– Я буду ехать аккуратно. – Приобняв меня за талию, он еще раз взглянул на тренера и повел к мотоциклу.

Евгений Сергеевич не стал подходить к нам, но проводил взглядом, когда покидали площадку. Его подопечный проехал мимо, даже не притормозив, видимо, не особо рвался на разбор полета.

По дороге до дома мои мысли немного остыли, и слова тренера приобрели другое значение. «Семь лет тренировок… любимое дело… если сорвется снова…» Это было гораздо серьезнее причитаний мамы о «самоубийцах» или моей обиды. Я для Эрика помеха. Познакомившись со мной, он стал дерганым. Ну конечно, мы вечно штормим друг друга. А еще этот Марат… У меня мороз по спине прошелся. А если бы Эрик не послушал меня и отправился «бить ему морду»?

Мы остановились возле подъезда. Прямо перед соседкой по площадке. Та уставилась на меня во все глаза, когда я слезла с мотоцикла и сняла шлем. Точно маме доложит!

– Ты в порядке? – Как и в прошлый раз, Эрик не покинул сидения, но шлем все же убрал.

– Да. Все нормально. Извини, я не поздравила тебя… Не знаю, надо ли…

– Это всего лишь пробный заезд. Места здесь ничего не значат. – Он усмехнулся, но от меня не укрылось недовольство в его голосе.

– Правда? – Я внимательно посмотрела на него.

Он снова усмехнулся и покривил губами:

– Нет. Ты права. Места всегда важны.

– И что теперь будет?

– Ничего. Буду готовиться к следующему сезону. Не бери в голову. Все в порядке.

– Ладно. – Я кивнула. – Пойду. Мне заниматься нужно. Экзамены скоро.

– Конечно.

Он не сказал, что позвонит, а я не спросила, когда увидимся. Мы просто разбежались каждый в свою сторону. Наверное, он пожалел, что взял меня на соревнования. Я так точно пожалела, потому как расстроилась и спать хотела, да и учеба совсем не шла в голову.

Понадобился целый день, чтобы сгладить переживания. Они возникали сами собой, абсолютно не позволяя сосредоточиться на учебе. Приходилась раз по десять перечитывать вопросы и ответы, но смысл все равно ускользал от меня. Лишь к вечеру как-то все улеглось. Но, когда, наконец, формулы и правила стали помещаться в голове, звонок от Эрика вновь всколыхнул мое внутреннее равновесие.

– Я хочу увидеть тебя.

Его тихий голос заставил насторожиться и посмотреть на часы. Без двадцати полночь. Родители скоро закроют кафе.

– Я дома…

– Всего на минуту. – Он словно не слышал меня.

– Сейчас спущусь.

– Хорошо, – все так же тихо выдохнул он в трубку.

Накинув ветровку, я побежала вниз.

Мотоцикл остановился у крыльца в тот момент, когда я открыла подъездную дверь. Двигатель замолчал, но водитель и не подумал покинуть железного коня, только снял шлем и положил его перед собой.

– Что-то случилось? – Я спустилась с крыльца.

Мрачно взглянув на меня, Эрик молча протянул руку. На душе стало как-то неспокойно, я подошла ближе. Он вдруг обхватил меня, с силой притянул к себе и уткнулся головой в плечо. От такого внезапного порыва у меня внутри словно некий барьер рухнул и выпустил на волю чувства до сих пор неведомые. Нечто теплое, щемящее душу. Лишь мгновение я стояла, застыв с поднятыми руками, а потом провела пальцами по короткому ежику волос, приобняла сгорбившегося гонщика и сама прижалась к нему. Похоже, провал в гонках все же не прошел бесследно, но страдать Эрик предпочел молча. Желая поддержать, успокоить, я снова провела рукой по его волосам, а потом скользнула пальцами по щеке. Эрик поднял голову. Проникновенный взгляд карих глаз заставил сердце биться чаще. В тот же миг все вокруг исчезло, провалилось в темноту, остался только он! Я знала его всю жизнь и даже больше, целую вечность… и любила… так сильно…

– Тебе пора, – совершенно неожиданно выдохнул Эрик.

