Коллеги поспешно покинули кабинет, обмениваясь сочувствующими взглядами. Игнат едва заметно подмигнул, а Ольга ободряюще улыбнулась, прежде чем скрыться за дверью. Я вздохнула, понимая, что впереди меня ждет очень долгий и, скорее всего, очень неприятный день. В голове начали роиться варианты решения проблемы, но все они казались какими-то неполными, недостаточно убедительными из-за недостатка информации по аномалиям.

– Я действительно перепроверила все данные несколько раз, – устало выдохнула я, понимая, что не звучу убедительно, а скорее жалко оправдываюсь. – Все приборы в норме, как и заметил наш техник, более того, проверялись не позднее этого понедельника. Магический фон абсолютно стабилен и не нуждается в дополнительной проверке…

– А это что? – грубо прервал меня начальник, доставая аккуратный карманный хронограф, помахивая им перед моим носом. Стрелки прибора бегали как сумасшедшие, указывая на противоположные полюса и зашкаливая. – Что это такое, Сивцова, мать твою ведьму?!

– Она из немагических, – вспыхнула я.

– Я не это имел в виду!

Поджав губы и решив не отвлекаться на ругательства и оговорки начальника, я задумалась.

– Эм… возможно, сам хронограф неисправен…

Судя по тем видеофайлам и сводкам, что всё ещё светились на мониторе кабинета, прибор был более чем исправен, просто не находил себе места от разрывающих его противоположных потоков магии, но это само по себе казалось невероятным! В Ирисе вот уже четверть века не наблюдалось ни одного погодного сбоя.

Начальник, не разделявший моих надежд на лёгкое обоснование происходящего, спрятал хронограф, подтолкнув ко мне одну из сводок, лежавших на столе.

– Изучи и выдвигайся немедленно. Остальных метеомантов я отослал ранее, этот участок твой. К концу рабочего дня жду полное решение проблемы и подробный отчёт по её устранению.

Пробежав глазами по печатному тексту и прилагающейся к нему карте отдалённого района города, я ахнула:

– Смерч? Подобное никогда не случалось в наших широтах, ведь сам город был обнесён магическим куполом, позволяющим оградиться от пагубного влияния океана с севера и двух не менее бушующих морей с юга и запада. А вкупе с работой нашего бюро, так смерч выходил за все грани фантастики! – Около старой церквушки? – подняв глаза на Сергея Родионовича, я наткнулась на его изучающий взгляд.

Сергей Родионович кивнул с непроницаемым выражением лица. Церквушка эта была известна своими легендами о странных явлениях и неупокоенных душах, добавляя щепотку мистики в и без того запутанную ситуацию. "Отлично, просто замечательно, – пронеслось у меня в голове, – теперь мне еще и с призраками, возможно, воевать?" Хотя подобное и выглядело странно… призраки «жили» в другом районе, и всегда слыли добропорядочными гражданами.

Схватив злополучную сводку и выскочив из кабинета, я помчалась к своему столу.

Кеша встретил меня встревоженным кудахтаньем, словно чувствуя надвигающуюся бурю.

– Что такая кислая? Неприятности?

– Да уж, друг, чует твоё сердце, – пробормотала я, на ходу скидывая со стула бумаги и хватая свою сумку. Нужно было срочно допросить очевидцев, изучить архивы старых заклинаний, и, самое главное, понять, как смерч мог вообще пробиться сквозь магический купол.

Наскоро обзвонив дежурных магов, принявших заявку о смерче, я выяснила, что они тоже в полном замешательстве. Никаких признаков прорыва, никаких аномалий в работе городских барьеров. Складывалось впечатление, что смерч просто возник из ниоткуда, как злой шутник, решивший нарушить вековую идиллию Ириса.

Усевшись на стул «на дорожку» и проверив амулеты, нацепив на шею сразу с полдюжины, я мысленно прикидывала маршрут до злосчастного места, когда на плечо взгромоздилась тушка весом в три килограмма.

– Ты ещё таро разложи, погадай, покумекай, – ехидно заметив моё промедление, произнёс Кеша. – Давно нужно было ноги в руки, крылья в лапы и бежать к церквушке!

Плечо под весом петуха, разъевшегося на чипсах, которые я у него постоянно и безуспешно пыталась отобрать, и гамбургерах, не менее калорийных и несвойственных рациону нормальной птицы, начало ныть.

– Слезь, будь добр, – попросила я, самолично пересаживая нахохлившегося Кешу с себя на рабочий стол.

– Да что ты такая хмурая! – Кеша, пренебрегая моим возмущённым пыхтением, забрался в сумку, приготовившись идти со мной явно не своим ходом, а на «ведьма-экспресс». – Вспомни, как мы отлично управлялись со всеми заданиями, лучшими на потоке были!

– Помню… но сейчас, кажется, что-то посложнее.

Кеша прикрыл глаза, то ли неохотно признавая мою правоту, понимая, что студенческие будни в школе магии отличаются от рабочих трудностей взрослой жизни, то ли просто игнорируя меня молчанием и вспоминая те дни.

