У алтаря Одина появился распорядитель церемонии, почтенный старец в парике, со знаком Паутины на лбу и скорбным лицом. Офелия узнала в нем мужа покойной Фриды, теперь уже вдовца.
– Порвалась нить! – возгласил он дрожащим голосом и, смолкнув, закрыл глаза.