Вздрогнув, я отпрянула от него, но невольно задержала взгляд на губах. Как вообще решилась поцеловать?! Словно затмение какое-то нашло! И мысли… такие странные…

Он не заметил моего замешательства. Выпустив из объятий, надел шлем и умчался, так и не сказав ни слова, а я в полной растерянности поплелась домой.

Неожиданный визит Эрика не давал мне покоя всю ночь и весь следующий день. Губы долго хранили ощущение поцелуя. До жути хотелось повторить его. В голове плыл бесконечный туман. Несколько раз я порывалась позвонить, но так и не насмелилась. Что теперь говорить, как себя вести? К тому же он молчал! Возможно, для него этот поцелуй и не значил ничего вовсе.

Вечером, закончив работу, я шагала по коридору кафе с нарастающим чувством тревоги. А если открою дверь, а его там нет? А если его не будет и завтра, и послезавтра, и никогда больше? Ладонь замерла на бездушном пластике обшивки.

– Да что это со мной?! – Словно избавляясь от страха, я тряхнула головой и резко толкнула дверь.

Вид знакомой фигуры, сидящей на ограждении, мгновенно разрушил надуманные опасения. Насторожило лишь отсутствие мотоцикла и то, что Эрик поднялся не сразу.

– Привет, – сказала я, подходя к нему.

– Привет, – без особой радости выдохнул он, после чего медленно встал и протянул руку.

Вчерашний вечер повторялся! Однако, несмотря на желание вновь оказаться в объятиях, сегодня я ответила на призыв тем же, и вложила пальцы в крепкую ладонь.

Он вздохнул, сжал мою руку и заговорил совершенно мрачно:

– В эту пятницу мы празднуем открытие сезона на нашей базе. Мне бы хотелось, чтобы ты поехала со мной. – Он окончательно нахмурился и сдвинул брови. – Назло всем: моему тренеру, твоей маме.

Внутри у меня все перевернулось. Как же сразу не поняла этого? Почему не почувствовала? Ему досталось ровно так же, как мне. Повинуясь возникшему желанию успокоить, я подалась вперед, но тут же оказалась в объятьях.

Это был огонь! Настоящий! Обжигающий, испепеляющий, но живой и невыносимо сладкий. Мы целовались так, что губам было больно. Эрик то сжимал меня, то вдруг нежно проводил пальцами по щекам, шее.

– Сейчас бы пригодился твой мотоцикл, – прошептала я, кое-как оторвавшись от него. – Родители скоро пойдут домой.

– Тогда идем. – Он отстранился, но уже в следующее мгновение со стоном обхватил снова. – Безумие.

Мы все же дошли до моего дома и даже поднялись на четвертый этаж, но попрощаться так и не смогли. Это действительно походило на безумие! Казалось, мир рухнет, если мы разомкнем руки.

Наше помешательство затянулось до тех пор, пока не хлопнула подъездная дверь.

– Родители, – выдохнула я, выбираясь из сладкого плена.

Перед тем как зайти в квартиру, я еще раз прижалась к Эрику, после чего он тихонько пошел вверх по лестнице, а я побежала в свою комнату.

Все еще не придя в себя, я наспех переоделась и, схватив первый попавшийся учебник, улеглась на кровать, но даже не успела открыть его, потому как раздался телефонный звонок.

– Так что насчет пятницы? – весело спросил Эрик.

А ведь верно, мы так и не поговорили об этом!

– А учеба? – Я усмехнулась.

– Суббота – первое мая!

– Правда?!

– Кто из нас учится в школе? – окончательно развеселился Эрик.

– Постой, ты говоришь о том, чтобы провести все выходные на базе?

– Да. Мы уедем в пятницу, после обеда, и вернемся в воскресенье, вечером.

Закрыв лицо рукой, я пыталась найти подходящие слова, чтобы объяснить, насколько мне страшно даже думать, как буду отпрашиваться у мамы.

– Лера, если хочешь, можешь взять подруг. Места всем хватит.

Это был выход! Реальный выход!

– А на чем мы поедем? – Мои мысли тут же потекли в другом направлении. – Если нас будет четверо…

В трубке послышался смешок.

– Что?! – возмутилась я.

– Еще позавчера ты слышать ничего не хотела о мотоцикле, а сегодня даже не думаешь, что есть другой вид транспорта.

