Форд прошёл лишь небольшой путь, когда услышал быстрые шаги позади. Оглянулся. К нему подбежала Силли. Теперь она казалась совершенно другой – радостной, излучающей искреннее восторженное настроение. В её глазах блестел задор, и улыбка не сходила с губ.

– Ты сегодня отлично сыграл! – воскликнула она, её голос звучал ярче и веселее, чем раньше. – Просто волшебно! Только заметил, что ты всё время о чём-то думал. А это не стоит делать.

Форд, покосившись на неё, усмехнулся:

– Ага, весь день игнорировала, а теперь вот заговорила.

Силли на мгновение замялась, её улыбка чуть смялась, и на её лице появилась странная гримаса.

– Просто у меня раздвоение личности, – сказала она, словно оправдываясь. – Одна – тихая и застенчивая, другая – живая и весёлая. Тебе нужно смириться.

Форд, немного удивлённый этим необычным объяснением, кивнул. В этот момент зазвенел его телефон. На экране вспыхнули уведомления: запросы на добавление в друзья. Итан, Энтони, Кай, Стелла. Форд улыбнулся. Новые друзья, новые возможности. Приятное чувство радости разлилось по всему телу.

Силли, наблюдающая за ним, слегка нахмурилась. На её лице вновь появилось то же странное, немного отстранённое выражение. Как будто радостная и весёлая личность внезапно исчезла, уступив место более тихой и загадочной.

– Я тут вспомнил, – остановил Форд Силли, нахмурившись. – Ты же сегодня утром сказала, что это последнее «доброе утро», почему?

Силли, не прекращая лёгкой, почти неуловимой походки, ответила:

– Когда школа начинается, у меня нет «доброго утра». Только по выходным. Рабочие будни – это не для нежных чувств.

Форд посмотрел на неё странно. Он всё ещё не мог привыкнуть к её переменчивому настроению и странным высказываниям, но уже начал смиряться с этой её особенностью. Как с непредсказуемой погодой.

В этот момент небо разверзлось, и начался настоящий ливень. Дождь, сначала мелкий и едва заметный, усилился, превратившись в сильный, проливной. Брайт уже было собрался достать телефон, чтобы позвонить Джейку и попросить подвезти, как Силли неожиданно сказала:

– Весенний дождь очень полезен. Давай прогуляемся?

– Хорошо…

Дождь усиливался с каждой минутой, превращаясь в настоящий водопад. Форд, не задумываясь, снял свою кофту и накрыл ею голову Силли, защищая её от проливного дождя. Он видел, как на её лице мелькнуло что-то похожее на удивление, а затем – нежная улыбка.

И в этот момент Силли, словно о чём-то вспомнив, произнесла:

– Знаешь, по французским манерам, поднести зонт во время дождя другому человеку считается знаком доверия и любви.

Форд, немного ошеломлённый этим заявлением, улыбнулся:

– А что значит если поднести кофту?

Силли рассмеялась, её смех, звонкий и лёгкий, звенел подобно каплям дождя, которые с силой барабанили по асфальту.

– Знак дурности, – ответила она, всё ещё смеясь. – Потому что непрактично. Но мило.

Они немного посмеялись, обмениваясь шутками и короткими фразами, которые едва успевали произнести, пока проливной дождь превращал всё вокруг в сплошное водяное покрывало.

Силли резко остановилась, её весёлое настроение исчезло, словно его и не было. Лицо её помрачнело, улыбка сменилась напряжённым выражением. Дождь, казалось, затих на мгновение, подчеркивая внезапную перемену настроения.

– Слушай, – сказала она, её голос звучал тихо, почти шёпотом, но при этом был необыкновенно тверд. – Я не хотела бы, чтобы ты в школе со мной общался. Из-за моей «дурности» на меня косо смотрят. И на тех, кто со мной общается. Ты только что завёл новых друзей, и я не хочу всё испортить.

– Я… – начал Форд, но слова застряли в горле. Он чувствовал себя растерянным, немного обиженным, но в то же время понимающим. Её опасения были обоснованными. Школьная жизнь – это целая вселенная, со своими законами и правилами, и он не мог просто игнорировать её чувства.

– Если ты так хочешь, то пусть так и будет, – пробормотал Форд, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

Услышав его тихий, спокойный ответ, Силли словно преобразилась. На её лице снова появилась улыбка, такая же яркая и озорная, как и несколько минут назад.

