Глава 9 Размышления о невесте

Князь все это время думал, что если ничего не вышло с тверской княжной, то что же будет с чужестранкой, да еще из Византии. Он себя даже пожалел в какой-то момент. Примерно так думали и его приближенные.

Но посол доложил, что свое поручение он исполнил ладно, и когда надо будет отправляться за невестой, он довезет ее в Москву в целости и сохранности.

А тем временем все было решено, вещи царевны уложены. И страна, к которой София уже привыкла, стала чужой и далекой. Она летела без оглядки в пропасть, и готова была там оказаться, если так повернулась ее судьба.

В какой-то момент девице хотелось броситься к Папе и молить его о том, чтобы он ее оставил и отказал князю, но она понимала, что этого не случится. Софья вспомнила, как противилась тому, чтобы ее привезли сюда после смерти отца, а ведь все обошлось, наверное, человек привыкает ко всему. Может и там со временем все образуется. Но скорее всего там все будет уныло, серо и скучно, потому что ей ничего не хотелось из чужого мира. Как много она отдала бы, чтобы не ехать в Московию. Ей сказали о том, что первая жена князя умерла в монастыре, куда он ее сам насильно отправил. Но царевна решила, что с ней такого никогда не случится, она сможет противиться ему. За ее спиной стоял сам Папа Римский, а это огромная сила. Они еще увидят, какова она. София успокоилась и приготовилась к долгой и упорной борьбе.

А между тем вместе со своими воинами снова вернулся посланник. Ей так хотелось, чтобы сам князь был хотя бы наполовину похож на него. Он поговорил с Папой и обещал, что станет хранить ее в пути.

Они ступили на корабль на рассвете, решив больше не задерживаться.

И только там, на корабле, София оглянулась, словно опомнилась.

Она долго молча смотрела на берег, душа ее при этом разрывалась на части, одна из которых еще долго там оставалась. Но корабль был уже довольно далеко от берега, она и не поняла, как он стал удаляться. Теперь ей стало казаться, что она больше сюда никогда не вернется. И постаравшись не думать о прошлом, она устремилась душой в грядущее. Прошлое осталось за спиной, в настоящем бескрайнее море, а грядущее в неведомой Московии.

Но когда она посмотрела на посланника, то постаралась скрыть слезы

,никто никогда не должен их заметить. Море немного успокоило ее, легче было смотреть на воду, и думать о том, что оно рано или поздно доставит тебя к другому берегу. Судьба бросала ей вызов, и София приняла его с высоко поднятой головой.

Глава 10 Сон о детстве

В то время царевна видела во сне детство. И такими светлыми казались ей те сны, что в реальности она все больше грустила и печалилась. Царские хоромы раскрылись перед нею, слуги и воины появлялись то там, то тут. Среди них появился и отец. Тогда он казался ей стариком. И все-таки был он сильным и красивым. Она пожалела, что он так рано ее оставил тогда.

– Не потому ли я всегда чувствовала себя такой одинокой?

Слезы невольно навернулись на глаза.

– Единственная и неповторимая моя, – любил говорить отец. Она хотела, чтобы и остальные оценивали ее так же. И тогда и потом у нее было только самое лучшее. Но тогда она была дома, даже когда оставалась в Риме. А это совсем другой мир. И что ее там ждет?

Но она решила, в момент бессонницы, что и там останется на такой же высоте. И не будет она зависеть от князя.

А между тем корабль приближался к столице. И в Московии все было не так, как того хотелось князю. Он на ходу что-то пытался переменить, но оставалось слишком мало времени. А ведь за спиной царевны стоит древний и вечный мир.

Но разве не такую жену он и хотел? Не за ней ли отправлял послов своих. Но как только князь добился своего, так и появились какие-то сомнения. Тут же вспомнил о младенце, рожденном в монастыре, подумал о том, что не видел его мертвым, а что если он объявится в один прекрасный момент? Но может, никакого ребенка и не было, над ним просто решили поиздеваться эти люди, чтобы просто лишить его покоя и сна.

И словно желая откреститься от прошлого, Иван снова вспомнил о царевне, которая совсем скоро появится тут. Страшное волнение снова овладело душой. Бояре в последние дни тоже едва сдерживались. Они не были довольны ее появлением здесь, но с этим придется мириться, никуда им не деться.

Московия станет третьим Римом, как и предсказывали когда-то, и он сделает для этого все возможное. Но они не хотели слушать и понимать его недовольство, им хотелось жить и не тужить по-прежнему.

№№№№№№№№№

А тем временем боярину Федору не хотелось оставаться у литовцев. Но ему надо быть благоразумным и примириться со своей участью. Он видел царевну, она не стала ему ближе за это время. Он так и не мог сказать, какая же она на самом деле, что ей близко и дорого, что не по нраву. Но ему не хотелось в этом признаваться даже себе самому, потому что он считался проницательным человеком. Ведь что-то надо будет сказать и тем, кто станет его обо всем расспрашивать. А сказать ему было нечего.