– Э-э-эрик…

– Не переживай, мы поедем на машине. Я возьму дежурную в гараже.

– Хорошо, – сразу повеселела я. – Значит, беру с собой подруг.

– Отлично!

– Мы увидимся завтра?

– Обязательно.

– Тогда до завтра.

– Спокойной ночи.

Обхватив подушку руками, я зарылась в нее лицом. Как же все изменилось. Эрик теперь стал для меня самым желанным человеком в мире. От его голоса до сих пор ощущался трепет во всем теле, а припухшие губы хранили сладость поцелуя. Быстрее бы наступил завтрашний день!

В школе я была сама не своя. Подруги получили очередной повод для шуток, а я витала в облаках и все время думала о своем гонщике. В голову лезли какие-то глупые мечты, желания. Я представляла поездку: романтику прогулок, танцы, объятия, поцелуи…

Новость о возможности провести выходные на базе гонщиков буквально ошеломила моих девчонок. Тут же забыв обо всем остальном, Роза начала закидывать меня вопросами, ответы на которые я и сама хотела бы знать. Она злилась, не в силах добиться от меня ничего вразумительного, а я улыбалась. Забавно было смотреть, как подруга выходит из себя по таким пустякам, вроде одежды, питания и проживания. Для меня все это не имело значения, главное – рядом будет Эрик!

В кафе я умудрилась разбить несколько чашек, потому как дожидалась окончания рабочего дня с переходящим в тревожность нетерпением. Мне все время казалось, будто нахожусь на какой-то тонкой шаткой грани, которая в любое мгновение может исчезнуть и лишить меня того счастья, которое только что обрела. Если честно, я очень боялась «проснуться» или «очнуться»! Поэтому вечером с нетерпением пробежала по коридору и толкнула железную дверь.

Он сидел там, где обычно! У меня словно крылья выросли.

– Думал, не дождусь вечера, – выдохнул Эрик, подхватывая меня и крепко прижимая к себе.

– А я весь день как во сне проходила. А сейчас боялась… не увидеть тебя.

– Почему? – Он чуть отстранился, чтобы заглянуть в лицо.

– Не знаю, – честно ответила я, потому как действительно не понимала своего страха.

Эрик кивнул и нежно прошелся губами по щеке.

– Это из-за того, что в прошлый раз уехал. Нет, Лера, больше я никогда так не поступлю. Можешь не сомневаться.

Его губы снова отметились на моей щеке, а после подарили сладкий поцелуй.

В отличие от вчерашнего вечера, сегодня мы не стали задерживать возле кафе. Всю дорогу до дома Эрик держал меня за руку, наглаживал пальцы, а я млела и плотнее прижималась к нему.

– Ты поговорила с родителями? – спросил он, когда мы остановились возле моего подъезда.

– Нет. Решила отсрочить момент самоубийства. Но девчонкам сказала. Они в восторге.

– А если родители будут против?

– Сбегу из дома! – усмехнулась я. – Ты ведь пустишь к себе жить?

– С радостью, – выдохнул он, вновь притягивая меня к себе.

– Да? А где ты живешь? – с любопытством глядя на него, спросила я.

Он пожал плечами, криво улыбнулся, словно только что сам задумался над этим вопросом.

– Когда где. Летом на базе, зимой снимаю комнату в общежитии.

– А сейчас?

– Сейчас у друга, он живет недалеко отсюда.

– Понятно. Бежать мне некуда, – констатировала я и, нарочито печально вздохнув, попыталась отстраниться, но Эрик уверенно удержал.

– Лера, если встанет вопрос о жилье, ты даже не сомневайся, я все сделаю как надо.

– Успокойся. – Усмехнувшись, я похлопала его по плечам. – Это так, в качестве бреда.

– А я серьезно! – снова притягивая к себе, горячо произнес он.

Конечно, его рвение подкупало, но не настолько, чтобы окончательно потерять голову.

– Но ты ведь совсем не знаешь меня.

– Согласен. – Он вдруг улыбнулся, словно бы сказала что-то забавное. – Тогда вернемся к этому разговору чуть позже.

