За защитным экраном и за стеною гор благоухает бескрайний город Лепота, в котором живут 18-метровые люди всё ещё боги и продолжают создавать новые виды растений и животных. В мире и согласии, в радости, наполняя каждый день сотворчеством, доверяя друг другу, любя, щедро отдавая, наслаждаясь каждым мигом, дружная семья существует, поглощённая служению планете.
На цветущей поляне рядом с бурной звенящей рекой две подруги-сестры в прозрачных защитных шелках, со светом вместо глаз сидели, упав, как в кресло, в мягкую крону могучего дуба, и он пронизывал своими мощными энергетическими струями их тела, обмениваясь энергией.
– Ты видишь, какой славный зверёк получился? Глазки озорные! – в огромных ладонях девушки едва заметен был крохотный пушистый шарик.
– Да! Правда, хорош!
– Вот только не совсем осмыслила, какая будет природе от него польза.
– Он необыкновенный! Думаю, польза найдётся. Как назовёшь?
– Спрошу у мамы! Она так здорово имена создаёт! Хотя, постой-ка!
– Придумала?
– Шиши-шила-шин-да-шиншилла! Смотри, какая у него шёрстка! Я сделала грызуна сверх шерстяным, 20 волос в каждом подкожном мешочке, потрогай, как тебе?
– Будто капля пушистого облачка! Восхитительно!
– Но не совершенно! Если шкура намокнет, так долго сохнет, что образуется плесень.
– Так вбей в их код, чтобы шилики купались в пыли, это защитит мех.
– А это идея!
– Говорю же, восхитительно! Ни блохи, ни какие иные паразиты не страшны, да и внешне, как чудесно получилось! Мама будет в восторге!
– Думаешь?
– Уверена! И имя такое шуршащее! У тебя талант создавать милых существ!
– А ты умеешь вдохновлять лучше кого-либо! Спасибо, сестра! Дай обниму!
– Обменяемся радостью?
– С удовольствием! Лишь бы Мстислав его заметил, как можно позже, иначе сразу же придумает какого-нибудь диковинного вредителя, чтобы разнообразить жизнь зверьку.
Девушки рассмеялись.
– Так забрось его подальше от нас! Пусть обитает где-нибудь на той стороне Земли, да подними высоко в горы. Мсиславушка туда ни в жизнь не подастся, застрянет по дороге. С утра до ночи закружится всем сложности создать.
– Так и сделаю! Вместе идеи сильнее! Спасибо, сестра! – Девушка опустила зверька в траву. – А пока пусть побегает, подышит нашим эфиром.
– Душица! Гайтанка! Вот вы где! – внезапно появился брат Вело. – Десимира не видели? Не могу с ним внутренне связаться, ускользает.
– Он с Юром за порталом. Надели для потехи мирские одёжи, стали видимыми и пешими отправились по свету, в обход на север подались, минуя озеро горных духов с левой стороны! Теперь нескоро будут.
– И даже защиту не взяли? Нашли время! Вот как затеют что-нибудь, так хоть трава не расти!
– Не ворчи! Чудесный день! – улыбнулась Душица. – Что за понурое лицо? Света нынче много – самое время творить!
– Разболтались! Оставьте мыслеформы и перейдите в образы! Речь – прямая дорога к замершему разуму! А где разум, там нет места волшебству. Света много, но мысли мешают вам увидеть знаки земли! Отбросьте разговоры! Назад в образы! Впустите пустоту в головы и возвращайтесь домой в семью! Узрите! Низоды уже подтолкнули сверхмощных к краю. Грядёт сражение между блаженными и атлантами под управлением низодов! Домой, сёстры, домой! Совет собирается, приглашения уже высланы.
– Ну и пусть себе собирается! Наше дело – жить по сердцу. Мирская суета пройдёт мимо.
– Душица права, Вело, а ты куда?
– Искать Десимира, он весь день ускользает, я чувствую беспокойство за него.
