Цитаты из книг автора «Маргарет Митчелл»

Во время медового месяца в Новом Орлеане Скарлетт пересказала Ретту слова Мамушки. К ее вящему удивлению и возмущению, услыхав о мулах в конской сбруе, Ретт расхохотался от души.

Не дожидаясь ответа, Мамушка повернулась и ушла, оставив Скарлетт в одиночестве. И если бы она, подобно духу Цезаря, бросила напоследок: «Встретимся мы при Филиппах!»[14] – то и тогда ее слова прозвучали бы не так зловеще.

Ретт, это было бы неправдой, а к чему нам эти глупости? Я уже сказала, что вы мне нравитесь. Вы знаете, как обстоят дела. Однажды вы сами сказали мне, что вы меня не любите, но у нас с вами много общего. Оба мы с вами мошенники, именно так вы… – О боже! – прошептал он, отвернувшись от нее. – Попасться в собственную западню! – Что вы сказали? – Нет, ничего. – Ретт посмотрел на нее и рассмеялся, хотя смех прозвучал как-то невесело. – Назовите день, моя дорогая. – Тут он снова рассмеялся, наклонился и поцеловал ей руки.

Это не потому – как это называется? – не потому, что я «выбил почву у вас из-под ног» своей… м-м-м… пылкой страстью?

Его рот снова прижался к ее губам, и она сдалась без боя, у нее не было ни сил, ни желания даже голову повернуть, она все содрогалась от ударов собственного сердца, страшилась его силы и своей слабости. Что он собирается делать? Если он сейчас же не остановится, она лишится чувств. О, если бы только он остановился… нет, хоть бы он никогда не останавливался. – Скажите «да»! – Его губы были у самых ее губ, глаза, заслонившие собой весь мир, казались огромными. – Скажите «да», черт бы вас побрал, или… Она прошептала «да», не успев даже подумать, словно он внушил это слово, а она произнесла его без участия собственной воли. Но как только слово было сказано, Скарлетт ощутила внезапное успокоение, голова у нее перестала кружиться, даже коньячный хмель как будто выветрился. Она пообещала выйти за него замуж, хотя совершенно не собиралась давать такое обещание. Она

Ретт запрокинул ей голову и поцеловал, сперва нежно, потом с нарастающей неистовой страстью, вынудившей ее прижаться к нему, словно он был единственной прочной опорой в потерявшем устойчивость, кружащемся и раскачивающемся мире. Его настойчивые губы раскрыли ее ослабевший рот, отчего нервы у нее натянулись и задрожали, пробуждая во всем теле безумные ощущения, о которых она прежде не знала и даже не подозревала, что способна их испытывать. И пока ее не затянуло окончательно в головокружительный водоворот, Скарлетт успела понять, что отвечает на его поцелуй.

Ретт Батлер, это еще одна из ваших гнусных шуточек? – Я вам душу раскрываю, а вы меня подозреваете! Нет, Скарлетт, это честное предложение, сделанное по чистой совести.

так как пал последний в Джорджии оплот сопротивления режиму янки, и как раз на этот момент пришлась новость о помолвке.

После истории с Ку-клукс-кланом Скарлетт и Ретт стали самыми одиозными личностями в Атланте наряду с янки и «саквояжниками».

Она и не подозревала, что ее лицо изменилось: мечтательная задумчивость смягчила ее черты, просиявшие нежностью, которой Ретт никогда раньше не видел. Он заглянул в миндалевидные зеленые глаза, широко раскрытые и подернутые дымкой, скользнул взглядом по нежному изгибу ее губ и на миг даже перестал дышать. Потом он свирепо дернул уголком рта вниз, и у него вырвалось неистовое ругательство: – Скарлетт О’Хара, вы просто дура! Не успела она вернуться на землю из страны своих грез, как его сильные руки обвились вокруг нее так же уверенно и властно, как когда-то давно на темной дороге в Тару. И опять Скарлетт ощутила ту же беспомощность, головокружительную податливость и слабость, тот же прилив тепла, от которого у нее даже ноги подкашивались. Прекрасное, отрешенное лицо Эшли Уилкса расплылось и утонуло в пустоте. Придерживая рукой ее затылок,