Цитаты из книг автора «Маргарет Митчелл»

Мисс Мелли… того… она не может?.. – Порк тактично умолк. – Да, у мисс Мелани нет молока. – Господи, мама упала бы в обморок от этих слов! – Так, мисс Скарлетт, моя Дилси может покормить ребеночка мисс Мелли. Моя Дилси только-только родила, и молока у нее хватит на двоих. – Так у тебя тоже новорожденный, Порк? Младенцы, младенцы, младенцы… Зачем Господу Богу столько младенцев? Впрочем, это же не Бог их творит. Их творят глупые люди. – Да, мэм, большой толстый черный мальчик. Он…

– Сейчас оно будет в самый раз и для леди, и для ее папы. Живее, Порк, откопай бочонок и принеси два стакана, немного мяты и сахара, и я приготовлю джулеп[6].

Значит, нет вина, – произнесла она тупо, и перед взором ее воскресли бесчисленные ряды бутылок в отцовском погребе. Что-то еще шевельнулось в памяти. – Порк, а кукурузное виски в дубовом бочонке, который папа закопал под беседкой? И снова по темному лицу проползло нечто похожее на улыбку – радостную и исполненную уважения.

– Я-то, мисс Скарлетт, совсем было и позабыл про ямс. Думается, там все цело. Янки же никогда не сажают ямс. По-ихнему, это так – дикое чевой-то, и…

Эллин, ее изящное резное кресло перед секретером, потертый ковер – все, все было как прежде, не было только самой Эллин, и легкого аромата сухих духов лимонной вербены, и мягкого взгляда темных, с узким разрезом глаз. Скарлетт почувствовала, как к сердцу ее подкрадывается боль, – словно нанесенная ей глубокая рана, оглушившая ее, притупившая сначала все чувства, теперь давала о себе знать. Она не должна позволить этой боли разрастись сейчас. Впереди у нее еще целая жизнь, через которую она пронесет эту боль. Да, только не сейчас. «Господи, помоги мне! Только не сейчас!»

и Эллин, как всегда, будет сидеть там за секретером;

Натруженные пальцы Скарлетт судорожно стиснули руку отца. – Они поправились, па? – Девочки поправляются. Голос его оборвался, и в наступившем молчании мысль, слишком страшная, чтобы дать ей облечься в слова, начала заползать в сознание Скарлетт. Она не могла, не могла заставить себя задать этот вопрос. Она сглотнула слюну, попыталась сглотнуть еще раз, но во рту и в горле внезапно так пересохло, что она едва могла дышать. Значит, вот почему в доме такая мертвая тишина? И, словно угадав ее невысказанный вопрос, Джералд заговорил. – Твоя мать… – вымолвил он и умолк. – Мама?.. – Она вчера скончалась.

Ну, раз ты так все знаешь про коров, тогда снимай нижнюю юбку, порви ее и привяжи корову к задку повозки. – Мисс Скарлетт, так у меня ж, почитай, месяц как нет нижней юбки, а когда б и была, я б нипочем не стала вязать корову. Я совсем не умею с коровами. Я их боюсь.

Как это мы заберем корову, мисс Скарлетт? Мы не можем забрать корову. Какой с нее толк, раз она давно не доена? Вымя у нее раздулось – того и гляди, лопнет.

Скарлетт покрепче ухватила вожжи стертыми до волдырей руками и с яростью принялась понукать лошадь, не обращая внимания на ломоту в плечах. Лишь бы добраться до отчего дома, до теплых объятий Эллин и сложить со своих слабых плеч эту слишком тяжелую для нее ношу: умирающую женщину, полуживого младенца, своего изголодавшегося сынишку, перепуганную негритянку – всех, ищущих в ней защиты, опоры, всех, кто, глядя на ее прямую спину, продолжает уповать на ее силу и отвагу, не понимая, что она давно их утратила.