— Смысл не в том, чтобы заработать состояние, — сказал Габри, с благодарностью поворачиваясь к нему. — А в том, чтобы знать, что такое «достаточно».
Моё сердце разбито. Безжалостно растоптано, брошено на произвол судьбы и вряд ли его удастся собрать так, чтобы оно вновь стало целостным. За время чтения цикла, я успела не просто познакомиться с персонажами, я успела их полюбить. Каждого. За несовершенство, человечность и доброту и поэтому сейчас, отложив книгу, ощущаю внутри себя лишь пустоту. Совсем не того ожидала от продолжения и как оказалось, к такому и не была готова. Наверное, никогда и не буду.
Сюжет.
В деревне Три Сосны вновь происходит убийство и на этот раз труп находят в полюбившимся всем бистро Оливье и Габри. Инспектор прибывает на место со своей командой, чтобы выяснить не только личность убийцы, но и жертвы, так как никто из жителей с ним не знаком.
Убитый выглядит, как бродяга в возрасте, но чем больше тестов полиция проводит, тем запутаннее становится дело. Что скрывает за деревянными фигурками, найденными в лесной хижине? А за сказкой, рассказанной в свете свечи?
То ли я излишне наивна и доверчива, то ли впервые за цикл писательница решила закончить открытым финалом. И пусть осколки сердца надеются на второе, рациональная часть меня внушает, что доверие, построенное в прошлых книгах, разрушено. Всё же, не зря я который месяц восхищаюсь не детективной частью написанного, а реалистичностью прописанных персонажей, выглядящих настолько живыми, насколько только возможно. И возможно, смириться с реальностью единственно правильное решение. Что же, время покажет.
Не могу не восторгаться тому, как каждую книгу писательница приоткрывает завесу жизни в деревне. Знакомит с жителями до этого скрытыми, раскрывает новые грани у уже полюбившихся, показывает и саму структуру Трёх Сосен, делая её такой же реальной, как и всё остальное. Для меня это не просто детектив, где после поимки преступника, жизнь замирает. Для меня это целая вселенная, способная существовать в реальности. Маленькая деревушка где-то на канадских просторах, со своей историей и душой, с людьми, в которых не так-то и сложно поверить.
Помимо преступления писательница продолжает уже начатые рассказы о персонажах. Жизнь Рут с маленькой уткой, наряжающейся в старые одежды жителей деревни. Становление Клары, как художницы и её стремление к выставке. Описывает растущую зависть Питера к таланту своей жены, а также то, как «умирает» его собственный. Рассказывает о прошлом Оливье и немного о Габри, упоминает семью Гамаша. Всё это и превращает цикл в родной, потому что благодаря подобному он становится своим.
И вот ты уже живёшь в маленькой деревушке, завтракаешь овощами с огорода, обедаешь в шумной компании друзей, а ужинаешь в уютном бистро, где тебе подают изысканные блюда, приготовленные с любовью. Ты ходишь по одним улочкам с персонажами, читаешь одни и те же книги в старом магазинчике, вдыхаешь один и тот же запах испечённой выпечки. Переживаешь всё так, словно оно произошло и с тобой. Ощущения непередаваемые, если честно.
И немного об алчности. И совести, да, о ней в книге уж больно много всего, чтобы просто пройти мимо. Сначала пример. Когда незнакомый нам человек совершает преступление, мы его обвиняем. Когда это делает знакомый нам человек, мы ищем ему оправдания. Тяжёлое прошлое, недостаток внимания, внезапный приступ агрессии — причин для оправдания много, и они кажутся нормальными, ведь что-то внутри нас не согласно с расследованием. И вот уже чужая алчность не порицается, а сердце всячески старается не согласиться с обвинениями. Я пока не знаю открытый ли был финал или это то самое недоверие, но мне близки поступки обвиняемого. Я понимаю и его алчность (мало кто живёт без неё) и скрытность, и нежелание кому-то признаваться, что совершил ошибку. И мне безумно нравится, как писательница, не снимая обвинения в жадности, вплетает в сюжет проявление совести. Это так красиво и больно. Все мы люди и нам свойственно переходить за черту.
Если после всего этого ещё не понятно, что я разбита, то вот подтверждение. Вернусь к продолжению как можно скорее, но предчувствую, что залью всё слезами, либо вспоминая о прочитанном, либо из-за новых упоминаний случившегося.
