Это место, принадлежащее одноимённой компании, предоставляло отдых в каком-нибудь искусственно воссозданном уголке природы для любого желающего. Такие места существовали по всей планете вблизи больших городов. И причиной тому было то, что человечество само обесплодило землю, обескровило леса и отравило реки. И чем больше угасала живая природа вокруг городов, тем больше люди в ней нуждались, поскольку ещё не забыли, что они и сами являлись частью этой природы. Это было хоть суррогатное удовольствие, но с настоящими деревьями, ручьями и лесными обитателями. Стоило это удовольствие недёшево, так как спрос на него был всегда большой. Сильные же мира сего и другие обладатели внушительных состояний могли себе позволить ещё более обеспеченный отдых на островах, искусственно превращённых в микрооазисы с богатой флорой и фауной. Остатки же настоящих лесов и природных заповедников, были окружены охранным периметром, вход за который был категорически запрещён. Таким образом, власти пытались спасти хотя бы что-то. Самые отчаянные представители человечества, полностью потерявшие смысл в городской суете, пытались прорваться туда через армейские кордоны, настолько тянуло их туда, где был слышен шелест листвы, крики птиц и журчание воды. Но заканчивалось это, как правило, печально. Мало кому удавалось это осуществить, да ещё остаться при этом в живых. О тех же, кому всё-таки повезло, больше ничего не было слышно. Может быть они стали счастливыми людьми, а может быть, просто сгинули, не сумев совладать с природой, которая не прощает наивных фантазий.

Молодые люди прижались к лобовому стеклу, когда аэротакси подлетало к «Райским Садам». Гигантская розоватая полусфера поблескивала шестигранными солнечными панелями, похожими на пчелиные соты, которые покрывали всю её поверхность и служили источником энергии для всего, что было внутри. А внутри сфера была разделена на секторы, среди которых были: «Горная хижина», «Коралловая бухта», «Зимний лес», «Подводное царство» и многие другие. В фойе их встретил улыбчивый администратор. «Счастливчик…» – подумал Крис, поскольку в любом другом месте сферы услуг, скорее всего это был бы андроид.

– Приветствую вас в «Райских Садах», единственной компании на планете, – администратор многозначительно потряс указательным пальцем в воздухе, – которая позволит вам слиться с первозданной природой и ощутить себя её маленькой частичкой. Мы не занимаемся симуляцией, все наши экспонаты абсолютно настоящие… ну, если только, за исключением неба и небесных светил, но и они представлены чрезвычайно реалистично. А что уж говорить про зелёную травку, журчащие ручьи и настоящих бабочек.

Он закрыл глаза, театрально развёл руки, перебирая пальцами, словно бабочка крыльями и потянул ноздрями воздух, как будто стоял в сосновом бору, а затем, наслаждаясь самим собой, продолжил:

– Господин Тучек, если не ошибаюсь?

– Мм… – только и успел промычать молодой человек, но администратору этого было достаточно.

– Как я вам и говорил, остался только «Дом у озера», – бодро доложил он. – Горячий сезон!

Тучеку было совершенно всё равно, какой это будет сектор, само присутствие этой девушки рядом делало всё вокруг невероятно сказочным. Администратор выдал им карту доступа и пожелал приятного времени провождения. Крис ждал этого момента с большим волнением, ведь ему с Ивоной придётся тут провести целых два дня. За серой невзрачной, и как оказалось, довольно толстой дверью с надписью: «Сектор №43», начинался настоящий лес. Как только дверь за ними закрылась, все страхи и волнения улетучились сами собой. Крис закинул сумки на плечо, взял Ивону за руку и побежал по лесной тропинке, увлекая её за собой. Сквозь кроны деревьев проглядывало солнце, не такое как в Гелиосе – мутновато-жёлтое, а яркое тёплое, на безупречно голубом небе. А воздух – он действительно пах сосновой смолой, прелыми листьями и чем-то ещё, почти неуловимым, незнакомым, а может быть позабытым, но чрезвычайно приятным и волнующим. Ивона восторженно, как-то по-детски, вскрикнула:

– Смотри, смотри, стрекоза! Я видела такую в альманахе.

Стрекоза застыла на мгновение над головами, а затем стремительно унеслась. Тропинка начала расширяться, деревья расступились, и перед глазами возникло небольшое озеро, а рядом, чуть повыше справа, небольшой дом в виде полусферы. Дом белого цвета, как яичная скорлупа, был даже чем-то похож на яйцо, закопанное в землю. Парочка подошла поближе к дому. Перед ним на небольшой террасе стояли две лавки, изготовленные из стволов деревьев, разрезанных вдоль пополам, а перед лавками стоял металлический цилиндрический ящик для кострища. Крис бросил сумки, которые он тащил всё это время и ощупал ближайшую лавку.

