Цитаты из книг автора «Лао-цзы»

Для того чтобы служить небу и управлять людьми, всего лучше соблюдать воздержание. Воздержание – это первая ступень добродетели, которая и есть начало нравственного совершенства.

Сильное орудие правления не должно быть показываемо народу.

Кто соблюдает во всем воздержание, тот не будет знать (нравственного) падения. Это – Дао, которое существует во всей вселенной

Вещество произошло из хаоса. Есть бытие, которое существует раньше, нежели небо и земля. Оно недвижимо, бестелесно, самобытно и не знает переворота

О, как я прост! Во мне нет ничего определенного, как в младенце, еще не достигшем детства. Я как будто несусь, но не знаю куда и где остановлюсь. Многие люди богаты, но я ничего не имею, как будто все потерял. Я прост, как душа глупого человека, но люди света блестят. Я очень темен, но люди света просвещенны. Я один страдаю душевно; волнуюсь, как море; блуждаю и не знаю, где остановиться.

Когда уничтожено будет учение, то печали не будет. Как велика разница между простым и сложным! Как велика разница между добром и злом! Необходимо бояться того, чего люди боятся. О, дико! Еще далеко до средины. Многие держат себя важно, словно получают жертвенное мясо, словно весной восходят на башню. О, как я прост! Во мне нет ничего определенного, как в младенце, еще не достигшем детства. Я как будто несусь, но не знаю куда и где остановлюсь. Многие люди богаты, но я ничего не имею, как будто все потерял. Я прост, как душа глупого человека, но люди света блестят. Я очень темен, но люди света просвещенны. Я один страдаю душевно; волнуюсь, как море; блуждаю и не знаю, где остановиться. Многие люди делают то, к чему способны, но я один глуп и мужиковат. Я один отличаюсь от других тем, что люблю питаться у матери [

Лучше ничего не делать, чем стремиться к тому, чтобы что-либо наполнить.

Поэтому тот, кто свободен от страстей, видит чудесную тайну [дао], а кто имеет страсти, видит его только в конечной форме.

Почему в переживании и почестей и позора нужно лишь видеть предупреждение об опасности? Именно это и определяет необходимость отношения к почестям и позору как к предупреждению об опасности.

Ценность большой беды точно такая же, как у твоего тела, потому что тело-то как раз и является источником всех бед для тебя, и если ты ценишь свое тело, а именно так ты к нему и относишься, то уж будь добр, цени и большие беды, выпадающие на твою долю. Так почему же в переживании и почестей и позора следует видеть большую опасность?