Трудность Алана в том, что ему мало просто показать, как поступать, чтобы общение было комфортным. И успеха на службе он таким способом не добьется, как бы ему ни хотелось. Что-то его тормозит во всех его начинаниях.
– Что?
– Он слишком привык подчиняться.
– Тем не менее он активно усваивает науку сопротивления чужой воле. Это хорошо, но этого недостаточно. Далеко не достаточно. Одно дело уметь сопротивляться, а другое – уметь добиваться. Здесь нужна предварительная подготовка.
– Предварительная подготовка?
– Надо развить в себе убеждение, что ты на это способен.
– То есть ты хочешь сказать, что он не добьется желаемого от своих боссов, даже если станет применять лучшие мировые техники общения?
– Именно так.
– Понимаю.
– Суть дела именно в этом. Если человек в глубине души убежден, что способен влиять на других, он обязательно этого добьется, даже если будет действовать как слон в посудной лавке. У него все получится… Если же этого убеждения нет, то он запнется на первом же препятствии и расценит это как доказательство бесполезности нашей затеи.
Он поднес сигару ко рту.
– И чтобы он открыл в себе эту способность, ты дал ему задание заставить боссов произнести заданное слово?
– Ты все правильно поняла. Я хочу, чтобы он поверил в свою способность влиять на других.
– Интересно…
Катрин вдруг вскинула голову, пораженная неожиданной мыслью.
– Ты ведь не наугад отыскал слово в словаре? Это ты выбрал «марионетку», чтобы Алан подсознательно ощутил себя в роли того, кто дергает за веревочку, ведь так?
Вместо ответа Дюбре продолжал улыбаться.
– Это слишком сильно, Игорь.
Дюбре глубоко затянулся сигарой.