Уилфрид Шид Ведь, как ни крути, его некогда захватил в плен и принудил работать (таскать и перевозить трупы) вражеский режим, погрязший в идолопоклонстве перед тираном, прогнивший из-за стремления людей к легким авторитарным решениям.
Он ненадолго умолкает, а потом интересуется, помнит ли кто-нибудь сцену бомбежки в «Уловке 22», где главный герой, Йоссариан, старательно перебинтовав руку раненому летчику, расстегивает молнию на его куртке — и наружу вываливаются все кишки пилота[ ].
Вы в любом случае станете писать о собственной жизни, но вы этого не будете осознавать, если пишете бульварный вестерн — и даже если вы пишете не бульварный вестерн, а превосходный вестерн вроде «Ровно в полдень» . Потому что где-то во всем этом зашифрована психологическая проблема, которая терзает автора.