Цитаты из книг автора «Лиза Крон»

Мишель о них? Почему он выглядит таким убитым? Она надеялась, что это что-то хорошее, но, как ни старалась, не могла придумать ни одного положительного события, из-за которого он мог бы сгорбиться на краешке дивана и пялиться на грязный потрепанный ковер. Когда у нее кончилось терпение, она повернулась к нему. — Джеф, что такое? Что не так? "Она все знает, — подумал Джеф. — Я это чувствую. Конечно, я рассказал о ней Мишель. Кто знал, что она рассмеется и скажет: «Ну давай, беги к этой неудачнице. Я уверена, что она из тех женщин, у которых полный дом нечищеных ковров». Я был таким дураком. Но как сказать Энн, что все кончено? Может, если просто сидеть и смотреть на этот ковер, она сама все поймет? У женщин ведь хорошо развита интуиция".

Каждая сцена должна быть написана от имени только одного из героев. Поэтому, раз Джордж начала писать сцену от имени Салевана, в том же духе она должна и продолжать. Почему? Потому что перескакивание с одной точки зрения на другую раздражает и ломает повествование. Выглядит это так: «Энн расхаживала из стороны в сторону и ждала, пока Джеф опомнится и расскажет ей, что случилось. Он уже рассказал своей жене

Единственные ремарки, которые дает Шрив, — «В голове быстро проносились мысли одна за другой» и «Она попыталась вспомнить расписание» — нужны, чтобы подчеркнуть сами мысли; они задают стиль, а мы слышим новый, неотразимый внутренний голос, перед которым невозможно устоять.

Но погодите-ка, разве это плохо? Теперь, когда эмоции больше не могут вмешиваться в суждения Элиота, он может спокойно принимать рациональные решения, верно? Думаю, вы понимаете, к чему это приведет. Без эмоций все вокруг имеет одинаковую степень важности — даже что-то такое, что раньше казалось во много раз менее важным.

Потому что, как выяснил Дамасио, опухоль в мозге Элиота сделала его неспособным испытывать эмоции. В результате он постоянно находился в отстраненном состоянии и относился ко всему нейтрально.

«В любой литературе присутствуют нормы морали и критика, и чем неопределеннее они выражены, тем лучше»33

Значит, чем больше эмоций вы вкладываете, когда ставите цель, тем больше вы должны доверять их выражение своей истории

Фильмы и книги, которые выдвигают на первое место тему, а историю — на второе, нарушают главное (и печально недооцененное, как мы увидим в главе 7) правило писателя: «показывай, а не рассказывай». Это история должна показать нам тему, а не тема — рассказать историю, к тому же тема — слабый рассказчик, и, предоставленная сама себе, она старается внушить нам, что думать, вместо того чтобы предоставить нам данные и дать возможность составить собственное мнение. Если тему не сдерживать, она превратится в громилу-всезнайку.

Другими словами, тема порождает интонацию, которая создает у читателя настроение. Настроение определяет, что читатель считает в вашем мире возможным, а что нет, и это возвращает нас к цели истории, которая должна быть отражена в теме; и отражена здесь ключевое слово. Потому что цель, как и тема, крайне необходима, но никогда не ставится открыто; она всегда подразумевается

и твердому характеру. Что говорит «Перелом» о человеческой природе? Он говорит, что честность стоит дороже, чем благосостояние, даже если придется какое-то время пожить без машины. Но как же преподнесена эта информация? С помощью захватывающего, быстро развивающегося сюжета, который позволяет нам поглубже залезть в шкуру Бичама, пока тот преодолевает возникшие трудности. Таким образом, мы с высоты птичьего полета наблюдаем за битвой между героем и сюжетом, о котором позже поговорим более подробно