Цитаты из книг автора «Кристофер Хэдфилд»

В немалой степени благодаря тому факту, что молчаливое страдание не принималось за добродетель ни одним из ближайших членов моей семьи, я вскоре осознал, что могу компенсировать дисбаланс, создаваемый моей работой, единственным справедливым способом — если буду предвидеть критические моменты в своей работе и стараться заранее отплатить своей семье услугой за услугу. Например, каждый год, когда дети были еще маленькими, я брал их с собой в отпуск на 10 дней. Мы отправлялись в Европу, путешествовали по Большому Каньону, погружались с аквалангом на островах Флорида-Кис. Эти поездки сближали нас, а Хелен могла отдохнуть. Обычно в эти дни она оставалась дома и ходила на работу, но говорила, что эти каникулы были одними из лучших в ее жизни, и называла их «одна тарелка в раковине». А когда я отправлялся на встречу с общественностью в какое-нибудь экзотическое место, где выступал с речами о нашей космической программе и объяснял журналистам, чем мы занимаемся и почему это так важно, мы с Хелен все внимательно продумывали, чтобы со мной смог поехать кто-то из наших детей и посмотреть достопримечательности, пока я работаю, а по вечерам мы могли бы вместе поужинать. Большинство таких поездок были жутко утомительными. Одно интервью за другим. Шесть или семь мероприятий в один день не были чем-то особенным. А потом приходилось работать в самолете по дороге домой. В несколько таких поездок нам удалось отправиться вместе, и это оказалось полезно для нашей семьи, потому как после них каждый смог по-настоящему понять, что, когда я в отъезде, я вовсе не оттягиваюсь, пока они торчат дома. Пиар-блиц будет веселым, только если вы его сделаете таким, и, по моему опыту, это было крайне трудно без Хелен и наших детей. К сожалению, через какое-то время они это поняли и стали требовать ознакомить их с маршрутом и расписанием, прежде чем соглашаться на поездку.

Когда выбираешь семейного помощника, нужно искать не просто астронавта, который наверняка сможет улыбаться и кивать, когда тетя Руби начнет свои разглагольствования на политические темы. Прежде всего нужно подумать о таком астронавте, которого бы вы хотели увидеть рядом со своей женой, если вдруг кто-то из ваших близких умрет, пока вы в космосе, или если ваш корабль взорвется, и в этом случае семейному помощнику придется поддерживать вашу семью месяцы, а может, и годы. Во время моего второго запуска одним из моих семейных помощников был Рик Хасбэнд, и он очень здорово помог моей семье. Во время следующего полета его собственным семейным помощникам, среди которых был астронавт из ККА Стив Маклин, пришлось поддержать его жену в самый трудный период: Рик был командиром шаттла Columbia, взорвавшегося при входе в атмосферу. Соглашаясь выступить семейным помощником, вы знаете, что, возможно, вам придется помогать супруге другого астронавта не только во время шумных вечеринок в честь старта, но и на похоронах и долгое время после них. Помогать в открытии целевого образовательного счета для детей, поддерживать и выступать в защиту семьи во время расследования происшествия. Мне, к счастью, никогда не приходилось заниматься подобными делами, но, когда соглашаешься стать семейным помощником, понимаешь, что такая вероятность есть. И это — огромная ответственность.

На орбите даже простой насморк может доставить много серьезных хлопот. В невесомости носовые пазухи не очищаются и ваша иммунная система работает менее эффективно, поэтому вы чувствуете себя намного хуже и болеете дольше. Кроме того, в ограниченном пространстве космического корабля заражение инфекцией остальных членов экипажа практически гарантировано. Именно это произошло во время экспедиции корабля «Аполлон-7» в 1968 г. У командира корабля Уолтера Ширра в 11-дневной экспедиции развилась сильная простуда, а к концу экспедиции все три члена команды были настолько больны, что отказались надевать свои шлемы во время посадки. Они опасались, что после входа в плотные слои атмосферы из-за роста давления их барабанные перепонки могут лопнуть, поэтому астронавты хотели выравнивать давление обычным способом, который обычный человек использует во время авиаперелета: нужно зажимать нос во время выдоха. И, конечно, они не смогли бы этого сделать, если бы надели свои шлемы, похожие на большие круглые аквариумы. Перебранка экипажа с Центром управления в Хьюстоне велась в крайне раздраженных тонах, и после этого инцидента ни один из трех астронавтов больше ни разу не был отправлен в космос. Спустя годы Ширра появился в рекламном ролике средства против отеков «Актифед», которое он принимал в космосе.

