Цитаты из книг автора «Крис Колфер»

– Молчать! – выкрикнула Горгулья. – Неважно, какая ведьма это сделала, – королевства обвинят в этом всех нас! До меня дошли слухи, что в деревнях собираются устроить охоту на ведьм. Мы должны быть к этому готовы! Вперёд вышла ведьма в бордовом одеянии. – Можно кое-что предложить? – спокойно спросила она и сняла капюшон.

Паучина, крупная ведьма с клыками, четырьмя волосатыми руками и такими же ногами, спустилась с потолка на паутине из своей слюны. – Раз вы так уверены, что детей похитила ведьма, значит, это одна из вас! – прорычала она, тыча в них всеми четырьмя руками.

Многие ведьмы возмутились её высказыванием. Уголина, ведьма, покрытая пеплом и сажей, так сильно ударила рукой по камню, на котором сидела, что от её кулака откололся кусок угля. – Да как ты смеешь нас обвинять! – завопила она на Змеину, и изо рта у неё посыпались тлеющие угольки. Чем сильнее она распалялась, тем больше на её коже появлялось трещин, сквозь которые будто просачивалась лава. – Нас всегда обвиняют во всех бедах! Уж от одной из нас такого точно не ждёшь! Древина, ведьма с волосами из прутьев и телом, покрытым древесной корой, поддержала Змеину: – Двенадцать детей из Углового королевства и двенадцать детей из Прекрасного бесследно исчезли, – проскрипела она. – На такое злодеяние могла решиться только ведьма, и, скорее всего, она сейчас среди нас, в этой хижине!

Приземистая тучная ведьма с окаменевшей кожей подошла к котлу и бросила в него пригоршню булыжников. Варево вспыхнуло, осветив комнату зловещим зелёным светом. Шабаш начался. – Добро пожаловать, сёстры, – просипела ведьма. – Я Горгулья, Каменная госпожа Гномьих лесов. Полагаю, мы все собрались сегодня по общему делу, так что не будем терять времени. Ведьмы переглянулись и кивнули. Быть может, у них каждый был сам за себя, но, если им грозила опасность, они объединялись. Первой взяла слово Змеина, ведьма с чешуйчатой зелёной кожей и длинным раздвоенным языком. – Мы с-с-собрались, чтобы обс-с-судить пропавш-ш-ших детиш-ш-шек, – прошипела она.

Как водится, тёмная магия оставляет отметины на тех, кто её использует, потому внешность всех женщин изменилась до неузнаваемости. У некоторых ведьм от колдовства появились бородавки, носы раздулись, плоть начала гнить, а глазные яблоки выпадали из глазниц. Другие лишь отдалённо напоминали людей

как создать то, чего нет? Как вдохнуть жизнь в слова?Ханс посмотрел по сторонам, чтобы проверить, не услышит ли его кто-нибудь.– Быть может, вам и не нужно ничего создавать. Что, если каждое существующее произведение – это мир, куда можно попасть? Возможно, вам суждено найти путь не только к счастью.

– Он чем-то увлекается?Фея-крёстная задумалась.– Чтением. Он постоянно читает, причём больше предпочитает книги вашего мира. Это единственное занятие, которое ему по вкусу, но я не до конца уверена, что оно приносит ему радость.Ханс обдумал её слова. Ему всегда хорошо удавалось придумывать интересные развлечения для детей, а не решать их заботы. Он мысленно поставил себя на место Ллойда и попытался представить, что может его порадовать.– Полагаю, только чтения ему мало, – сказал он, просияв. – Если его интересуют книги, можно расширить его увлечение.– Что вы имеете в виду?– Когда я был начинающим писателем, датский король отправил меня в странствие по Европе. Я путешествовал по Скандинавскому полуострову, проехал всю Италию и Швейцарию, побывал в Англии и вернулся домой. Я был несказанно рад увидеть своими глазами края

Он положил руку ей на плечо, и она начала рассказ.– Должно быть, ужасно говорить так о собственном ребёнке, но, когда умер мой муж, в Ллойде словно что-то надломилось. Будто вся радость, что в нём была, умерла вместе с отцом. В последний раз я видела его улыбку в раннем детстве. Ему нравится проводить время в одиночестве, и он терпеть не может общаться с другими ребятами. Он почти не разговаривает, а если и говорит, то от силы пару слов. И он совсем не похож на Джона. Я вижу, что он несчастен, и боюсь, что он будет таким до конца жизни.По щеке Феи-крёстной скатилась слезинка. Она достала платок из складок мантии и промокнула глаза.– Есть же что-то, что ему по душе

– Есть, – кивнула Фея-крёстная. – Два сына. Оба просто вылитый отец, мой покойный муж. Старшего зовут Джон – он очень счастливый ребёнок, любитель приключений. Постоянно заводит новых друзей и познаёт мир во всех его проявлениях. Все его очень любят.Неожиданно Фея-крёстная замолкла.– А другой сын? – спросил Ханс.В один миг Фея-крёстная поникла и опустила взгляд.– Его зовут Ллойд. Он младше Джона и… сильно от него отличается.– Ясно, – сказал Ханс. Очевидно, он коснулся больной темы.– Простите, – вздохнула Фея-крёстная. – Я не могу больше скрывать, как меня это расстраивает. Я всю жизнь помогала людям найти путь к счастью, но, что бы я ни делала, отыскать его для собственного сына не могу.– Я так понимаю, у него сейчас трудный возраст? – Ханс не хотел совать нос не в своё дело

– Ханс, вы помните, что в детстве приносило вам радость?Сказочник ответил не задумываясь:– Прогулки в таких вот местах, как этот променад.– Почему?– Потому что здесь в любой миг может случиться что угодно: на поле пройдёт парад, по небу пролетит стая птиц из тропических краёв или король чужедальней страны приплывёт сюда на большом корабле. Мне кажется, любой ребёнок счастлив, когда его воображение пускается в полёт.– Какая любопытная точка зрения, – заметила Фея-крёстная.По её опечаленному взгляду Ханс понял, что её что-то гнетёт. И, судя по заданному вопросу, дело было в ребёнке.– Простите, – проговорил Ханс. – Я давно вас знаю, но никогда не спрашивал, есть ли у вас дети.