– Вот и славно, – сказала она, её голос звучал легко и непринуждённо, словно тяжёлый груз наконец-то упал с плеч.

Воздух наполнился ароматом мокрого асфальта и зелени, а вместе с дождём к ним пришло ощущение чистоты и спокойствия. Они шли, наслаждаясь простым моментом, простым общением, простым дождём.

Глава 4.

Воздух в спортзале стоял густой, пропахший потом. Солнце, пробиваясь сквозь грязные окна, выхватывало из полумрака напряженные фигуры баскетболистов. Они отжимались на баскетбольных мячах, их мышцы, напряженные до предела, дрожали. Крики мистера Чарльза, разносились эхом, отражаясь от стен:

– Быстрее! Еще быстрее, черти! Не заставляйте меня ждать! Вы решили опоздать на тренировку, вот теперь отрабатывайте. Кто не будете работать на пределе, тот будет сидеть на скамейке запасных, а не на паркете.

Прошла неделя с тех пор, как Форд присоединился к команде. Неделя, которая показалась ему вечностью. То, что он видел на первой тренировке, оказалось лишь цветочками, легкой прогулкой по парку перед настоящим марш-броском через ад. Мистер Чарльз, настоящий тиран, но и гениальный стратег, чередовал тренировки: уличные площадки под палящим солнцем, где асфальт плавился, и затхлый спортзал, где воздух висел тяжелым, влажным одеялом.

Форд, привыкший к разумным нагрузкам, чувствовал себя выжатым лимоном. Мышцы ныли, тело протестовало, легкие горели огнем, но он упорно стискивал зубы, заставляя себя работать на пределе. Близились соревнования, и отбор в команду был уже не за горами. Только шесть человек из десяти претендентов – пять основных игроков и один запасной – получат право сражаться на поле. Каждый игрок, словно хищник, наблюдал за своими соперниками, выжидая ошибки. Форд знал, что два места уже были фактически заняты: капитан Кай, невозмутимый лидер команды, и Итан, лучший атакующий игрок, были вне конкуренции. Оставалось четыре места, и за них шла настоящая битва.

Форд видел, как его ребята, опытные и сильные, с легкостью выполняли самые сложные упражнения. Они были словно стальные машины, отточенные годами тренировок. Он чувствовал себя новичком, недостойным даже находиться рядом с ними, но сдаваться не собирался. Брайт осознавал, что это не просто игра – это битва за место под солнцем, за уважение, за право доказать свою силу. Он будет бороться до последней капли пота, до последнего вздоха.

Итан, отжимаясь рядом с Фордом, прошипел сквозь стиснутые зубы:

– Мистер Чарльз сегодня совсем спятил. Кажется, он решил превратить нас в настоящих роботов.

Остальные промолчали, предпочитая не привлекать лишнего внимания. Внезапно, тень упала на Итана. Тренер навис над ним, швырнув баскетбольный мяч прямо в голову парня. Мяч отскочил и, повиснув в воздухе на мгновение, удивительно точно упал обратно в руки мистера Чарльза.

– Игра с «Грёзами» будет решающей, – прорычал мистер Чарльз, его глаза сверкали холодным огнём. – В этом году победителям достанется кубок, а не жалкие медали. «Тени» в последнее время играли слишком расслабленно. Мне придётся хорошенько подумать, кого отправлять в бой. «Грёзы» – серьёзный соперник, поэтому отбор будет строгим!

Резкий, пронзительный свисток разрезал воздух. Отжимания были закончены. Игроки, выжатые как лимоны, рухнули на пол, их мышцы ныли, лёгкие горели, тела бились в судорогах. Но отдых был коротким. Дальше их ждали еще более изнурительные тренировки, отработка приемов, спарринги.

Парни валялись на полу спортзала, разбросанные, как груда выжатых тряпок. Пот заливал глаза, одежда прилипала к мокрым телам, а в лёгких жгло огнем. Воздух стоял неподвижный, густой, насыщенный запахом пота, усталости и пыли. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь хриплым дыханием и редким стоном боли. Минуты тянулись бесконечно долго. Даже пол казался горячим под телами, которые уже не чувствовали ничего, кроме тупой, всепоглощающей усталости.

