Ты долго не верила в то, что если сбросить с плеч свою добровольную, но незаметно как накопившуюся до непосильной «навьюченность», то легче станет не только тебе, но и тем, кто так же незаметно оброс своей виной за твою скрюченную спину. Так бывает.
Так бывает очень часто, когда все, чего ты не умеешь произнести, не умеешь честно обсудить, не умеешь попросить в качестве необходимой тебе помощи, ты просто молча и терпеливо складываешь в свой заплечный мешок. И живешь.
Вроде бы так, как всегда, живешь, только тяжесть увеличивается параллельно твоему молчанию. Молчанию о самом важном для тебя. О другом ты говоришь. Много, часто, иногда громко, иногда «подносным речитативом»…