Интересно, насколько позже? Лет на пять! Или десять? Именно такой срок определила для меня мама! От картинки, что мы с Эриком так и будем встречаться украдкой возле подъезда, мне стало не по себе. Нет, определенно пора выбираться из-под ее ига!

Наверное, именно эти мысли придали мне решимости. Забежав домой, как и вчера, за минуту до прихода родителей, я быстро переоделась в домашнее, дождалась, когда папа уйдет в душ, мне не хотелось привлекать его в качестве щита, и отправилась в зал.

Мама полулежала на диване, вытянув ноги и закрыв глаза. Ее бледное лицо выглядело строгим, но спокойным. Она вынула шпильки из волос, и теперь они струились по плечам мягкими темными волнами. Иногда я завидовала ей, потому как мне достались отцовские жиденькие три волосинки. Русые, непослушные…

– Мам, нас с девочками позвали отдыхать на спортивную базу в эти выходные.

– Ты хочешь поехать с этим мотоциклистом? – Ее ресницы дрогнули, приоткрывая два острых серых буравчика.

– Его зовут Эрик. С ним и девочками.

– Нет. – Она снова закрыла глаза.

– Почему?! – возмущенно выдохнула я, чувствуя, как негодование перевешивают чашу страха.

– Потому что на отдыхе такого рода вечно что-то происходит. Люди напиваются, тонут, дерутся. Девушек насилуют.

И тут меня словно прорвало:

– Мама, ты сама-то слышишь, что говоришь? – закричала я. – По-твоему выходит, мои друзья – сплошь алкоголики, хулиганы и насильники?

– Нет. Я не говорила… – пошла она на попятную.

– Но подумала! Мама, сколько можно? Мне уже шестнадцать, а я нигде не была, и все из-за твоих предрассудков. Ты хочешь, чтобы я всю жизнь дома просидела?

– Я переживаю за тебя! – Ее голос снова окреп. – Вот когда у тебя будут свои дети, ты поймешь меня.

– Это невыносимо! Как у меня появятся дети, если ты даже дружить мне не даешь?

– Тебе еще рано думать об этом.

– Рано?! А ты сама-то во сколько замуж вышла?

– Валерия! – Она все же повысила голос. – Я не хочу, чтобы ты повторяла мои ошибки!

У меня даже воздух застрял в горле от ее слов:

– Это я твоя ошибка, да?

– Я не это хотела сказать.

Она замолчала. Я продолжала смотреть на нее с твердым намерением стоять до конца:

– Клянусь! Если ты не изменишь своего отношения ко мне, я уйду из дома!

– И куда ты пойдешь? – В ее голосе послышались снисходительные нотки. Мол, можешь куражиться сколько угодно, но это всего лишь слова.

– На вокзал! – выпалила я. – Буду спать на полу и торговать своим телом. И буду делать все, что ты мне запрещала!

– Это шантаж? – Мама внимательно посмотрела на меня. Она уже поняла, куда могу сбежать. Я не отвела взгляда. Наоборот, придала ему твердости.

– Называй как хочешь, но я требую свободы!

– Ладно, повеселились, и будет. – Она поднялась с дивана и направилась к двери.

– Так я поеду?

– Посмотрим, – бросила она не останавливаясь.

– Нет, скажи сейчас! – потребовала я.

– Давай сначала доживем до пятницы.

– Мама!

Она замерла, снова посмотрела на меня, только в этот раз словно бы устало, и вдруг сказала:

– Хорошо. Поезжай. Видимо, и правда, пора отпустить тебя.

Неужели удалось?! Даже не верится!

В комнату я буквально на крыльях влетела и сразу схватилась за телефон. Меня распирало поделиться радостью с Эриком. Три дня вместе! Почти целая вечность!

Короткие гудки поубавили мой пыл, но эйфорию сбили не сразу. Понадобились еще две неудачные попытки, чтобы окончательно успокоиться. Меня словно специально учили сдерживать свои эмоции. Именно с такой мыслью я и легла спать, хотя рука так и чесалась, вновь набрать номер заветного абонента.

Долгожданный звонок раздался утром, когда шла в школу. Эрик точно рассчитал время: позвонил не раньше, ни позже, а в самый раз!

– Доброе утро. Ты звонила вчера. Я не стал перезванивать, уже было поздно.