– Поразительно! Она деревянная!

Ивона скинула обувь, заскочила на лавку, покрутилась на ней и побежала к озеру.

– Смотри, мостки тоже деревянные!

Она села на доски, опустила ноги в воду и, откинув голову назад, стала ими перебирать. Крис последовал её примеру, снял ботинки, сел рядом на мостки и опустил ноги в прохладную воду. Он взглянул на часы – было около десяти утра. Маленький микромир «Райских Садов» вдруг превратился в бескрайний лес без границ, настолько всё было впечатляющим и правдоподобным. Хотелось просто сидеть так целый день и болтать ногами в воде. Ощущение полной беззаботности, совсем такой же, как в детстве и юности, неожиданно нахлынуло на Тучека. Он вспомнил, как они втроём, с Томом и Викторией, бегали на речку, хотя купаться в естественных водоёмах, уже тогда было запрещено, из-за возможных загрязнений. Но разве что-нибудь могло остановить тогда мальчишек и уж тем более «рыжую валькирию».

– Искупаемся? – голос Ивоны вернул Криса к действительности.

Не успел он ответить, как она умчалась, прихватив сумку по дороге, и вернулась буквально через пять минут в белом купальнике. Она разбежалась, пронеслась мимо него с криком: «Берегись!» и нырнула в озеро. Криса не надо было долго уговаривать, он даже плавки не стал переодевать, а плюхнулся в воду в тех трусах, что были на нём. Они поплавали, поплескались, как дети, поразглядывали мелких рыбок, снующих по дну, а затем вышли на берег и улеглись на лавки обсыхать.

– А ты заметил, что все доски у них пронумерованы? – закрыв лицо предплечьем руки от яркого света, спросила Ивона.

– Ещё бы! И лавки тоже, попробуй где-нибудь такое найти. Натуральные экспонаты с инвентарными номерами.

Позже, вдоволь насладившись теплом искусственного светила, Крис и Ивона убежали в дом и пообедали тем, что им предоставила кухня. То есть продукты заказывались через меню холодильника и доставлялись потом через подземный лифт, а готовить их нужно было самим. В этом отчасти и была прелесть пребывания здесь: можно было уж если не добывать пищу, то хотя бы вспомнить, как она готовится. Ассортимент был довольно обширен, хотя и состоял наполовину из продуктов искусственного происхождения. На счастье, к их услугам был виртуальный повар. Но, чтобы не тратить время, было решено ограничиться яичным омлетом и овощным салатом, которые были поглощены за несколько минут и сдобрены прохладительным напитком. Пока Крис обдумывал, чем бы заняться после обеда, Ивона изучила дом и, встав у входа, позвала:

– Иди сюда, скорее! Смотри – терминал погоды.

Крис подошёл, и они начали изучать предлагаемые варианты на табло.

– Я ужасно хочу летнюю грозу, – предложила девушка.

– Почему бы и нет! – согласился Крис и нажал кнопку меню.

Сначала ничего не происходило, Ивона даже с сомнением выглянула из дома. Спустя минуту, как-то не громко, словно разминаясь, а потом внушительно, грянул гром. Небо потихоньку затянуло тучкой, которую было невозможно отличить от настоящей, а затем разразился проливной дождь, словно кто-то открыл небесный вентиль.

– Смотри как здорово! – Ивона высунула руку за порог, набрала воды в ладонь и обрызгала ею своего кавалера.

Крис не остался без ответа и вытащил подругу под дождь с усмешкой: «Ага! Вот тебе, получай!» Они опять вымокли, хотя гроза была и недолгой. Туча растворилась, в небе опять засияло солнце, и заклокотали птички на деревьях. Было решено обследовать территорию сектора. Одеваться полностью не стали, а накинули только обувь. От дома в лес шла тропинка, её и выбрали в качестве отправного пункта. Один раз они отклонились от маршрута и упёрлись в стену. Стена была зеркальной и поэтому практически не различимой. Очевидно, что это была граница сектора. Молодые люди вернулись на тропу и вскоре, обойдя озеро, вышли к дому, с другой стороны. Прогулка получилась восхитительной, воздух был свежим, а птички сопровождали пару почти всю дорогу. В доме Крис обнаружил ящик с поленьями из биоразлагаемых материалов для кострища и надписью: «Псевдоберёза» и тут же придумал:

– А вечером мы испечём картошку. Я такое в старых фильмах видел.

