Первые грозы

«О нас никто не захочет писать. Мы скучные. Просто любим и стараемся жить правильно и честно. Кому это интересно сегодня?» (с)

Я очень ждала выхода новой книги Ланы Кузьминой о самых обыкновенных людях, тех самых: простых, скучных, старающихся жить правильно и честно. Не знаю, чем меня привлекают такие истории жизней… Глубиной внутренних переживаний, наверное. Пониманием, что каждый на этой Земле не просто так, а с какой-то миссией. Что каждый человек, каким бы маленьким и незначительным он ни казался, на самом деле может сыграть огромную роль в чьей-то жизни, стать или разрушителем, или, наоборот, тем, кто соберет эту жизнь по крупицам.

Герои этой книги – подростки, но счастливых среди них нет ни одного. И это не только потому, что подростковый возраст бросает молодым людям множество вызовов. В их несчастьях и неустроенности виноваты и родители, которые, кажется, сами остались психологически незрелыми, а потому не могут стать опорой и поддержкой своим детям. Лешину маму, несмотря на все, хотелось пожалеть: она всю жизнь бежала за иллюзорным счастьем и, хочется верить, наконец-то его нашла. А вот Лешиного папу я так и не поняла: то ли правда он был влюблен так, что не видел Марининого уродства, то ли пустил все на самотек, то ли и правда решил отогреть никому не нужную, и потому злую тетку за счет благополучия собственного сына… Витиного отчима хотелось унизить, напугать, наказать так, как он наказывал пасынка. Хотелось, чтобы и он почувствовал себя уязвимым, но, к моему сожалению, у него все сложилось очень даже хорошо. Что поделать: возмездие – дело отложенное во времени и очень избирательное. Хорошо, что Витя не озлобился и не сломался. Хорошо, что в финале книги – начале своей свободной, настоящей, выстраданной и вымечтанной жизни - смог собрать вокруг себя тех, для кого стал образцом для подражания и защитником.

Очень тронула меня судьба Маши. Сначала героиня казалась лишней, неприкаянной, но с каждой страницей ее становилось все больше жаль. Для Маши, которая в силу своей болезни не способна принимать серьезные решения самостоятельно, очень необходим был кто-то, вставший за ее плечом. Жаль было Германа – мальчика для битья всего интерната для слабовидящих. Хотелось вдарить Игорю за то, как он обходился с тем, кто считал его своим единственным и настоящим другом.

Единственный взрослый, неравнодушный к судьбам всей подростковой компании, оказывается то ли ведьмой, то ли талантливым манипулятором, то ли хорошим психологом. Мое отношение к бабулькам, сутки напролет из окон своих квартир наблюдающим, как реалити-шоу, жизнь своих соседей, вообще-то весьма негативное, поэтому к Тамаре я отнеслась настороженно. Потом она меня покорила, потом насторожила, потом снова растопила мое сердце… Наверное, это самый неоднозначный персонаж. Можно относиться к ней по-разному, но того, что она очень повлияла на жизни всех без исключения ребят, не признать нельзя.

Читала эту книгу – и в голове вертелся вопрос: кто на самом деле живет во тьме? Слепые ребята или Аня с отцом-алкоголиком и вечными скандалами в семье? А может, это Витя, которому не повезло с отчимом? Или Леша, вынужденный торчать в трусах на морозе из-за придурочной с садистскими шутками мачехи? Удивительно, как люди, уже носящие тьму внутри, могут разливать ее вокруг себя, делая невыносимой жизнь тех, кто тянется к свету. И наоборот: как чудесно, что тот, кто ни разу в жизни не видел солнца, может разогнать эту тьму одним словом, жестом или исполненной на пианино мелодией.

Несмотря на изрядную долю мрачняка, выпавшего на долю героев, настроение у книги светло-меланхоличное. Автор не обещает золотых гор и кисельных берегов – даже сыроварню герои построят сами. И вот это отсутствие счастливого конца, начало вместо него новой истории, которая останется уже за страницами книги, и нравится мне в прозе Ланы Кузьминой. Смело рекомендую ее всем, кто устал от геройских героев и соскучился по душевному теплу.

