Цитаты из книг автора «Маргарет Митчелл»

Здесь, в северо-западном углу штата, под Чикамаугой, впервые за всю войну произошло большое сражение уже на земле Джорджии.

После поражения при Геттисберге и Виксберге линия фронта армии южан была прорвана в центре. С упорными боями войска северян заняли почти весь штат Теннесси.

Спотыкаясь, как слепая, бросилась она через всю гостиную в холл и вцепилась в концы его кушака. – Поцелуйте меня! – прошептала она. – Поцелуйте меня на прощание. Его руки мягко обхватили ее плечи, его голова склонилась к ее лицу. Она ощутила прикосновение его губ к своим губам и крепко обвила руками его шею. На какой-то краткий, быстротечный миг он с силой прижал ее к себе. Она почувствовала, как напряглось его тело. Затем, выронив из рук шляпу, он расцепил обвивавшие его шею руки. – Нет, Скарлетт, не надо, – глухо произнес он и так стиснул ее запястья, что ей стало больно. – Я люблю вас, – задыхаясь, пробормотала она. – Я всегда любила только вас. Никогда никого больше не любила. Я вышла замуж за Чарльза просто… просто вам назло. О Эшли, я люблю вас! Я готова идти пешком в Виргинию, лишь бы быть возле вас! Я бы стряпала для вас, и чистила бы вам сапоги, и ухаживала бы за вашей лошадью… О Эшли, скажите, что вы любите меня! Я буду жить этим, пока не умру! Он наклонился, поднял шляпу, и она увидела его лицо. Вся его отчужденность, замкнутость исчезли. Это было самое несчастное лицо на свете. Она поняла, что он любит ее и ее любовь дает ему радость и повергает его в безмерное отчаяние и стыд. – Прощайте, – хрипло проговорил он. Скрипнула отворенная дверь, порыв ледяного ветра ворвался в дом, колыхнув

– Ох, ну вот! – пролепетала она совсем по-детски и упала на стул. Слезы брызнули у нее из глаз. И тут она услышала зловещий шум за окном, который безжалостно подтвердил ей неизбежность предстоящей разлуки. Так язычник, заслышав плеск воды под веслами ладьи Харона, проникается чувством безмерного отчаяния и обреченности. Дядюшка Питер, закутавшись в одеяло, подогнал к крыльцу коляску, чтобы отвезти Эшли на вокзал.

– Я, мне кажется, знаю вас лучше, чем другие, – во всяком случае, мне приятно так думать, – и вижу то прекрасное, что скрыто в вас, но ускользает от внимания тех, кто привык судить слишком поверхностно или слишком поспешно.

Когда я все это вижу, а потом смотрю на янки, я понимаю, что всему конец. Янки, Скарлетт, нанимают себе солдат в Европе тысячами. Большинство солдат, взятых нами в плен в последние дни, не знают ни слова по-английски. Это немцы, поляки и неистовые ирландцы, изъясняющиеся на гаэльском языке. А когда мы теряем солдата, нам уже некого поставить на его место. И когда у нас разваливаются сапоги, нам негде взять новые. Нас загнали в щель, Скарлетт. Мы не можем сражаться со всем светом.

словно, казалось ей, он уже ощущал присутствие смерти у себя за плечом и слышал леденящий душу вопль банши – привидения-плакальщика из ирландских народных сказаний.

Ретт Батлер несколько месяцев назад привез ей из Гаваны желтую шелковую шаль, пестро расшитую синими и красными цветами и птицами, и всю эту неделю она прилежно спарывала вышивку, а потом раскроила шаль и сшила из нее длинный кушак.

достала длинный желтый кушак из плотного китайского шелка с тяжелой бахромой по концам.

Мелькнула горделивая мысль о том, что он самый красивый воин на свете. Кобура, ремень, шпоры, ножны – все на нем блестело, усердно начищенное дядюшкой Питером.