Душица и Гайтанка вмиг телепортировались. Вело постоял ещё мгновение, а потом так же быстро исчез.
Там, где земля касается трёхглавой Белухой неба, где со склонов рождается река – молочные берега Катунь, распростёрлось место мира и молчания. Место, где мечты воплощаются в реальность. Место, где живут 18-метровые люди-творцы. Место, которое два друга Десимир и Юр решили покинуть, чтобы отправиться, обойдя материк по левому краю, и подняться к самому северу. Туда, где никогда не были, туда, куда тянет, несмотря на внутренний страх смены мерности. Какая участь уготована им?
– Ну что ты опять впал в себя? Мы идём всего-то седьмой день! И останавливаемся у каждого дерева, холма, пригорка.
– Так ведь интересно же! Всё в новинку!
– Прямо как твой приезд к нам в Лепоту?
– Очень похожее чувство.
– Пора выспаться. Надо к ночи найти подходящую стоянку.
– Юр, давай вернёмся, чувствую, меня Вело всюду ищет.
– Да ты что? Наконец-то собрались, вознамерились, и всё бросить? Ты же обещал дойти со мной до стены северного ветра!
– Сегодня знаки гонят обратно к горе, – Десимир оглянулся, – место молчания – самое благословенное на сырой земле! Вернёмся? А вдруг семье нужна наша помощь?
– Зачем? Они и без нас прекрасно справятся. Это последняя возможность вырваться из одной известной событийной ветки и прыгнуть в неизвестную другую.
– А ты не боишься идти вопреки голосу земли?
– Рождён я на её пупе, чего ж бояться? Всё за нас просчитали давно, даже жизни обрисованы, со скуки можно помереть!
– Зачем менять мерность из-за какой-то скуки?
– Ты со дна океанского к нам явился? Полукровка. Больше меня зришь. Ты же чувствуешь зов? Пошли! Надо успеть увидеть страну за стеной северного ветра, пока её не смыло. Сам же слышал: Яхве нападёт на светлую страну, Яровит в ярости перевернёт мир с ног на голову, земля за стеной покроется льдом, и люди там потеряют память – им наложат иную правду-кривду и будут удерживать столько, сколько смогут.
– Надеюсь, это пророчество не сбудется в нашем временно́м измерении.
– Что толку надеяться? Всё так и будет.
Горы остались за горизонтом, и два молодых, сильных парня-великана вышли на пестрящую разнотравьем равнину. Спустились к берегу испить воды, да и решили заночевать здесь у безымянной реки с непривычно тихим течением. Солнце клонилось к закату, вот-вот и тьма накроет землю, можно будет заглянуть в бесконечность мира и насладиться красотой звёзд.
– Ты не чувствуешь неполноты?
– Отнюдь, света было много, у меня душевный подъём.
– Я тоже заряжен. Тогда давай спать. Десять кругов не спали. Пройдёмся по архиву?
– Приятного странствия! Я сейчас с Вело свяжусь, всё ему объясню и тоже погуляю по тонким мирам.
Солнце упало за горизонт, Юр уснул, а Десимир через энергетическую сеть немо общался со старшим братом Юра Вело.
– Уже сто лет ты живёшь у нас. Я чувствую тревогу за тебя, лучше возвращайся в место молчания.
– Мы давно мечтали с Юром увидеть мир за стеной ветра.
– Ты не успеешь вернуться до затмения, это дурной знак. Останешься без моей защиты.
– Идём мы с Юром, а волнуешься ты только за меня.
– Юр здесь родился, он под особой опекой матушки-земли, выкрутится. Да он баламут, но не чувствую я за него тревоги, а ты восприимчивый, увязнешь, если не вернёшься. Ты наш гость, человек моря. Я несу ответ за тебя перед Синей рыбой.
– Позволь мне решать, дай волю. Не зря же я у вас в гостях оказался на родине отца, сам знаешь, это только мой путь, по нему и пойду.
