Поэтому я сделала выбор. Я подавила свою силу и держала ее внутри каждый день, со всей своей энергией и волей, даже сама того не понимая. Я использовала каждую частицу себя, чтобы сохранить этот секрет.
Ты мне скажи. Что такого плохого в твоей жизни здесь? Новая одежда, мягкая постель, горячая еда три раза в день, шанс быть зверушкой Дарклинга.
– Я не его зверушка.
– Но хочешь ей быть, –
Я продолжала избегать тренировок с остальными заклинателями, но позволила Марии и Наде пару раз затянуть меня в баню и на балет в Большом дворце. И даже разрешила Жене придать румянец моим щекам.
Впервые мне пришла в голову мысль, что Каньон – единственное место, где Дарклинг беспомощен, где его сила ничего не значит. Из-за амбиций Черного Еретика страдали его потомки. И все же я не могла отделаться от впечатления, что это Равка расплачивалась кровью за те деяния.
– Если за все это время никому не удалось найти стадо Морозова, то с чего ты взял, что сможешь найти его теперь?
– Потому что этому суждено случиться. Олень предназначен для тебя, Алина. Я чувствую, – Дарклинг посмотрел на меня. Его волосы были в беспорядке, и в свете утреннего солнца он выглядел более красивым и человечным, чем когда-либо. – Я прошу тебя довериться мне
Ты разве не читала теорию?
Я многозначительно посмотрела на Дарклинга и ответила:
– Там много теории.
Он удивил меня, улыбнувшись.
– Постоянно забываю, что для тебя это все в новинку.
Может, это потому, что гриши не страдают так, как страдали святые или простые люди?
– Не исключено, – рассеянно ответила я.
– Но ты страдала, не так ли, Алина Старкова? И я считаю… да. Ты будешь еще больше страдать.