Глава 7

Аврора

Кабинет, который он мне дал, и впрямь смотрел окнами на восток. К ночи это уже не имело значения, окна выходили туда же, куда и его окно — на реку и раскинувшийся вдоль реки город. Жест я оценила.

В гостиницу я не поехала. Села за пустой пока стол, попросила удивлённого моим рвением Милоша принести все материалы по делу, самого помощника отпустила: он слишком громко зевал.

Оборудование департамента в этом регионе ничем не уступало столичному, и Милош принёс мне артефакты для просмотра записей с артефактов слежения, и они здесь тоже позволяли анализировать и присоединяться к базам данных для сопоставления результатов.

Я не в первый раз гоняла запись из хранилища по кругу, смотрела то в один угол, то в другой и вдруг увидела то, что ещё не проверяла.

У дальней колонны всего на пару секунд вполоборота мелькнул человек в форме смотрителя. Я сразу же сделала запрос.

Ответ пришёл через несколько минут: Юстас Лэнг.

И напротив его имени были две даты. Это означало, что Юстаса вот уже несколько месяцев нет в живых. Тогда как он оказался там в предполагаемый день преступления? Меньше недели назад.

Это означало только одно: кто-то подменил запись на следящих артефактах.

Вот тебе и стены, сквозь которые прошёл вор. Никто никуда не проходил. Кто-то подменил картинку, и «Венец» вынесли под запись, на которой не происходит ровным счётом ничего.

А подменить запись центрального хранилища может не всякий. По пальцам одной руки таких людей в империи. Любопытно, кому это под силу? Если только Арман Роше мог сделать. А у кого ещё такой уровень доступа?

Или Альберт Фераро.

У меня даже ладони начали зудеть — такой забавной показалась мне эта мысль.

Я подхватила саквояж и вышла из здания. Фераро оставил мне водителя с машиной. Очень мило с его стороны. Мне полагалось ехать в гостиницу, спать и утром по протоколу отправить шифровку в столицу.

Но, вдохнув слегка влажный прохладный ночной воздух, я вдруг поняла, что мне надо поехать совсем по другому адресу, и я назвала водителю адрес Альберта Фераро.

Когда я вошла в фешенебельный подъезд, моя уверенность несколько поколебалась.

Возможно, потому, что дом, в котором жил генерал Фераро, больше напоминал старинный особняк, но, судя по всему, здесь было несколько жильцов.

Я говорила себе, что хочу просто посмотреть, как живёт легенда. Что это рекогносцировка. Всё это было правдой, но не отвечало на вопрос, почему я в полночь ехала к дому человека, которого мне велели бояться.

Консьерж, сухощавый пожилой мужчина с выправкой военного, сказал, что господина Фераро нет дома.

— Иногда господин генерал может не вернуться и до следующего вечера, — сообщил он мне, вероятно рассчитывая, что я уеду.

Но я показала ему документы.

— Я подожду наверху, — сказала я тоном, не оставлявшим выбора. — Откройте мне квартиру.

Консьерж тщательно проверил мои документы и только после этого впустил меня.

Генерал занимал весь этаж на третьем уровне. И из окна просторной гостиной была видна река.

Я прошлась по квартире. Есть какое-то особое чувство, когда ты подсматриваешь в замочную скважину или вот так ходишь там, куда никого предпочитают не пускать. Потому что именно дом может показать истинное лицо его владельца.

Но не дом Фераро.

Я не могла себе представить, что это его квартира. Может, он женат?

В доме чувствовалась женская рука. Убранство комнат, мягкая мебель, приятные тёплые цвета драпировки. Какие-то фарфоровые статуэтки и даже полка с женскими романами.

Я заглянула в шкаф: там висели женские платья и костюмы. И неуловимо пахло лёгкими цветочными духами. Но при этом я точно знала, что Фераро вдовец. Я изучила засекреченные материалы. Спасибо Арману. Если бы не он, я бы не смогла их получить. Жена Альберта Фераро погибла десять лет назад.

Я не имела права вторгаться в его личную жизнь, но когда я зашла в спальню, то на тумбочке рядом с кроватью я обнаружила томик с описанием легенд этого мира.

Я подумала: «Странный выбор для генерала инквизиции».

В томике была закладка. И когда я раскрыла его, то у меня чуть было не пропал дар речи.

Закладка лежала на странице, откуда начинался раздел по артефактам, и первым шла глава про «Венец судьбы».

Некоторые строки были подчёркнуты.

— Интересуетесь легендами, госпожа Ставицкая? — Голос генерала прозвучал столь неожиданно, что я выронила книгу.

«Или это он так тихо ходит, или я так задумалась».

Генерал стоял возле двери в свою спальню и насмешливо смотрел на меня. Медленно, палец за пальцем, он снял перчатки и потом поднял на меня глаза.

— Госпожа Ставицкая, что вас привело в мою скромную обитель в такой поздний час? Вам отказали в гостинице? — Он чуть склонил голову и добавил: — Нашли, что искали?

И по тому, как он это сказал, я услышала: он уже всё знает. Знает, что я нашла в книге и что я подумала.

— Нашла, — сказала я и тут же спросила: — Вы интересовались «Венцом судьбы». Интересно, зачем?

— А зачем вообще чем-то интересуются? — пожал плечами Фераро.

Вопрос явно был риторическим.

Я промолчала, и генерал переспросил:

— Так всё же чем обязан, госпожа Ставицкая? Должно быть, вы нашли что-то, что не терпит до утра.

«Спасибо за подсказку, генерал».

— Нашла.

Я подошла к генералу, так и перекрывающему проход из спальни в гостиную. И поскольку генерал не удосужился сдвинуться, то мне пришлось пройти мимо него почти вплотную. Я прошла мимо, вдохнув приятный древесно-цитрусовый аромат.

— Думаю, вам стоит взглянуть.

Я прошла к журнальному столику, возле которого стола моя сумка.

— Вот, — я достала папку с расшифровками и протянула ему, — взгляните.

Генерал смотрел не на папку, а на меня, но папку взял.

— Сначала скажите одну вещь, — произнёс он. — Вы пришли с этим ко мне. Не к своему начальству в столицу. Почему?

И я поняла, что попалась.

Потому что хорошего ответа у меня не было. Я открыла рот, чтобы красиво солгать.

Но генерал Фераро понимающе смотрел на меня, и я с ужасом поняла, что ответ он знает лучше меня.

— Хорошо, — сказал он. — Будем работать вместе. Уже поздно.

Он посмотрел на часы.

И вдруг прищурился, на губах его появилась лёгкая улыбка, и он тихо спросил:

— Останетесь работать здесь? У меня хорошая библиотека.