С этой историей порошки как-то интонационно не вяжутся... Но юной традиции ради попытка все же была сделана:

бывает встанешь юным людям
устроишь славный невзначай
и в ком-то чаянья разбудишь
под чай

Я обещала себе, что обязательно прочитаю эту историю, когда она была еще в процессе написания. Меня обаяли отрывки, которые публиковала Лана. Каждый из них давал повод или покивать, соглашаясь, или подискутировать мысленно, или вспомнить какой-то теплый эпизод из своей жизни, или пойти на кухню и перенюхать с закрытыми глазами все чаи из своей коллекции, или поцеловать лишний раз мурчад в макушки (хотя до макушки старшего, когда он стоит, уже особо и не дотянешься).

Мои аппетиты потребителя историй сложно назвать умеренными - вечно нахапываю себе бумажных и электронных книжек столько, что от них ломятся читалка и книжный шкаф (и мозг немножко делает бдыщ, когда я пытаюсь выстроить это все в какую-то очередь). Поэтому добралась я до "Первых гроз" не сразу, как только они были дописаны и выложены. Но все же добралась наконец.

И получила именно то, ради чего в эту историю шла: переплетение судеб людей, которых язык не повернется назвать "простыми" - потому что какие же они простые, если в каждом столько всего, обо что можно то отогреться, то уколоться, то вразумиться, то отшибить терпелку, то отточить понималку...

Аня со множеством имен, с цветными волосами и множеством острых словечек под языком, с предельно неидеальными родителями и такой понятной тоской по вниманию.

Леша, который немножко Шерлок, хотя и не всегда умеет делать правильные выводы из подмеченных деталей. Но, может, еще научится.

Яна, которая сердцем видит больше, чем некоторые другие - глазами.

Игорь, сложносочиненный вьюнош, способный начать раскапывать истину - и случайно закопать при этом себя.

Тамара, ловец потерявшихся в собственных чувствах юных человеков. С точки зрения этики можно бы иногда и придраться к ее методам, но если судить по результатам, то она не ведьма, как называет ее один из героев, а скорее фея-крестная.

И многие другие, похожие на полевые цветы в букете - не обязательно яркие и броские, но если каждому уделить хоть немного внимания, то можно внезапно узнать что-то новое. Причем - о себе.

Сюжет этой книги не шарахает высоким напряжением при каждом соприкосновении - хотя драматические ситуации в нем есть, и нельзя сказать, что драмы в них недоложено. Дело, наверное, в интонации повествования - спокойной, без ноток истерики, без попыток заставить читателей побольнее обстрадаться.
Однако это ни в коем случае не равнодушие и не отстраненность. Очень хорошо чувствуется, что трещины, раскалывающие мир, проходят через сердце автора.

Мне, может быть, не очень близок по темпераменту такой стиль повествования. Однако же я вполне способна оценить его сдержанную силу и обаяние. Поддаться им. Позволить им что-то хорошее и правильное делать с моим умеренно ядовитым сердцем.
Воть)

«Бывают вещи пострашнее ругани и скандалов. С ними-то как раз все ясно. Но как понять тишину? Что могут означать молчаливые вечера перед телевизором, когда каждый занят собой.»

Наверняка каждому в той или иной степени знакомо такое одиночество в семье, когда вы вроде бы вместе, но между вами молчаливая стена или безразличия, или недопонимания, а может и вовсе не желания понимать. Когда важным становится какое-то внешнее, типа оценок, внешнего вида, замечаний, норм поведения, но не то, что внутри у ребенка.

Очень остро показано в книге взаимоотношение отцов и детей. Нет, здесь не про разницу поколений речь, скорее про недолюбленность. Ведь не зря я слышала от многих, что тогда в советское время не была распространена та любовь между родителями и ребенком, которая принята сейчас. И пусть книга не про советское время, но как будто генетически в памяти у родителей героев осталось скупость эмоций, безучастность, иногда злость, переходящая в агрессию, как в случае с отчимом Вити.

И некоторые же родители, представленные в книге, совершенно неплохие люди. Вот отец Леши, как будто безучастный, иногда кажущийся равнодушным, но совершает местами такие поступки, после которых не можешь им не восхищаться. Все проходят мимо собаки, которой нужна помощь и только он понес до ветеринара ее, пожертвовав при этом дорогим пальто. Так вот на его примере наглядно видно, что просто не научили, как выражать любовь, вот и выливается она в таких ситуациях, когда нужно поддержать и оказать какую-то помощь.