А вспомнить было что…

Все отмеченные магией жители Ириса, а таких насчитывалось около двадцати процентов населения, обязаны были пройти обучение в магической школе под присмотром десятерых наставников. Дети проводили в школе всё свободное время, изредка (и то не все) посещая родные семьи лишь на время летних каникул, я же, вернувшись после того знакового для нас с Кешей лета, решила больше не выезжать из стен школы и оставшиеся годы обучения, и я, и мой фамильяр усиленно впитывали знания, вместе посещая и лекции, и практические занятия.

Кешу не сразу приняли с распростёртыми объятиями (нет, фамильяры не являлись редкостью, и петух казался не таким уж экзотичным по сравнению со змеёй или пауком), виной всему служил его характер и вечные байки о том, что Кеша якобы заколдованный великий маг, которые он сам о себе и распускал с превеликим удовольствием. Но со временем и к моему товарищу привыкли, а на выпускном даже просили совместное фото. Так мы и оставались всегда вдвоём… Даже на работе в «Погоднице», где Кешу приняли с подозрительным спокойствием и отсутствием любопытства. Правда, этому факту я удивлялась лишь первые дни, до моего знакомства с фамильяром архивариуса – крупным жёлтым осьминогом, помогавшим ему заполнять карточки папок с документами и предпочитавшим нередко цитировать Вальтера и раннего Шекспира.

– Опять в облаках витаешь, – донёсся из моей сумки упрёк Кеши. – Шею свернёшь, даже супа не сварим.

Я встрепенулась, осознав, что действительно слишком ушла в свои мысли, успев между делом механически дойти через два квартала и, свернув по узкой улочке, вымощенной брусчаткой, оказаться в дальнем районе города – всего в километре от искомого места.

– Какой ты заботливый, Кеш, – привыкшая к его тону и подколкам, я даже не подумала обижаться, но для того чтобы он не расслаблялся, буркнула: – Смотри, как бы тебе в суп не попасть. Зарплату в последнее время задерживают всё чаще…

Кеша издал какой-то странный, полузадушенный кукареку, так, будто подавился своим возмущением и теперь пытался его откашлять.

– И это говорит та ведьма, которой я отдал лучшие годы своей жизни!

– Не ёрничай, ты бессмертный.

– Неважно, молодость безвозвратно утеряна…

– Если бы не я, тебя бы забили камнями или продали бы в подпольный цирк магических существ.

Кеша фыркнул, зарываясь в складки сумки поглубже.

– Или бы я достался более вежливой и чуткой ведьме.

Свернув за угол, устав от бессмысленного разговора со вновь испортившим мне настроение фамильяром, я увидела её: старую, полуразрушенную церквушку, одиноко возвышавшуюся посреди пустыря, окружённую хаотичным вихрем пыли и сорванных листьев. Смерч, неистово вращаясь, казался живым существом, пожирающим всё вокруг, а у его основания зияла тьма, словно портал в неведомое.

Первое, что бросилось в глаза – полное отсутствие людей. Обычно подобные аномалии привлекают толпы любопытствующих, но здесь не было ни души. Лишь холодный ветер свистел в сломанных витражах церкви, разнося зловещую тишину. Нужно было действовать быстро, пока этот хаос не разросся до катастрофических масштабов, перебравшись в более людные районы.

– Юль, мне не нравится эта штука, – раздался петушиный голос из сумки.

– Цыц, – оборвала я его, ступая ближе и пытаясь сконцентрироваться.

Вытащив из сумки мерцающий амулет, я приблизилась к смерчу. Кеша, высунув голову, тревожно кудахтал, призывая к осторожности. Прикоснувшись к вихрю защиты, я ощутила странный резонанс, будто магия пыталась вытолкнуть меня, предупреждая об опасности. В самой сердцевине чувствовалась странно знакомая энергия… словно давно позабытый запах, но бывший когда-то в окружении. Как что-то из детства… ванильные булочки? Корица? Мёд?.. Что-то тёплое и родное.

– Ты скоро? Тут душно…

Не обращая внимания на душевные стенания фамильяра, я достала два других амулета и технический прибор – барометр, должный послужить для схлопывания аномалии, впитав лишнюю энергию в свои внутренние кристаллы.

Смерч, всё это время остававшийся на одном месте, лишь слегка кружась на длинной ветряной ножке, покачнулся и начал медленно ползти в мою сторону.

– Юль, атас! – вновь закудахтал Кеша. – Этой штуке не нравятся твои цацки!

– Да вижу я. – Амулеты быстро упали на землю, в очерченный мной круг из специальных символов, а вот барометр заклинило. – Блин-блин-блин! – несколько раз стукнув по упрямой железяке, видя, что смерч уменьшил расстояние до критического минимума и уже чувствуя затягивающую внутрь воронку, я с победным кличем раскрыла барометр, выставляя руку вперёд за секунду до того, как всё вокруг закрутилось, и земля поменялась местами с небом.