Похожий разговор у нас уже как-то раз состоялся, когда мы жили в Баготвилле. У нас было трое детей, самому старшему не было еще и пяти лет, а я тратил большую часть своих выходных на дополнительную военную подготовку. Хелен тогда поставила вопрос ребром: «Ты хочешь иметь семью или тебя интересует только карьера? Я буду счастлива дать тебе возможность иметь и то и другое, и я готова выполнять 90% домашних дел, пока снова не найду работу, но я не могу тащить на себе все». Она поддерживала мое добровольное участие в разных мероприятиях, но при этом самым настойчивым образом подталкивала меня к тому, чтобы я начал оценивать в каждом отдельном случае, необходимо ли мое участие в каком-то деле для профессионального развития или я берусь за него просто потому, что хочу. После этого разговора я пытался по-другому расставлять приоритеты и задумываться, как мои решения сказываются на отношениях с Хелен и моими детьми.

Чтобы стать специалистом по всем модулям и системам, необходимо пройти намного более длинный путь обучения, потратить сотни часов на дополнительную подготовку, причем большая часть полученных знаний, по всей вероятности, так и не пригодится во время пребывания на МКС. Тем не менее это правильно. Я решил попытаться стать специалистом по как можно большему числу модулей и систем. Это был мой последний шанс внести реальный вклад в развитие космической программы, так как другой возможности покинуть Землю мне никогда не представится. К октябрю 2011 г. я стал специалистом почти по всем системам, экспериментальным стендам и модулям МКС

Знание инструкций повышает ваши шансы, но не дает гарантий. Вы можете быть самым лучшим водителем в мире и управлять самой безопасной на свете машиной, но, если фура выскочит за разделительную линию и врежется в вас, все это уже будет не важн

Сверхквалификация» членов команды — это страховочная сеть для каждого из нас, и мне повезло, что Том и Роман разделяли мою точку зрения и проявили желание инвестировать и в мой успех тоже. Во время тренировок, когда я завалил практический экзамен по стыковке «Союза», Роман проявил ко мне сочувствие, развлекал меня историями о временах, когда он и другие космонавты тоже заваливали тесты, предлагал методы и тактику, с помощью которых я бы мог улучшить свои результаты, а потом праздновал со мной, когда я успешно пересдал экзамен. Он делал это не просто потому, что он прекрасный человек, но еще и потому, что чем выше уровень моей квалификации, тем спокойнее будет ему самому. Он хотел такого коллегу по команде, от которого в критической ситуации будет польза.

Легко объединиться для решения общей задачи в событийно-управляемых ситуациях, таких как, например, экспедиция шаттла для ремонта и обслуживания телескопа или установки нового оборудования на МКС. Когда цели ясно определены, а время на их достижение ограничено, большинство людей могут сохранять сосредоточенность для достижения этих целей. Однако на МКС задачи не всегда поставлены предельно четко: например, нужно поддерживать проведение экспериментов, проводить техническое обслуживание самой станции. При этом возникает множество размытых заданий, которые, как домашние дела, никогда не получится действительно завершить. Плюс ко всему мы проводим там достаточно много времени, чтобы накопились и приобрели значение какие-то мелкие обиды и раздражение. Поэтому, когда я был командиром экспедиции МКС-35, я намеренно препятствовал всяким жалобам и нытью каждый раз, когда замечал подобное в разговоре. Однако я не мог просто навязать свою волю остальным членам экипажа. Только понимание ценности экспедиционной модели поведения всеми членами команды смогло освободить нас от жалоб и недовольства.

Урок, который я вынес из этой ситуации: настоящий лидер прокладывает путь и ведет за собой, а не просто грубо навязывает остальным свое мнение. Угрозы, пререкания, соперничество даже в менее рискованных ситуациях — это верный способ уничтожить боевой дух и значительно снизить результативность. Несколько команд НАСА в подобных ситуациях фактически развалились и не смогли завершить курс выживания, и это, несомненно, было отмечено в Центре Джонсона людьми, которые принимают решения о назначении на полеты.

Когда я готовился к своему следующему выходу в космос, я протирал свой смотровой щиток так энергично, что удивительно, что не протер его насквозь. Со временем в НАСА изменили состав раствора, который мы используем для очистки смотрового щитка, на что-то менее едкое. Но до тех пор благодаря широкому распространению информации о моей оплошности каждый астронавт знал, что надо крайне тщательно, до фанатизма, протирать внутреннюю поверхность своего смотрового щитка. Была еще пара случаев, когда астронавты временно слепли во время работы в космосе, однако в Центре управления уже знали, в чем проблема: «Помните Хэдфилда? Причина в средстве против запотевания».