Цитаты из книг автора «Маргарет Митчелл»

Ретт мог быть страстным, почти нежным любовником,

Она узнала, что его голос, минуту назад мягкий, как кошачья шерстка, может стать отрывистым и жестким, начать сыпать проклятиями. Ретт мог вроде бы с искренним одобрением и восхищением рассказывать истории о мужестве, чести, любви и добродетели, свидетелем которых он был в тех странных местах, где ему довелось побывать, и тут же, не переводя дыхания, с холодным цинизмом перескочить на грязный анекдот.

что он и особого уважения к ней не питает. Он делал, что хотел, а если ей это не нравилось, лишь смеялся над ней в ответ. Она не любила его, но жить с ним оказалось удивительно интересно. Больше всего ее поражало то, что даже при вспышках страсти, порой приправленных жестокостью, порой – возмущавшим ее циничным весельем, Ретт никогда не терял головы и держал свои чувства в узде.

Ретт совершенно ее не боялся, и ей часто казалось,

Глаза у этих мужчин были такие же жестокие и дерзкие, как у Ретта, – вечно настороженные, словно они слишком долго жили под гнетом опасности и не могли позволить себе ни минуты беспечности. Казалось, у них нет ни прошлого, ни будущего

А этот Батлер, он хоть и хорошей породы, и сам весь из себя холеный, что твой призовой конь, а сколько ни бейся – все одно он лишь мул в конской сбруе, прямо как и вы.

Вы всего лишь мул в конской сбруе. Можно до блеска начистить ноги мулу, выхолить шкуру, всю сбрую поутыкать медными бляшками и впрячь в красивую карету, а все одно, мул мулом и останется. Тут никого не обманешь.

Она вернет Ретта. Она знала, что вернет. Нет такого мужчины, которого она при желании не смогла бы покорить.

Мне сорок пять… в этом возрасте мужчина начинает ценить то, от чего с легкостью отказывался в юности: семейные связи, честь, прочность отношений, глубоко уходящие корни… О нет! Я не отрека

То есть… то есть ты хочешь сказать, что я все погубила… что ты меня больше не любишь?