Я смотрела в глаза Мала – его родные, голубые глаза, которые знала лучше, чем свои. Вот только они не были голубыми. В тусклом свете лампы они мерцали серым кварцем.
Тогда он улыбнулся – холодной, хитрой улыбкой, которая никогда раньше не затрагивала его губ.
– Я тоже скучал, Алина. – Этот голос… Суровый и гладкий, как стекло.
Лицо Мала расплылось в тени, а затем вновь сформировалось, как образ из тумана. Бледное, прекрасное; эта густая копна смольных волос, эта идеальная линия челюсти…
Дарклинг ласково опустил ладонь мне на щеку.