Я перестал рассматривать многозадачность как стимулирующий прием и начал воспринимать ее как ловушку и постоянный источник поводов отвлечься. Пытаясь делать много вещей одновременно, мы не даем себе возможности закончить ни одну важную задачу. И я стал понимать, что, глубоко сосредоточившись всего на одной важной вещи зараз — войдя в гиперфокус, — мы становимся самыми продуктивными версиями самих себя.