Цитаты из книг автора «Кристофер Хэдфилд»

Медлительных среди нас не было, но реакция была похожа на сосредоточенное любопытство, как если бы мы имели дело с некоторой абстрактной задачей, а не с надвигающейся угрозой нашим жизням. Для стороннего наблюдателя наши действия могли показаться немного странными: не было ни беспокойства, ни выкрикивания команд, ни спешки

Мой первый полет состоялся в 1995 г. на станцию «Мир». В то время это было важное событие, потому что я был первым и единственным канадцем, который побывал на этой станции. Сейчас уже не каждый и вспомнит тот полет: с момента, когда «Мир» был выведен с орбиты и сгорел в атмосфере Земли, прошло уже много времени. Мой первый полет теперь уже не имеет значения ни для кого, кроме меня. Я мог позволить этому чувству сломать меня и провести остаток дней, предаваясь бесконечным воспоминаниям, или я мог сохранить свою позицию. И так как выбор остается за мной, я предпочитаю быть готовым сыграть «Rocket Man», если придется.

Я думал, что наступит день и обучение принесет плоды, но даже если нет — что ж, учиться управлять «Союзом» было интересно само по себе, и наверняка полученные навыки пригодятся мне и в какой-нибудь другой области. Словом, я прошел программу обучения бортового инженера и научился выходить в открытый космос в скафандре российского производства. Понятно, что дополнительное обучение поглотило все мое свободное время. Но благодаря ему я смог посмотреть изнутри на российскую систему, которая сильно отличается от нашей, ведь, прежде чем приступить к работе на тренажерах, там придется пройти очень строгую теоретическую подготовку, которой уделяется особое внимание. Понимание российского взгляда на проблемы помогало мне в моей повседневной работе, особенно когда я пытался устранить противоречия между нашей и российской космическими программами. Меня никогда не приглашали управлять «Союзом» или работать в открытом космосе для российской стороны — и никогда не пригласят. Но все же я рад, что знаю, как это делать.

Здесь нет никаких «или-или», нет выбора между удовольствием и развитием, если под развитием понимать не очередной шаг по карьерной лестнице, а изучение чего-то нового. Двигаться вперед можно, только пока учишься, даже если карьера стоит на месте. Именно по этой причине я попросил о подготовке к полету на «Союзе». Мне интересен был и сам корабль, ведь он так сильно отличается от шаттла. При этом я понимал, что мои шансы полететь на нем были примерно так же малы, как шансы спеть на сцене вместе с Элтоном Джоном. Только при условии абсолютной недееспособности российского командира экипажа можно допустить, что североамериканский астронавт будет хотя бы просто допущен к полету на этом корабле. А ведь сначала нужно еще получить назначение на участие в космической миссии. Другими словами, очень необычный должен сложиться пасьянс.

Как любой новичок, я не был хорошим астронавтом, когда впервые вошел в Космический центр им. Джонсона. Самое большее, на что вы можете надеяться, так это на то, что вы слеплены из правильного теста и из вас получится хороший астронавт. И даже это относится не ко всем претендентам, которые участвуют в отборе, и причиной тому — то самое качество, о котором я уже говорил: личное отношение (личная позиция). Вы должны быть готовы годами слушать курсы на русском, из раза в раз проходить обучение по технике безопасности на борту МКС, даже если вы думаете, что знаете ее вдоль и поперек. Вы должны смириться с тем, что нужно будет освоить огромное число навыков, которые кажутся непонятными или бесполезными, или и то и другое сразу. И вам не стоит считать приобретение любого из них бессмысленной тратой времени.

играл и пел в разных группах на Земле, в том числе в группе Max Q, состоящей из одних астронавтов. И в космосе пел тоже. Я представил себе картину, не самую приятную: каким-то образом Элтон Джон узнает об этом и приглашает астронавта-гитариста из авиационного шоу прямо к себе на сцену пробренчать несколько аккордов. Вероятность такого поворота событий почти нулевая, и я это знал, но я также знал и то, что невероятные вещи иногда случаются, ведь я выступал с Симфоническим оркестром Хьюстона. Так что моя следующая мысль звучала так: «Хорошо, предположим, это случится. Какую песню он попросит меня сыграть?» Вариант был один единственный — «Rocket Man». Поэтому я взял и выучил эту песню и репетировал до тех пор, пока не поверил, что не буду с позором изгнан со сцены. И я на самом деле уже начал надеяться, что смогу выйти и сыграть «Rocket Man» вместе с Элтоном Джоном. В итоге эта история закончилась на концерте, где мы с Хелен встретились с Элтоном Джоном и десять минут очень приятно с ним поболтали. Я даже близко не подобрался к сцене, а Элтон Джон до сих пор не знает, что я могу вполне прилично исполнить собственную интерпретацию одной из его песен. Но я не сожалею о потраченном времени, ведь я был готов.

В эпоху шаттлов НАСА искало людей, способных управлять самым сложным транспортным средством в мире в течение небольшого времени. Сегодня НАСА подбирает людей, которые смогут выдержать заключение в жестяной банке в течение шести месяцев и более, поэтому причиной дисквалификации для космических полетов может оказаться даже ваш характер. Нрав «реально крутого парня», который в былые времена абсолютно подходил астронавту и даже стал неким стереотипом, теперь не очень годится для путешествия, которое обещает быть очень долгим.

На «Союзе» же просто нет места для астронавта узкой специализации. Российский космический корабль вмещает только трех человек, и втроем они должны обладать всем необходимым, огромным набором навыков. Некоторые умения очевидны: управление кораблем, выход в открытый космос, управление робототехническим оборудованием, таким как Canadarm2, ремонт различных устройств на станции, выполнение многочисленных научных экспериментов и текущий контроль за их проведением. Однако, поскольку команде предстоит провести вдали от цивилизации многие месяцы, ее члены, помимо всего прочего, должны уметь оказывать первую врачебную и стоматологическую помощь, писать программы для компьютера и менять проводку в электрооборудовании, делать профессиональные фотоснимки и проводить пресс-конференции, а еще поддерживать гармоничные отношения с коллегами 24 часа в сутки 7 дней в неделю, находясь в ограниченном, замкнутом пространстве.

Изменения в личной жизни также влияют на ваши шансы участия в полетах. Даже небольшие проблемы со здоровьем могут привести к вашей дисквалификации (чтобы попасть на Международную космическую станцию, вам придется пройти самые строгие медицинские тесты в мире; никто не захочет срочно прерывать миссию и тратить миллионы долларов только на то, чтобы доставить заболевшего астронавта домой раньше времени). А может, какие-нибудь серьезные семейные проблемы заставят вас потерять свой единственный шанс.

Некоторые астронавты, принятые на службу в период полетов шаттлов, просто слишком высокие для маленьких «Союзов». Вероятность участия этих астронавтов в космических полетах сейчас равна нулю.