Наконец, багровое лицо мистера Чарльза появилось в проеме двери, и его голос, грубый и резкий, как удар хлыста, разорвал тишину:

– Пять минут! И без разговоров, продолжим! Кто не успеет восстановиться – тот будет восстанавливаться на скамейке запасных!

Кай тяжело дыша, сел, откидываясь на руки. Его грудь вздымалась, а пот струйками стекал по лицу, оставляя блестящие дорожки на щеках.

– Хотел бы сегодня попробовать «Скайхук», – пробормотал он, стараясь отдышаться. Его голос звучал хрипло, но в нем слышалась твердая решимость. «Скайхук» – сложный, эффектный, но и рискованный прием, требующий идеальной координации и безупречной физической формы.

Из-за его спины раздался голос Итана.

– Помню, ты пытался его сделать несколько раз. Но что-то постоянно шло не так. Может, лучше оставить его на потом? – Его голос был спокоен, но в нем слышалась скрытая тревога. Итан прекрасно понимал, насколько сложен этот прием, и осознавал риски, связанные с его исполнением. Он видел, как Кай, одержимый идеей освоить «Скайхук», упорно тренируется, но пока безрезультатно.

Рядом с ними лежал Аллен, молодой игрок с копной золотистых кудрей, обычно искрящийся энергией и оптимизмом. Сейчас же он выглядел измученным, его лицо было бледным, а улыбка исчезла. Вытирая пот со лба тыльной стороной ладони.

– Да, Кай, не стоит выпендриваться. Основные приемы куда эффективнее. На соревнованиях не до красивых трюков будет. Главное – результат, а не эффектное исполнение. – слова Аллена были простыми, но в них слышался бесценный опыт, понимание суровой реальности баскетбольного поля.

Кай лишь закатил глаза, демонстрируя свое несогласие, но в его взгляде мелькнула тень сомнения. Затем его взгляд остановился на Форде, который молча сидел, тяжело дыша, стараясь восстановить дыхание. Его лицо было бледным, а волосы мокрые, как будто после дождя.

– А ты, новичок, умеешь ли какие-нибудь приемы выполнять? – спросил Кай, пристально глядя на Форда.

Форд, с трудом поднявшись, прислонился к стене, пытаясь привести в порядок мысли. Мышцы ныли, тело протестовало, каждый вдох отдавался тупой болью в груди. Он задумался, стараясь вспомнить все свои навыки.

– Раньше я неплохо делал «Двойной степбэк», – пробормотал он, – но сейчас вряд ли получится его повторить. – Брайт чувствовал, как подступает отчаяние, понимая, что его навыки, отточенные годами тренировок, сейчас практически бесполезны.

Внезапно, словно из ниоткуда, появились чирлидерши. Их неотразимые, сверкающие костюмы резко контрастировали с черными, потливыми телами баскетболистов. Их улыбки, полные энергии и оптимизма, казались неуместными в этом зале, пропитанном потом и напряжением. Они окружали парней, словно яркий остров радости в сером море усталости и испытаний.

Забавный факт, что спортивные костюмы баскетболистов были практически идентичны костюмам девушек из команды поддержки «Хищницы»: черно – оранжевые с белыми полосами, отличались лишь названием, вышитым на груди. Одинаковые костюмы объяснялись общей эмблемой – стилизованным изображением тигра.

Стелла, самая яркая из «Хищниц», вся сверкая от энергии и блеска макияжа, наблюдала за ними. Ее улыбка была ослепительна.

– Скорее всего, ваша тренировка закончится, – объявила она, ее голос звенел, как колокольчики. – Сейчас всех учителей зовут на внеплановое собрание.

Парни вздохнули с таким облегчением, что это было заметно даже сквозь пелену усталости. Их потное, измученное состояние ясно говорило о том, насколько они рады перспективе прекратить тренировку.

Но тут Алиса, другая чирлидерша, с улыбкой добавила:

– Ну, это не точно. Мистер Чарльз может и не отпустить вас так просто. – После этих слов, по залу прошел тихий стон разочарования. Какое-то мгновение повисла напряженная тишина, а затем все дружно рассмеялись.

