Вы бы лучше предложили мне что-нибудь поесть, Проб… Эрни. Я очень проголодалась.
– Но… пять минут назад вы говорили, что не сможете проглотить ни крошки.
– Это было десять минут назад. Не пять. А теперь я голодна.
он поднял капюшон дафлкота и обхватил себя руками, мелко дрожа: бр-р-р…
Некоторое время они молча сидели рядом, коченея. Дидо била дрожь. Она энергично растерла ноги и расправила складки юбки, натянув ее до самых щиколоток.
– Трудно поверить, что мы на одной широте с Неаполем, – проворчал Джослин.
Где мы? – прошептала Дидо.
– Понятия не имею, а ты?
– Откуда мне знать? Куда ты, туда и я.
– Только никому об этом не говори. – Он рассмеялся. – Как тебе здесь?
– Не жарко.
Он жил в Турции, а родился в Салониках, в Греции.
Джослин кивнул на крутившуюся пластинку.
– Это греческая музыка?
– Турецкое танго. Ибрагим Озгюр и Парк-Отель оркестр. Озгюр был стамбульским Рудольфом Валентино, Карлосом Гарделем[51] Босфора.