И если с отцами и отчимами в книге понятно, то мамы вызывают недоумение. Одна возвышенная в поэзии и высоком, в итоге бросающая своего ребенка, другая манипулятор, прикрывающаяся детьми и играющая их чувствами.

«Люди совершают ошибки. Совершают все, но не все их осознают. К некоторым озарение приходит слишком поздно».
Больно и грустно? Да нет, жизненно. Сколько таких семей, сколько таких детей, которые с сжимающимся сердцем ждут прихода папы с работы, гадая, повезет или нет, придет пьяный или обойдется и скандала между родителями не будет.

«Все люди, которые встречаются нам на пути, делятся на две группы: одни толкают вниз, другие – протягивают руку».

И вот таким светлым пятном во всей этой болючей истории выступает соседка Тамара, которая неустанно протягивает руку помощи. И хоть личность Тамары из прошлого вызывает вопросы, я не переставала думать, как было бы замечательно, если бы у каждого ребенка был такой человек, и особенно прекрасно, если бы этими людьми были родители. Тамара на протяжении большей части книги кажется доброй феей, которая в нужное время появляется в нужном месте и подталкивает ненавязчиво к важным и верным решениям, а иногда просто находится рядом.

И пусть местами кажется, что с ее стороны имеет место быть некоего рода манипуляция, я убеждена, что если человек действует исходя из интересов другого, то можно ради его блага и поманипулировать и подвести события в череду потрясающих воображение случайностей.

«Помнишь, как мы собирали с тобой пазл? Вот мир как будто большая картинка, а каждый человек деталька пазла. Не будет хотя бы одного, и картинка не получится».

Отдельной канвой по сюжету проходит тема людей, а точнее подростков с ограниченными возможностями. Как по-разному можно относится к данной теме. Некоторые люди талантливо поющую девушку воспринимают в своем искаженном мире. Ее победа на конкурсе приравнивается к жалости. И меня так проняла эта мысль. Окажитесь на месте такого ребенка, что вы почувствуете? Что ничего не можете добиться по своей уникальности, а только из сочувствия и жалости? Что ты сама по себе не ценна, слушая тебя, не слышат музыку, а видят только физический изъян.

Убивает неверие в детей, неверие в силу человеческого духа. Так, Игорю отказывают почти все школы в преподавании истории детям из-за его слепоты. А как же порядок, а вдруг будут списывать, и вообще проблемы одни. Сколько стереотипов и как мало милосердия. А дети могут преподнести уроки взрослым и отдать дань уважения преподавателю, пообещав друг другу не списывать и вести себя на его уроках достойно.

Мне кажется я так мало озвучила тем, которые подняты в этой книге. Каждый эпизод можно обсуждать отдельно и делать выводы. Автор в своих книгах затрагивает какие-то тончайшие ниточки души, которые отзываются где-то глубоко. Говоря об этой книге, хочется ее охарактеризовать ее же цитатой:

«От настоящей музыки всегда хочется немного плакать, потому что она так прекрасна, что иначе, чем слезами, выразить свои чувства невозможно». Вот и эта книга так пронизана музыкой и чем-то личностно пронизывающим, что пишешь и кажется, не хватает слов, чтобы описать то, какие чувства она вызвала и как глубоко в сердце попала.

«И сейчас в твоей жизни самая чудесная пора – пора юности и весны. И все плохое, что случается в твоей жизни всего лишь первые весенние грозы, после которых мир становится чище, смывая с себя грязь и мерзость.»

И конечно не могла эта книга не вызвать во мне стихотворных размышлений:

Первые грозы души моей
Вот бы взять сразу и стать мудрее
Пройти смело путь всех ошибок, волнений
Тем самым спасая себя от сомнений.

Страшнее ошибок быть может лишь робость,
Которая часто мешает раскрыться
Таланту, призванию, смелым порывам,
В душе оседая обиды нарывом.

Так пусть эти первые грозы разгонят
Все страхи, тревоги и тени волнений,
Ведь молодость нам для того и дается,
Чтоб выйти из мрака своих заблуждений.