Алекс опешила. Что она ей сделала?
– А ты ей нравишься, – сказал Коннер. – Раз уж мне суждено всю жизнь провести в рабстве, я рад, что рядом будет она.
– Тебе здесь нравится? – спросила Тролбэлла.
– Не особо, – ответил Коннер. Это она так шутит или просто глупая?
– Мы очень хотим отсюда выбраться. Может, ты нам поможешь? – сказала Алекс.
– С тобой я не разговаривала! – закричала Тролбэлла. Затем она медленно повернула голову к Коннеру и улыбнулась. – Но я могу тебя освободить в обмен на кое-что.
– Что именно? – спросил Коннер.
Если бы близнецы сидели не на грязном полу темницы, а на стульях, то съехали бы уже на самый край.
– Поцелуй, – ответила Тролбэлла, пожирая Коннера страстным взглядом.
Коннер с усилием сглотнул.
– Что ж, придётся всю жизнь провести в рабстве.
Тролбэлла нахмурилась. Алекс стукнула Коннера по голове.
– Поцелуй её, болван, и выберемся отсюда! – воскликнула она.
– Не смей бить моего Сливочного мальчика! – возмутилась Тролбэлла. – И я не говорила, что отпущу и тебя вместе с ним.
– Думаю, он будет более сговорчив, если ты отпустишь нас обоих, – сказала Алекс.
– Нет, не буду! Не говори, пожалуйста, за меня! – запротестовал Коннер, но его никто не слушал.
У Тролбэллы раздувались ноздри. Ей не нравились переговоры. Она развернулась и молча ушла.
– Молодец, Коннер! Упустили единственную возможность отсюда сбежать!
– Ни за что я не стану целовать… эту… это! – возразил Коннер. – Свобода на кону или нет, но ты слишком много просишь!
Однако вскоре Тролбэлла вернулась с ключом.