– Хорошо, я принимаю выбор, родителям объясню. Но помни! Если на земле станет совсем невмоготу, зови меня крепко, зови меня! Даже если место молчания закроется, я услышу твой зов, я приду! Держись земли, но помни свою суть!
– Я знаю, брат названный! Ты всегда был для меня первым учителем и лучшим другом. Но пойми! Тянет меня пройти по суше! Страшно тянет! Иду по зову сердца! Туда, где сердцу трепетно! Отцу, матери, братьям и сёстрам твоим ещё один глубокий поток любви!
– Передам! Скатертью дорога!
Десимир приглушил связь с Вело, посмотрел в ту сторону, где пропала из виду гора Белуха, направил тепло души граду молчания, простился, отпустил все навязчивые пойманные мысли и лёг поудобнее на перину густой травы. Обнял взором небо, а небо нежно, но всепоглощающе прикоснулось к нему, и Десимир почувствовал ровное дыхание бесконечности, пригубил, восхитился вкусом, зевнул, закрыл глаза и мертвецки уснул.
Степень осознанности, как всегда, оказалась велика, Десимир не спешил уходить в иные миры, решив побродить в образе мальчика-подростка по Земле в безвременье между мирами, где отзеркалены прошлое, настоящее, будущее, и поискать диковинные места. Вознамерившись, он тут же оказался в жарком жёлтом облаке и неспешно прогуливался по базарной площади шумного города, с интересом наблюдая за жителями. Этот народ – маленькие люди – чужое племя, незнакомое. Даже старик Гавран, ему подумалось, никогда не бывал в этих краях, во всяком случае, он не припомнил ни одного рассказа про таких жёлтых, круглолицых коротышек с глазами щёлками и хитрым прищуром. Оазис, окружённый пустыней, – город, похожий на пчелиный улей, жужжал и бурлил, управляемый хаос завораживал своей превосходной математикой. Каждый был при деле от мала до велика: и младенец на груди у матери, и торговец сладких фруктов. Весь базар пропитан пряностями. Дышалось тяжело, как будто кто-то забирал силы. Десимир старался не задерживать внимание больше мгновения ни на ком и блуждал взглядом, не проваливаясь глубоко в событийный ряд, только так можно было не потеряться и не устать. Вдруг кто-то за спиной положил ему на плечо невесомую руку и сладко сказал:
– Доуша, ты слышишь мой зов? Я чувствую, ты идёшь за мной!
Десимир оглянулся, чтобы увидеть девушку, чей голос проник сквозь всё тело, – От него удалялась тонкая вытянутая в свечу фигура, расплываясь, не давая рассмотреть себя в деталях, а в ушах нарастал гул.
Десимир увлёкся и поспешил на зов. Узкая тропка уводила из города. Тонкая фигура девушки уменьшалась в размерах, пока не превратилась в девчонку с масляной серебряной лампой в руках. Она разговаривала с сущностью, которая зелёным паром то и дело вылетала из носика лампы, и спешила к восточным воротам.
Быстро-быстро семеня, как будто бежала по верёвочке, балансируя и стараясь не свалиться в невидимую глазу пропасть, девочка продолжала уходить в пустыню. Наконец, она остановилась и опустила лампу на раскалённый песок – зелёный пар заклубился, вырисовывая причудливые узоры.
– Тебе нравится этот град-колодец? – обернувшись, спросила девочка, поймав его внимание.
Десимир рассматривал её растрёпанные длинные светлые волосы и большие, постоянно меняющие цвет глаза, остальные детали лица и тела расплывались.
– Забавный… нравится.
– А мне вот нет! – чужим мужским басом прогрохотала она.
Гул нарастал. Десимир оглянулся и посмотрел на город, оставшийся позади. Жёлтый песок, окружающий крепостные стены, как будто ожил, заговорил и заклубился, как то зелёное нечто, дымящееся над лампой девочки.
