Цитаты из книг автора «Лиза Крон»

нно это имел в виду Хорхе Луис Борхес, написав, что «искусство — это огонь плюс алгебра»6. Позвольте, я поясню.

. Хорошо бы, чтобы побочный сюжет как-то влиял на историю! Не знаю, как еще строже сформулировать это правило: все побочные сюжетные линии в итоге должны сливаться с главной сюжетной линией (и как-то на нее влиять) в буквальном смысле или выражаясь фигурально, в противном случае читатель будет разочарован.

Читатель соглашается с тем, что основная причина, по которой побочный сюжет был включен в историю, пока не совсем понятна. Тем не менее он ожидает, что эта причина вот-вот станет очевидной, и ожидает ее появления от писателя. Так что читатели изо всех сил пытаются выяснить, какое отношение побочный сюжет имеет к вопросу, поднимаемому в истории, и каково будет его влияние.

Отсюда возникает вопрос: как конкретно должна выглядеть правильная предпосылка?

Сложно прочитать, верно? Это как если бы у вас в голове потерпел крушение поезд.

приложить как можно меньше усилий. Но давайте начистоту: когда было так, чтобы минимум усилий решал хоть какую-нибудь проблему? На самом деле ничегонеделание — лучший способ еще сильнее ухудшить положение; желательно, чтобы герой даже не представлял себе как. Вот почему мы съеживаемся от ужаса, когда в кино герой вздыхает с облегчением и говорит: «Ну, теперь-то все точно в порядке». Потому что мы знаем, что эта фраза может значить только одно: сейчас случится что-то по-настоящему плохое — как правило, это нечто такое, из-за чего все предыдущие невзгоды кажутся парой пустяков. Позвольте герою начать ставку с доллара, а закончить, когда на кону будет целая ферма. Еще одна интересная функция постоянно прибывающих проблем, преследующих большинство героев, — когда они ставят всего лишь скромный доллар, они трясутся, хныкают и беспокоятся намного сильнее, чем в конце, когда рискуют потерять уже целую ферму. Например, в фильме Джона Хьюза «Феррис Бьюллер берет выходной»

повысили и перевели в филиал в Лондоне. (Или, еще хуже, его уволили, потому что у Эйприл имеется больше опыта в данной сфере работы.) Иногда ирония заключается в том, что план сработал идеально и герой получает именно то, что хотел. Однако затем он осознает, что хотел вовсе не этого. В таком случае Гэри моментально влюбляется в Эйприл, заключает ее в объятия и шепчет на ухо, что он любит ее почти так же сильно, как играть до рассвета в «World of Warcraft» — этим бы он и занимался каждую ночь, если бы мама не барабанила в стену. Убедитесь, что все возможные несчастья уже случились. Только не посвящайте героя в свои планы. Пусть он начнет свой путь с ощущением, что стоит ему только попросить — и вуаля! Все сокровища мира к утру доставят ему по почте. Нет, он не бредит; просто такова человеческая природа. Как мы уже знаем, чтобы сохранить драгоценную энергию, каждый раз, когда у мозга имеется возможность сделать меньше, он делает меньше139, — и мы следуем той же схеме. Поначалу, чтобы решить проблему, мы стараемся

история пытается заставить его говорить. И еще: не делайте секрет героя секретом заодно и для нас — позвольте читателю все узнать. Нам нравится, когда нас принимают за своего. Мы приходим в восторг, когда понимаем, что именно скрывает герой и почему; мы наслаждаемся, когда то, что главный герой говорит, противоречит тому, что он на самом деле думает. Убедитесь, что все действия героя по спасению ситуации приносят только вред. По-другому это можно назвать иронией судьбы. Помните, как решения в одной сцене приводили в движение следующую? Вот как это работает, постоянно поднимая ставки и заставляя героя переоценивать ситуацию после каждого нового поворота.Дело в том, что существует множество способов поднять ставки. Например, Эйприл тайно влюблена в Гэри, она хочет устроиться в компанию, где он работает, чтобы познакомиться с ним поближе. Ее принимают в отдел, где работает Гэри. Но когда она появляется в офисе, потратив все деньги на новый наряд, она узнает, что получила его место. Оказывается, Гэри

одной причине: потому что боимся того, что случится, если они раскроются, — иначе говоря, перемен. Секрет — это «результат борьбы между двумя противоборствующими частями мозга. Одна часть хочет раскрыть секрет, а другая — не хочет», — пишет нейрофизиолог Дэвид Иглмен в своей книге «Инкогнито: Тайная жизнь мозга» (Incognito: The Secret Lives of the Brain)137. Оказывается, хранить секреты вредно и для тела, и для разума. По Джеймсу Пеннбейкеру, «если вы отказываетесь поведать о какой-то ситуации или обсудить ее, это может повредить ваше здоровье сильнее, чем само событие»138. Таким образом, как бы больно вам ни было мучить своего героя, приятно сознавать, что в конечном итоге, заставляя его раскрыть свой секрет, вы делаете добро. Вы же не хотите, чтобы у него случился сердечный приступ из-за того, что он все держит в себе? Поэтому, как бы ревностно ваш герой ни охранял свои тайны, вы не имеете права ему потакать. На самом деле чем дольше герой хранит молчание, тем сильнее

11 способов разрушить идеально продуманные планы героя Без особой нужды не позволяйте герою ни в чем признаваться, даже самому себе. Помните, как в детстве вас просили что-то сделать, а вам не хотелось? Вы кричали: «Заставь меня!» В истории, когда дело доходит до признаний, герой всегда должен следовать этой мантре. Никто в вашей истории не должен ничего рассказывать, пока у него нет на то крайней необходимости, будь то дуло пистолета или, что вероятнее, вышедшие из-под контроля обстоятельства. Информация — это бесценная валюта. Ее еще нужно заработать. Никто не отдает ее просто так — у всего есть своя цена. Вашему герою нужна серьезная причина, чтобы в чем-то признаться. Либо он что-то приобретет, либо предотвратит что-то ужасное. Ничего нейтрального. Позвольте герою владеть секретами, но не хранить их. Мы храним секреты по