Два самых прекрасных дня в их жизни пролетели как один миг. Ему было двадцать пять, ей двадцать три и оба они были счастливы вместе. Уже у дверей сектора перед выходом Ивона сказала:

– Обещай, что мы вернёмся сюда… да… да…

– Обещаю… аю… аю…

Голоса стали удаляться, перекликаясь эхом, и затихли где-то в подсознании. Тучек моргнул несколько раз, но перед глазами была расплывчатая картинка.

– Не спешите, друг мой, – послышался голос профессора Босковица. – Сейчас всё придёт в норму, – он уткнулся в мониторы. – Так, так. Энцефалограмма в пределах нормы, остальные показатели тоже. Как самочувствие?

– В пределах нормы, – пользуясь лексиконом Босковица, ответил пациент.

– Что-то вы не очень рады?

– Нет, не обращайте внимания профессор. Всё нормально. Я видел прекрасное воспоминание.

– Вот это другое дело! Главное не забудьте, что я говорил вам про алкоголь. Крайне не советую, поскольку он может выступить в качестве катализатора негативных воспоминаний и тогда вся наша с вами работа пойдёт насмарку, – приободрился Босковиц. – Сейчас потихоньку приходите в себя, поднимайтесь, ну и жду вас… месяца через два-три. Договорились?

– Как скажете, – уныло согласился Тучек.

По дороге домой Тучек обдумывал слова профессора. С одной стороны, ему, конечно же, стало лучше, с другой стороны его не покидала мысль, что всё это, включая его собственную жизнь, было каким-то искусственным, не настоящим. Он больше не мучил себя, но и чувства как будто притупились, всё вокруг больше не радовало глаз, казалось тусклым и безрадостным. Индуктор воспоминаний, словно превратил его в бесчувственную машину, сродни той, что можно увидеть в баре, подмигивающей тебе искусственным глазом. «Чем же я тогда отличаюсь от них? – подумал Тучек, бредя по улице. – Кстати, как насчёт бара?..» На пути как раз появилась пятиметровая голограмма полуобнажённой танцовщицы, зазывающей в ближайший бар. «Ночная звезда» – гласила вывеска. Тучек припомнил слова профессора о выпивке, но сильно сопротивляться не стал. Он решил просто плыть по течению, а там будь, что будет.

Барменша-андроид, как будто специально была изготовлена для этого места. С чёрной асимметричной стрижкой-каре, вся в наколках, тем не менее, она была довольно приветлива с Тучеком, словно он был тут завсегдатай. В баре было довольно весело: кто-то, как и он баловался выпивкой, другие вдыхали весёлый пар, пришедший на замену, запрещённым сигаретам, а на подиуме выделывала кульбиты вокруг шеста та самая танцовщица, голограмму которой он видел на улице. Пара бокалов виски и он уже стал приглядываться к танцовщице: настоящая она или андроид? Но после ещё пары бокалов фокусировка зрения окончательно сбилась, и Тучек забросил это занятие.

– Вам здесь нравится работать? – ни с того, ни с чего спросил Тучек барменшу.

Она подошла к нему и игриво улыбнулась, показав безупречные зубы, которые не нужно чистить.

– Тут неплохо, – ответила она и наклонилась ещё ближе. – Бар закрывается в двенадцать, а потом мы могли бы продолжить. Я – последняя модель, стерильность и незабываемые ощущения гарантирую. Всего за сто юникредитов.

В подтверждение своих намерений она провела пальцем по щеке детектива. Тучек даже поперхнулся от такого предложения, но главное, что его сейчас удивило во всём этом: зачем андроиду деньги?

Барменша, как будто прочитала вопрос в его выпученных глазах, и сама ответила:

– Чтобы откупится от хозяина бара, и сменить работу. А может быть, когда-нибудь я и свой бар открою.

– Спасибо. Пожалуй, не стоит, – ответил Тучек на предложение и подумал про себя:

«Теперь и у них конкуренция…»

– До двенадцати, – ещё раз напомнила барменша, плеснув детективу очередную порцию виски.

Тучек хлопнул стакан залпом и, улучшив момент, пока она была занята другим клиентом, потихоньку вышел из бара, чтобы не жалеть потом о том, что могло бы случиться после двенадцати.