойдётся. Вторая: готовь тело правильно – обеззаразь кожу, сшей разрывы, проверь кости. Скелет – это каркас. Третья: поднимай мёртвых подальше от того селения, где они жили. Но, конечно, не сегодня. Сегодня мы заявляемся на свадьбу негодяя с тремя его же убитыми жёнами – и в этом-то и весь смысл…

Конец ознакомительного фрагмента.