Цитаты из книг автора «Лю Цысинь»

Самые умные не выделяются. По ним не скажешь, что они умеют шевелить мозгами. Вид у них самый что ни на есть невинный и приблажный. Кое-кто безвкусно одет или сюсюкает при разговоре; иные беспечны и несерьезны. Самое главное – не дать другим понять, что ты важен, что тобой стоит заинтересоваться. Пускай они смотрят на тебя с пренебрежением, пускай не замечают тебя – и тогда они не посчитают тебя препятствием. Ты просто метла в углу. Наивысшее достижение в этом деле – когда тебя вообще не видят, вплоть до того момента, когда умирают от твоей руки.

Людям они будут казаться чудесами. Все знают, что частицы высоких энергий могут засвечивать фотопленку. Именно так примитивные первые ускорители на Земле выявляли индивидуальные частицы. Когда высокоэнергетичный софон проходит через пленку, он оставляет за собой маленькое пятнышко засветки. Если софон пройдет через пленку туда-сюда много раз, он соединит все эти пятнышки в любую нужную форму – от букв и цифр до целых картинок, как это

Если вынуть уголь, то получится маленькая кучка черных крупиц, похожих на мышиный помет. Но общая поверхность всех малюсеньких дырочек в угольках будет примерно с теннисный корт. Вот почему активированный уголь обладает такой сильной адсорбирующей

Кейко, задумывалась ли ты когда-нибудь, что современные научные исследования ведутся мозгом примитивного человека?

у меня свое железное правило: если ты подумал обо всем, что надо, если ты сделал все, что надо, то дальше будь что будет

Для большинства людей то, что они на самом деле любят, существует лишь в их воображении. Объект их любви – не реальная женщина или реальный мужчина, а их образ в голове.

Гипотеза стрелка состоит в следующем:

Да ладно вам, давайте отпразднуем! Мы открыли великий принцип: законы физики неизменны в пространстве и времени. Абсолютно все физические законы в истории человечества, начиная с Архимеда до теории струн, все научные открытия и плоды человеческого разума являются побочными продуктами этого великого закона. Профессор, мы теперь можем считать себя теоретиками науки! По сравнению с нами Эйнштейн и Хокинг всего лишь заурядные инженеришки.

Я, знаете ли, практик. А мы народ не такой чувствительный, как вы, теоретики.

Потому что чересчур строгое обращение можно списать на чрезмерное усердие, тогда как слишком мягкое – это уже политический просчет.