– Гибель близка! Уходи отсюда! Их не спасти! – зазвенело, задребезжало, и фигура девочки растаяла в жёлтом тумане.
Ещё мгновение, и Десимир вновь стоял на базарной площади на том же самом месте.
– Это злые джинны! Слышите их рёв? – громко кричал старый бродяга. Он вскочил на крышу лавочки, размахивая своей клюкой.
Горожане тут же пуще засуетились, озираясь, встревоженные от нарастающего шума, слишком быстро и грозно что-то приближалось. Так быстро, что через мгновение, всех накрыло гигантской волной. Огромный город оказался на дне внезапно возникшего в пустыне моря, не успев осознать свою участь.
Десимир поднялся сознанием из тела подростка и увидел поток, состоящий из грязи, камней, воды, с бешеной скоростью спустившийся с верхушки мира. Море смерти поглотило город навсегда.
Десимир впервые почувствовал жалость, поспешил в архивы-хроники, чтобы понять, куда его занесло, и чью судьбу он наблюдал в безвременье. Вознамерился отыскать правду – под ноги ему упала жёлтая книга, распахнулась и голосом пророка Синей рыбы зазвучала, предрекая: «Это лишь капля в море предстоящих бедствий – малый образец! Сильные волны поглотили обречённых. Пройдут столетия, вода постепенно сгинет с этих мест, солёное море высохнет, обнажив остатки некогда процветающего уголка мира, о котором больше никто не вспомнит, будто и не было Сары Арала – города-колодца, окружённого знойной пустыней. Лишь Яксарт и Вакшу продолжат жить, питаясь талыми водами, и хранить тайну о случившейся в тот день беде, пока и их срок не истечёт».
– Могу ли я повлиять на события и изменить их? – с надеждой спросил Десимир у умной книги.
– Иди на зов сердца – это всё, что в твоих силах! – голосом Гаврана ответила книга и вернулась в архив.
– Гавран, раз уж ты здесь, ответь мне ещё на один вопрос: почему у меня возникло острое желание повлиять на мир?
Сразу напротив Десимира возник высокий старец, одетый в белое, и его длинные абсолютно седые волосы при полном безветрии раздувало во все стороны.
– Я, Синяя рыба, Белогор и прочие сыны двуликих – стражи. Вы – живущие в Шамбале – наши потомки, но низоды и в нас, и в вас, во всех наследили, ополовинили. Иначе бы мы не застряли здесь. У тебя и у Юра всплыла старая карма. Страхам, упрятанным на долгие тысячелетия, пришло время проявиться, поэтому вы так жаждете изменить мир. Страхи всегда несут войну.
Пытаясь изменить мир, Десимир, ты начинаешь битву. Помни об этом! Особенно в тот час, когда желание всё исправить под себя овладеет тобой.
– Это действительно произойдёт?
– Чем дальше вы уйдёте от портала, тем выше вероятность потерять связь со своим Светом. Помни, в яви реальность такова: личность и воля человека полностью подчинены Системе!
– Так почему же ты нам не запретишь?
– Сам знаешь.
– Право свободной воли?
– И только оно вершит. Люди напрочь забыли об этом праве, а ты, пока живёшь согласно праву свободной воли, нет ничего невозможного даже в границах яви.
Но вот тебе моё наставление: не ввязывайтесь ни ты, ни Юр в соприкосновение с низодами. Избегайте общения с ними. Сущности низкосветимые настолько хитры и изворотливы, жаждущие и голодные, что ваш яркий Свет может стать для них навязчивой целью.
– Благодарю за наказ, Гавран!
– Ступайте со Светом по свету и берегите его! – Высокий старец обратился в белого ворона и стремительно улетел за горизонт.
Десимир остался один в пустом пространстве, всё ещё провожая взглядом Гаврана. Времени не существовало. Ни чувств, ни мыслей, ни желаний, только белый свет.
О проекте
О подписке
Другие проекты