Глава 6

5. Парная метка

Огромный волк, рыча, разбегался по ступеням и ударялся всем своим мощным телом о толстую дверь. Снова и снова. Он царапал её и в ярости, даже пытался грызть. Дверь стойко выдержала натиск обезумевшего от злости оборотня. На железных полосах остались лишь следы от его когтей.

— Церус, — за преградой тихи позвали.

— Убью, — слово, искаженное пастью зверя, получилось нечетким, но вполне доходчивым.

— Это Ксин, — испугано пояснили из— за двери. — Если успокоишься и пообещаешь не бить.. хотя бы меня, то я отопру замок и выпушу.

Это будет сложно. Зверь вдохнул. Медленный выдох. Повторил. Зрачок расширился. Хорошо. Продолжай. Когти втянулись и Церус вернул себе привычный облик. Только клыки выпирали сильнее обычного и в груди рокотал от недовольства.

— Открывай, — в двери стукнул совсем тихо.

— Обещай что не тронешь, — потребовал предусмотрительный трус.

— Где она?

— Её отпустили. В малину.

— Что?!

— Ничего плохого не хотели.

— Открой! — удар посильнее.

— Ты не тронешь меня?

— Мы ведь братья, как можно…

— Обещай!

— Обещаю, что не стану проливать твою кровь.

— И остальных.

— И остальных убивать не стану, — звучало не особо обнадеживающе, но железо заскрежетало.

Ксинит снял замок и потянул задвижку. Его мучали угрызения совести, ведь он почти что предатель. Рассказал стае про Церуса и девку. Если б не его длинный язык, все пошло бы по— другому. Брат не лишился бы своей орчанки и ни сидел в заточении как преступник.

Резко открывшейся дверью Ксина отбросило на середину двора. Он приподнялся на локтях и тряхнул головой.

— Ты обещал. — пискнул когда его схватили за грудки и сильно тряхнули.

— Что не стану проливать твою кровь, мелкий засранец. Так что просто придушу, — руки Церуса обхватили шею Ксенита.

— Не надо, — Ксин в испуге замахал руками. — Это была не моя идея.

— Что за идея?

— Выпустить её и проследить. Найти место обиталище карликовых орков.

— Идиоты, – скривился Церус. — И чья это была идея? Кто у нас в стае почти что покойник?

— Ты обещал! — опять напомнил Ксин прижатый коленом Цируса к брусчатке.

— Хорошо. Кто у нас будет теперь с оторванными руками? Или ногами?

— Они все… совместно, — Ксин немного разжал пальцы старшего товарища и жадно глотнул воздуха. — Не хотели плохого. Только проследить.

— За Медеей?

— Кто это?

— Моя пара, остолоп! Та, что вы украли!

— Отпустили.

— Она принадлежит мне! — рявкнул Церус и его лицо снова повело, превращая в звериную морду.

— Согласен, — сдавленно просипел Ксин. — Не претендую.

Церус сжалился и когтистые руки отпустили помятого беднягу.

— Опять одежда порвалась, — как-то спокойно вздохнул двуликий и сорвал с себя остатки рубашки.

— Хочешь я зашью? — услужливо предложил Ксин и потер горло.

— Видно придётся походит голышом. — сбросил с себя остальное и перекинулся волком.

— Я… — Ксин хотел что-то сказать, но грозный рык остановил его. — Я бы не советовал соваться на тот берег, — продолжил когда волк скрылся из виду.

Сначала Церус побежал наверх. В башню, в свою комнату. Так и есть. Она пуста… Девушка покинула её и запах пары почти развеялся. В смятении бросился к окну. Никого не видно. Церус пробежал на кухню. Может она среди братьев? И тут никого нет. Вся стая словно испарилась. Видно, во всей крепости остались только он и Ксинит.

Запах девушки обрывался у порога его башни. Значит увезли верхом на лошади. Цер определил направление и рванул по следу, он привел его на поляну. Та самая, где они встретились. Принюхался. Вот здесь она спустилась с лошади, на земле осталась вмятина от маленькой ножки. И рядом запах Мариона. Волк фыркнул, выражая свое презрение предателю. Ничего, скоро он получит от Церуса такой трепки, что сразу забудет свою привычку умничать. Не будет больше изображать из себя второго альфу.

Запах брата совсем короткий. Мар помог ей спустится с лошади и сразу отошел. Церус вздохнул спокойнее. Марион вернулся в седло и дальше конский след уходил в сторону. Обманный маневр, понял Церус. Оборотень уехал, чтоб наблюдать издалека, а она не подозревала о том и пошла обратно. В свое логово. Одна. К ней не приставали и не обидели. Хорошо. Значит калечить братьев повода нет. Просто набьет их наглые морды. Посчитает своими кулаками их клыки, возможно некоторым проредит.

Её след тянулся по траве. Словно золотая стрелка, он указывал направление в сторону речки. Церус пошел по нему осторожно, не теряя бдительности и оглядываясь по сторонам. Стая где-то рядом. Чувствительный волчий нос, улавливал в воздухе запах соперников. К счастью, совсем слабый. И лучше бы им не попадаться ему на пути.

Оборотня отвлекло желтое пятно. Её шляпка. Отброшенная ветром, она застряла в зарослях малины. Какая красивая, как сама хозяйка. Яркая с этими шелковыми маками. Волк подошел, обнюхал, жалобно заскулил. Бережно взяв в зубы, потрусил дальше.

Мост. Как он мог забыть про него? Следы вели туда, это значит… Орчанка ушла на берег людей? Грудь волка затопило беспокойство. Неужели она живет среди человеков? Трусливый и жестокий народец. Но почему? Стало обидно и горько. Почему она оставила его? Ведь сама выбрала, пометила. А потом так просто бросила? Ведь никто не гнался за ней, не прогонял. Других следов рядом нет, значит шла по своей воле.

Раньше переход на другой берег был бы нарушением Разымающего договора. Это могло стать началом войны между людьми и оборотнями. Хорошо, что эльф притащил им, ту пригласительную бумажонку. Надо же как вышло. Они-то собирались охотится с ней на оленей, а ловят орков. Волк зафырчал посмеиваясь. Да, жизнь способна удивлять.

Оборотень спустился под мост и вошел в воду. Так гораздо удобней перебраться через реку, чем карабкаться по этим разломанным камням. Всего несколько минут быстрого плаванья и вот он уже отряхивает шерсть на глинистом берегу.

Людожит. Такой далекий и близкий. Чужое место. Неизведанное ими до сих пор. Шаг, другой. Странно, на Церуса не посыпался град стрел, люди не вопили, увидев двуликого. И вообще… тут было довольно пустынно. Потянул носом. Из посторонних, не растительных запахов, только след его пары.

Его пары… Волк довольно зажмурился. Сейчас он быстренько отыщет её, заберет и сразу вернется обратно. А чтобы никто не наткнулся на след огромного волка и не поднял тревогу, Церус перекинулся человеком. То, что он был абсолютно голым, двуликого не смущало. Погода прекрасная, телу комфортно и тепло.