Литовцы встретили и русичей и царевну шумно и радушно. Они с любопытством взирали на будущую великую княгиню.

Но ее кажется это не трогало, она оставалась спокойна, едва отвечала, когда ее о чем-то спрашивали. Ей трудно было понимать, еще труднее говорить на их языке. Она считала, что многие рассказы сильно преувеличены.

Но посол смотрел с подозрением. Ему казалось, что за таким отношением может что-то последовать, какой-то подвох. А как к ней отнесется князь, у которого была дурная слава?

Он думал и о том, что когда она станет верховодить, а такое скоро случится, он надеялся, что его она не забудет, и может быть ему зачтется все, что теперь они переживают вместе. На князя он почему-то не надеялся. Женщины всегда мудрее и осмотрительнее, а это особенная, на нее можно положиться.

Но настал момент покинуть земли литовцев, они двинулись дальше к своей земле, к своей столице.

Глава 11 Ожидание

Потом все эти дни князь Иван вспоминал как один долгий день. Она должна была появиться к добру или к худу и переменить все в его мире. Он знал только одно – не может и не должен повторять свои ошибки, только тогда и мир его переменится. Хотелось скорее забыть о бедах и невзгодах, начать новую жизнь. И очень хотелось князю, чтобы не дошли до его новой жены разговоры о Марии, она не должна ничего узнать о том, что с ними случилось.

А пришельцы остановились в Пскове, миновав литовские земли. Долго стояла царевна около того самого озера, где погибло столько немецких рыцарей. Она и сама не знала, что будет дальше, что ждет ее там. Но они были ей ближе, чем русичи.

Псковский князь вышел навстречу со всеми своими боярами. А София не ведала, радоваться ей или печалиться. Князь потом говорил, что перед ним появилась настоящая царица. Но она готова была скрывать все, что с ней творилось в те минуты. Но думала, что возможно не все будет так скверно, как ей до сих пор казалось.

Она тепло попрощалась с Псковом, и они приближались к Московии. Она уговаривала себя, что князь может оказаться не так хорош, как Федор. Но скоро ей самой придется в том убедиться.

Вековые деревья расступились, они оказались перед стенами кремля, и она поняла, что добралась до того самого места, где ей и предстояла оставаться навсегда.

За стеной град был небольшим, даже в сравнении с Псковом, но довольно уютным, защищенным от внешнего мира. Воины направились к княжескому дворцу. Почему же он не выехал ее встретить, в этой толпе трудно было понять, кто же там есть кто.

Но вот уже появились все обитатели княжеского дворца, так показалось царевне, и только когда она взглянула на бояр, то поняла, какой из них князь. Легкое разочарование коснулось ее души.

Иван был среднего роста, вовсе не привлекателен. Его трудно было запомнить сразу, да и потом она еще путалась, он ли перед нею или не он, особенно, когда не было на нем этого дорогого плаща. Только роскошные одежды и заставляли выделять его среди более высоких, молодых и привлекательных подданных.

В первые дни Софии было особенно тяжело, она радовалась, что ее учили скрывать свои чувства и настроения. Тогда она вольно или невольно искала глазами Федора, того, которого привыкла считать своим мужем. Как ей хотелось, чтобы потом он оказался русским князем.

От Ивана не ускользнула ее замкнутость и отчужденность. Если на кого-то она и смотрела, то на посланника. Но если так будет продолжаться, то он отправил Федора подальше, да хоть в Киев. София почти не разговаривала с ним, ссылаясь на то, что она только учится их языку.

– Ей нужно, чтобы было лучше, чем у всех, – говорил один из ее слуг, – она не станет говорить плохо. Но он считал, что это было только отговоркой.

Но все те дни, хотя и была рядом, она жила в своем мире и с ним почти не общалась. Иван чувствовал, как ему ее не хватает. Тогда он отправил Федора в Киев, чтобы того и близко тут не было. Она сделал вид, что ничего этого не заметила, думала совсем о другом. А вот о чем она мыслила, угадать князь никак не мог.

Глава 12 В соборе

Несколько дней к ее радости князь не появлялся. София могла немного оглядеться и перевести дух. Она обрядилась в богатыре одежды, для нее приготовленные, о таком прежде и мечтать не могла, и считала себя счастливой.

Она поворачивалась все чаще к образам, корила себя за то, что так много времени провела, забыв о жизни и простых ее радостях. Но она молилась, и пыталась понять, что же ей делать дальше в чужом мире. Ей казалось, что смотрели на нее осуждающе, но со временем все должно было наладиться.

Стоило ей перестать молиться, все снова отдалялось и казалось чужим. Она почувствовала страшную пустоту, страх, переходящий в ужас, пройдет ли это когда-то? Пока ей хотелось только одного – вернуться назад, в Рим, но пути туда для нее не было, надо было как-то все переживать тут. Слабости должны были отступить, она обретет над ними верх.

Выйдя из храма, она почувствовала себя свободно и беззаботно, хотя в личной жизни было все так же пусто. Но она оставалась слабой и беззащитной перед чужим миром и теперь.