– Великие предки! Нет, я отказываюсь выдавать дочь за этого грубияна!
Поскольку разъяренная мать говорила шепотом, Торн ее не услышал.
От неистовой надежды на спасение у Офелии бурно заколотилось сердце… Однако усмешка Настоятельницы разбила ее иллюзии.
– Не спеши радоваться, девочка. Между нашими Семьями заключен договор, и никто, кроме Фарука и Артемиды, не сможет его расторгнуть, не вызвав дипломатического скандала.