Цитаты из книг автора «Маргарет Тэтчер»

Моим сильнейшим впечатлением в ранние годы было, должно быть, посещение Лондона в двенадцатилетнем возрасте. В сопровождении друга моей матери я прибыла на поезде на станцию Кингс Кросс, где меня встретили реверенд Скиннер и его жена, друзья нашей семьи, которые должны были обо мне позаботиться. Лондон меня ошеломил: станция Кингс Кросс сама по себе была гигантской суматошной пещерой, остальной город был ослепительной торговой столицей империи. Впервые в жизни я увидела людей из

Также в доме всегда много трудились. В моей семье не знали безделья – отчасти потому, что праздность была грехом, отчасти потому, что всегда было много работы, и отчасти, конечно, потому, что мы просто были такими людьми. Как я упоминала, когда было необходимо, я помогала в магазине, но также, благодаря моей матери, я поняла, что это значит – управляться с домашним хозяйством так, чтобы все работало как часы, даже если целый день она провела за прилавком, обслуживая покупателей. Хотя перед войной у нас была горничная, а после войны – помощница на пару дней в неделю, мама всегда много трудилась по дому сама, и это требовало гораздо больше работы, чем в современном доме. Она научила меня, как правильно гладить мужские рубашки и вышитые изделия, не повредив их. Огромные утюги нагревались на открытом огне, и я унаследовала секрет, как придать идеальный вид белью, смазав часть утюга нужным количеством свечного воска. Как ни странно для тех лет, в средней школе мы изучали домоводство – все, от правильной стирки до управления семейным бюджетом. Так что я была вдвойне подготовлена к управлению домашним хозяйство.

я должна буду организовать наши жизни таким образом, чтобы позволить себе быть и матерью, и профессионалом.

Несомненно, быть матерью и домохозяйкой – это призвание высокого рода. Но я просто чувствовала, что это не единственное мое призвание.

«Хотя дом всегда должен быть центром жизни человека, это не должно ограничивать его амбиций».

И все же удача так заманчива, что все, что обещает принести хоть чуточку ее, всегда желанно.

Интервьюируемый, если он не напряжен и не нервничает, скорее всего плохо себя покажет, ибо, как скажет вам любой химик, нужен выплеск адреналина, чтобы показать, на что ты способен

Мы мало что знали об идеологии коммунизма и фашизма в то время. Но в отличие от многих консервативно мыслящих людей мой отец яростно возражал против того, что фашистский режим нужно поддерживать, поскольку это единственный способ победить коммунистов. Он верил, что свободное общество было лучшей альтернативой обоим режимам. Это его убеждение скоро стало и моим.

Эта стойкость, определявшая приверженность собственным убеждениям, даже если другие не согласны или ты стал непопулярным, была привита мне с ранних лет.

Огромным изменением, коснувшимся в то время Британии – и оказавшим большое влияние на мою политическую жизнь, – стало превращение Советского Союза из брата по оружию в смертельного врага. Важно подчеркнуть, как мало знало большинство людей на Западе в то время об условиях жизни в СССР. Я никогда не симпатизировала коммунизму, но мое неприятие его в то время было скорее интуитивным, нежели интеллектуальным. Гораздо позднее, когда я много думала и читала о коммунистической системе, я увидела, в чем именно состоят его слабость и порочность. И интересно отметить, что, когда Хайек писал новое предисловие к «Дороге к рабству» в 1976 году, он тоже чувствовал, что «недостаточно подчеркнул значимость опыта коммунизма в России».