Между командами «Тени» и «Хищницы» царила непринужденная, дружеская атмосфера. Чирлидерши, словно неиссякаемый источник энергии, поддерживали баскетболистов. Они были не просто группой поддержки, а настоящими друзьями, незаменимыми помощниками в этой сложной и напряженной борьбе.

Стелла, тем временем, наблюдала за Фордом. Ее пристальный взгляд смущал его. Форд, захваченный собственными мыслями, неожиданно представил Силли в костюме чирлидерши. Ему даже показалось, что ей бы очень подошло… Опомнившись, он резко хлопнул себя по голове, пытаясь отогнать наваждение.

Стелла заметила его движение и, немного нахмурившись, спросила:

– Все в порядке?

– Да, – ответил Форд, – просто голова загудела от тренировки.

– Может, воды принести? – предложила Стелла.

– Нет, спасибо, – возразил Форд. – Это снизит эффект от тренировки.

Ребята еще немного пообщались, постепенно забывая о жгучей усталости. Разговор лился легко, смех разносился по спортзалу, прерываясь лишь короткими вздохами. Девушки, увидев, что парни немного пришли в себя, начали демонстрировать элементы своих тренировок – сложные, грациозные движения, полные энергии и синхронности. Их гибкость и выносливость поражали, завораживая даже измученных баскетболистов. Форд, наблюдая за Стеллой, заметил, как легко она выполняет самые сложные элементы, и невольно улыбнулся.

Внезапно, в дверях появился мистер Чарльз, в сопровождении женщины – тренера чирлидерш. Женщина была стройной, с короткими стрижеными волосами и острым, проницательным взглядом. Мистер Чарльз, окинув зал взглядом, грубовато, но уже не с той жестокостью, что раньше, объявил:

– Тренировка окончена.

Радость охватила всех. Парни, еще несколько секунд назад погруженные в беседу, вздохнули с огромным облегчением.

– Только не расслабляйтесь! Уберите мячи и вымойте пол в спортзале. – рявкнул он, после чего бросил острый взгляд в сторону женщины. Они покинули зал, оставив команды наедине с незапланированной работой.

Кай, окинув взглядом разбросанные баскетбольные мячи, скомандовал:

– Парни, все мячи в кладовку и свободны! Форд, поможешь мне полы помыть.

Остальные, не возражая, принялись собирать мячи, их движения были медленнее, чем во время тренировки, но все же довольно энергичные. Девушки из команды поддержки, немного помедлив, начали прощаться и уходить. Все, кроме Стеллы. Она осталась, ожидая своего брата.

Кай, взяв ведро и тряпки, отправился за водой, оставляя Форда и Стеллу наедине. Она смотрела на Форда, и в её взгляде не было насмешки или пренебрежения, которые он ожидал. Напротив, в нём было что-то мягкое, заботливое, словно она старалась понять его, узнать поближе.

– Нравится тебе в новой школе? – спросила Стелла, её голос был тихим, спокойным.

– Неплохо. Быстро адаптировался. И друзей стало намного больше, чем я ожидал.

– А почему ты переехал? – спросила она, её голос стал ещё тише.

Форд замедлил, словно слова застряли у него в горле. Он колебался. Говорить о смерти матери, о боли, которую он пережил ему не хотелось. Но, он хотел ответить честно, только слова застревали, словно камни в горле. Стелла поняла его молчание. Она видела его колебание.

– Если ты не хочешь говорить об этом, не говори, – сказала она мягко, её взгляд был полным сочувствия.

Форд улыбнулся. Это была не напряженная, принужденная улыбка, а настоящая, искренняя улыбка легкости и благодарности. Он чувствовал, как на него наползает спокойствие, как тяжесть на его плечах незначительно ослабевает.

В этот момент Кай вернулся. Он нёс два ведра с тряпками. Его лицо выглядело уставшим, но он улыбался.

– Ну что, начнём? – сказал он, ставя ведра на пол. – Работа не волк, но время торопит.

Форд кивнул, ловко подхватывая швабру, которую Кай бросил ему с нескрываемой игривой энергией. Стелла, наблюдая за ними, отошла к стене, улыбка играла на её губах. Кай, словно подзадоривая Форда, крикнул:

– Давай на перегонки! Кто последний – тот тухлый огурец!

– Давай!

