Цитаты из книг автора «Лиза Крон»

Это значит, что, если Бетти виртуозно играет на арфе, однако это никоим образом не влияет на дальнейшие события, вам не стоит описывать годы утомительного обучения в музыкальной школе. Если вы это сделаете, то, скорее всего, надолго задумаетесь, в какой момент эта информация должна всплыть, когда на самом деле она вообще не должна всплывать, или, еще хуже, потратите уйму времени на написание побочной сюжетной линии, где Бетти сможет продемонстрировать свой талант на каком-нибудь корпоративе;

Истории часто начинаются в тот момент, когда одно из давних убеждений героя ставится под сомнение. Иногда это убеждение стоит между героем и тем, чего он хочет добиться.

Такие истории строятся по внешнему принципу: писатели создают на пути героя препятствия согласно графику, а не потому, что эти препятствия — часть органичного сценария с нарастающим напряжением, который заставляет героя встретиться со своей проблемой лицом к лицу. Таким образом, события подстраиваются не под саму историю, а под готовую формулу.

Зеркальные нейроны дают нам возможность испытать то же, что испытывают другие люди, как будто мы совершаем действие, чтобы уметь делать выводы «о чужих знаниях и с точностью определять желания и стремления окружающих»

Если уж говорить о понимании, то в заключение главы прибавим еще кое-что: чем красивее слово, тем меньше эмоций оно выражает. Чем меньше смысла стоит за цветистыми фразами, тем выше вероятность того, что автор просто выпендривается.

Тем не менее писать о том, в чем вы действительно разбираетесь, — опасная игра, заставляющая нас по умолчанию предполагать, что другие люди обладают такими же знаниями и представлениями

Разъяснения отлично смотрятся в газетных статьях (припоминаете такие?), в публицистике, суть которой — рассказать читателю, что, по мнению автора, читатель должен думать и чувствовать. Если в своей книге вы говорите читателю, что чувствовать, это не только раздражает его, но и отвращает от чтения.

Самая распространенная ошибка писателей — показывать посредством жестов то, что мы уже и так знаем. Если мы знаем, что Энн расстроена, зачем нам целый абзац, описывающий ее рыдания? Напротив, язык тела должен рассказывать что-то, чего мы не знаем.

Если вы пишете историю в объективном изложении от третьего лица, вы должны показать внутренние реакции героя через внешние признаки: язык тела, одежда, что он делает, куда ходит, на кого похож и, конечно же, что говорит.

Согласно Дамасио, «в нашем сознании образы любого рода и на любую тему всегда сопровождаются послушной группой эмоций, которые вызывают чувства»42. Если мы не чувствуем, мы не дышим. Безучастный герой — это автомат.