– Привет, – выдохнула в трубку, сбавляя шаг, чтоб немного отстать от девчонок. – Да, звонила. Хотела сказать, что поговорила с мамой насчет поездки.

– И что? – насторожился Эрик.

– Думаю, теперь смогу не только эти выходные провести с тобой.

– Она поняла тебя?

Его вопрос буквально сразил меня! Сразу подумалось, как хорошо, что не дозвонилась вчера вся такая эйфорийная. Его заботит, чтобы у нас с мамой возникло понимание, а я вчера кричала на нее, да еще радовалась победе.

– Не совсем так, – вздохнула я.

– А что же тогда?!

– Я пригрозила уйти на вокзал и стать проституткой.

– Однако, какая ты жестокая! – рассмеялся он.

Я тоже тихо усмехнулась, а потом спросила:

– Мы увидимся сегодня?

– Непременно…

***

И все же, даже получив мамино разрешение, я каждый день со страхом ждала от нее какой-нибудь каверзы. Вздрагивала, сталкиваясь лицом к лицу, или когда слышала строгий окрик по имени. Да, все эти дни я продолжала витать в облаках, оттого была рассеянной, часто не замечала чего-то, потому и боялась. Но, время прошло без потерь! Заветная пятница наступила, а меня не упрятали за решетку, а даже, наоборот, отпустили с работы!

– Роза сказала, что не может застегнуть молнию на своем бауле. – Катя аккуратно поставила спортивную сумку на лавочку и повернулась ко мне.

Эрик должен был подъехать с минуту на минуту. Я взволнованно глянула на балкон второго этажа.

– Надеюсь, она не берет весь свой гардероб?

Катя не успела ответить, дверь подъезда распахнулась, и на крыльцо выплыла наша звезда. Она выглядела просто сногсшибательно! Белые обтягивающие джинсы, бирюзовая майка на тонких бретельках и жакет, который она перекинула через плечо. Мы с Катей переглянулись.

– Куда она собралась? – Вскинув бровь, я изобразила непонимание.

В отличие от нее, мы были одеты более чем скромно: в обычные джинсы, обычные майки.

– Вы чего?! – возмутилась Роза. – Это ведь спортивная база! Там наверняка будет много парней. Я не собираюсь тратить время даром. – Подруга бросила пухлую сумку на лавочку и встала перед нами. – И потом, ты ведь говорила, там будет вечеринка.

– Ну да, – усмехнулась я, – будет. Но не дискотека же!

Подруга хотела сказать что-то еще, но вдруг закрыла рот и сосредоточила взгляд на серебристом джипе с логотипом автомастерской на дверях, который только что въехал во двор. Машина остановилась ровно напротив нашей шеренги. Девчонки с любопытством уставились на пассажира, а я искала глазами водителя. Мне вдруг показалось, будто это не Эрик.

Двери открылись одновременно. Первым мы увидели высокого, смуглого парня в светлой майке и синих джинсах, потом машину обошел водитель. Он был немного ниже пассажира, белоснежная майка ладно облегала его плотную фигуру, джинсы новые, кроссовки, солнцезащитные очки… Я невольно улыбнулась. Видимо, Эрик совершил набег на магазин!

– Кто из них? – Роза быстро наклонилась ко мне.

Так и продолжая улыбаться, я промолчала.

– Всем привет, – весело сказал водитель, пристраивая очки на вырез майки. – Давайте знакомиться. Это Евгений, я Эрик.

– Роза. – Подруга вышла вперед и неопределенно махнула рукой в нашу сторону: – А это Катя и Ва́лери.

– Очень приятно. – Эрик заулыбался, подмигнув мне. – Садитесь в машину.

Девчонки тут же разошлись в разные стороны. Роза, как истинная леди, сразу направилась к джипу, а Катя за сумкой. Я тоже хотела забрать свою, но мой кавалер поспешил остановить нас.

– Я отнесу. Привет, – прошептал он, словно бы украдкой касаясь моей руки.

– Привет, – так же тихо ответила я. Мне хотелось большего, чем простое прикосновение, но он подхватил сумки и сразу направился к багажнику.

– Мы долго будем ехать? – Я последовала за ним.

– Часа полтора, а что?

– Ничего. Просто… спросила.