И началась безумная гонка. Два парня, ещё недавно измождённые и потрёпанные после изнурительной тренировки, с неожиданным подъёмом сил носились по спортзалу, вооружённые швабрами, стараясь как можно быстрее и тщательнее вымыть пол. Они смеялись, подбадривали друг друга, соревнование заставило их забыть об усталости. Стелла наблюдала за этим необычным зрелищем, её смех раздавался по залу, лёгкий и звонкий, заражая своим оптимизмом.

В конце концов, они закончили уборку. Пол блестел, отражая свет заходящего солнца. Кай, вытирая пот со лба, сказал Форду:

– Отнеси швабры и тряпки в кладовку, я пока вылью воду.

Форд кивнул и взял в руки швабры. Кай, бормоча что-то себе под нос, пошел выливать воду из ведра. В этот момент к Форду подскочила Стелла.

– Я помогу тебе! – бодро заявила она, уже схватившись за одну из тряпок.

– Спасибо, но я и сам справлюсь. Не стоит тебе вымазывать руки.

Стелла, однако, не собиралась отступать. Она подмигнула ему, слегка прищурив глаза.

– Ничего страшного, – заявила она, подходя ближе и аккуратно складывая тряпку. – Мне совершенно нечего делать, а тебе явно нужна помощь.

– Ладно, ладно, – согласился он, улыбнувшись.

– Вот и славно! – воскликнула Стелла, хватая ещё одну тряпку. И они вместе направились в кладовку.

Форд, шагая спереди, первым вошёл в кладовку. Она была небольшой, тесной, но достаточно вместительной для хранения спортивного инвентаря. В небольшом шкафу, висевшем на стене, хранились запасные швабры, веники и чистые тряпки. Форд сложил швабру и тряпку на полку, Стелла, последовав за ним, положила только тряпку.

– А где еще одна швабра? – спросил Форд, заметив отсутствие второй швабры.

– Ой, забыла… – ответила Стелла, немного виновато улыбаясь.

В этот самый момент раздался щелчок – дверь кладовки захлопнулась, и защёлка лязгнула. Форд не долго думаю подошел к двери, попытался ее открыть дверь, потянув ручку, но она не поддалась.

– Чёрт! – выругался он, пытаясь сдвинуть дверь плечом. – Кто-то подложил швабру.

Он попытался ещё раз, но дверь оставалась запертой. Брайт понимал, что телефоны остались в раздевалке и он не сможет никому ни позвонить, ни написать, а окон в кладовке не было. Оставалось только ждать Кая, который скорее всего, скоро вернётся. Однако, обернувшись, Форд заметил, что Стелла выглядит сильно встревоженной. Её лицо побледнело, губы задрожали. Он не был уверен, что это связано с замкнутым пространством или с чем-то ещё.

Немедля, Форд подошёл к Стелле, осторожно обнял её за плечи. Его прикосновение было нежным, успокаивающим.

– Эй, всё в порядке, – тихо сказал он, глядя ей в глаза. – Всё будет хорошо. Просто заперлись. Кай скоро вернётся.

Он крепче прижал её к себе, стараясь передать ей своё спокойствие и уверенность.

– Ч-что делать? – прошептала Стелла, её голос дрожал. – Это все из-за меня….

Форд продолжал крепко держать её, гладя по волосам.

– Я здесь, – тихо сказал он, его голос был наполнен тёплом и заботой. – Это не твоя вина. Ничего страшного не случится. Просто немного подождём.

Стелла, прижавшись к Форду, задрожала ещё сильнее. Её дыхание стало прерывистым, короткими, судорожными вздохами. В тесной кладовке стало невыносимо душно. Запах пыли и старой резины от спортивного инвентаря стал ощущаться сильнее, усиливая чувство замкнутого пространства. Брайт, никогда прежде не сталкивавшийся с подобной ситуацией, растерялся. Он не знал, что делать. Его собственное сердце билось чаще, чем обычно. Паника Стеллы заражала его, вызывая неловкость и беспомощность.

Подумав немного, он решил, что, нужно хотя бы изменить положение. Он осторожно, чтобы не спугнуть девушку, разворачивает один из спортивных матов, лежащих в углу, и аккуратно расстилает его на полу. Его движения были медленными и спокойными, он старался действовать методично, чтобы не усиливать тревогу Стеллы.

– Садись, – тихо говорит он, указывая на мат. – Так будет удобнее.