Жанр: ностальгическая проза, литература памяти.
Виртуозная проза, личностно-исторический калейдоскоп советской эпохи, где каждая деталь становится артефактом, а личная история писателя — отражением культурного наследия целой эпохи с добавлением фрагментов современности.
Кутузовский проспект, дом 35/30 — родной дом писателя: десять лет беззаботного детского счастья. Автор не просто вспоминает свое детство и отрочество — он воскрешает целую эпоху через мельчайшие, тактильно осязаемые детали. Сюжет повествования — это не последовательность событий, а путешествие по лабиринту памяти. Здесь есть и подробные исторические описания, обращение к прошлым векам и фактам из настоящего, и ироничные внимательные наблюдения за типичными образами времени.
Рядом с писателем на знаменитом Кутузовском проспекте проживало множество знаковых личностей, и автор старательно прослеживает линии их судеб, чтобы поведать читателю, как они жили, как сложилась судьба последующих поколений. Мастерски вплетая рассказы о прошлом и настоящем в знакомые и близкие детям советской эпохи сюжеты, писатель знакомит нас со всесоюзными и истинно московскими реалиями. Так хочется улыбнуться и посмеяться, и, возможно, погрустить о том, что мир детства, отрочества, юности уходит в прошлое, о том, что ещё понятное нам, уже не понятно нашим детям...
Счастливое детство — это мощный трамплин во взрослую жизнь, и воспоминания о нем — не повод к стагнации. Пусть уже, наверное, никогда на троллейбусе № 2 мы не сможем проехать от Кутузовского проспекта до Библиотеки имени В.И.Ленина, но, проходя мимо дома с колоннами напротив Триумфальной арки, захочется представить, как из окна на прохожих был направлен яркий световой луч, вероятно, долетающий до дома №26, в котором проживал великий Генсек со множеством орденов и регалий Леонид Ильич Брежнев.
Невольно напрашивается сравнение культурного кода советской эпохи — «трех китов»: книги, ковры и хрусталь, с чем-то из настоящего. Где наши «шесть слонов Хоттабыча»? Какие ценности мы признаем, бережем, храним, готовы передать следующим поколениям?
Время останавливается на 70 минут, отведенных для прослушивания аудиоверсии «Тридцать пять дробь тридцать». Возможно, эта книга вызовет наиболее яркий отклик у «тех, кому за 40», но нужно отметить, что «Тридцать пять дробь тридцать» — это...
настоящий шедевр в жанре «литературы памяти».