Глава 4. За душой ответственность

Одним из самых спокойных и тихих мест в штабе СлРаз был архив. Огромная площадь занята исключительно стеллажами и хранившимися на них документами, в том числе делами, c которыми работают Сканеры. Посторонние это место посещают только по служебной надобности, а немногих Архивариусов можно назвать общительными, ведь главная их задача – кропотливая, систематизированная, строго регламентированная работа с документами, а не увеселительные беседы.

Александр не назвал бы работу в архиве своей мечтой: не для него это копаться в бумагах, но признавал покой этого места. В отличие от больницы и лаборатории, где на него смотрят, как на крысу под микроскопом, приходить сюда было приятно. Но даже в этой бочке бумаг есть своя ложка дёгтя… точнее, одного Архивариуса.

– Саша!

От громкого голоса Сканер вздрогнул, скривился в лице. Но окликнувшая его женщина своего добилась: он увидел её среди стеллажей и направился в её сторону.

– И тебе доброе утро, Света.

Его давняя коллега выпорхнула со своего рабочего места и оказалась у ближайшей стойки, за которой и происходят все формальности при получении дел. Наблюдая за её приближением, Александр убедился, что Светлана себе не изменяет и проявляет своеволие. Блондинистые волосы в обязательную строгую причёску она умудряется заплетать так, что длинная чёлка продолжает болтаться у лица, а сам пучок получался растрёпанным. Блузку застёгивает не на все пуговицы, благодаря чему при определённых ракурсах прекрасно просматриваются узоры её кружевного нижнего белья. А боковой разрез строгой прямой юбки у неё заметно больше, чем у коллег. Однажды на его вежливое замечание она ответила, что так выглядит намного привлекательнее. Сканер бы хотел сказать, что не видит ничего привлекательного в женщине, нарушающей внутренний распорядок Службы, но его бы всё равно не послушали. Она знает, что в архив редко заходят руководство или отдел надзора, чем и пользуется.

Светлана выбивалась из образа людей её профессии: при всей фантастической способности работать с бумагами и информацией характер её был неугомонен.

– Ты за делом? Или, может, захотел со мной увидеться? Ведь ещё утро, и я совсем незанята… – облокотившись о стойку, девушка с кокетливой улыбкой накручивала на палец чёлку и многозначительно посматривала на мужчину.

Реакции с его стороны не последовало.

– Ты всё правильно поняла: я за делом. Куратор сказал, что к утру оно должно быть готово.

– Что ты сразу начинаешь? Отчитываешь, как провинившуюся. А я, между прочим, все дела заканчиваю в срок.

– И в мыслях не было отчитывать тебя, Света. Просто объяснил свой ранний визит, – вздохнул Сканер.

– Ну ладно, прощён, – вроде только-только обидевшаяся женщина уже беззаботно махнула рукой, захихикала, но свою задачу выполнять приступила.

Когда она наклонилась под стойку, где хранились подготовленные к выдаче дела, не полностью застёгнутая рубашка сыграла свою роль, продемонстрировав декольте во всей красе. Но Александр не увидел: его взгляд в тот же момент блуждал по стеллажам.

Достав папку, Светлана как ни в чём не бывало поднялась. Но Сканер зря надеялся, что сейчас дело окажется на столешнице, он его заберёт и сможет уйти. Поймав его взгляд, девушка улыбнулась, но продолжала прижимать документы к себе.

– Саша, а помнишь, что у меня вчера опять была встреча с комиссией?

– Помню: ты не переставала об этом напоминать при каждой нашей встрече.

– А почему тогда не спрашиваешь, как всё прошло? Тебе что это неважно?

– Если это важно для тебя, говори, конечно.

Радость от его смиренного согласия быстро перетекла в печаль из-за ситуации. Расстраивалась она искренне, да только показывала это слишком театрально.

– Не поверишь: отказали. Опять!

«Охотно поверю», – подумал про себя Александр.

– Какая причина на этот раз?

– «Не подхожу». Представляешь?! Если они так не хотят видеть среди Сканеров женщин – пусть Администратору это прямо говорят. Но нет! Они смелые только мне отказы выписывать.

– По-моему, ты преувеличиваешь. Среди моих коллег есть женщины, и никто к ним предвзято не относится.

– Тогда почему именно мне отказывают? Я даже стрелять умею!

– Света, тебе не кажется, что умение стрелять – не главный критерий для отбора в Сканеры… – хотел Александр тактично подтолкнуть собеседницу к верной мысли, но был перебит.

– А что? Значит, физическая подготовка? Ну да, я не на отлично сдала нормативы. Но откуда мне было знать, что это настолько важно?

Её поток мыслей ему было уже не остановить.

– Саша, ты должен мне помочь! Ты же когда-то проходил через это, значит, знаешь, что комиссии от меня нужно. Давай встретимся после работы, и ты меня потренируешь.

– Мой график работы отличается от твоего.

– Ничего, я подожду тебя после работы. Саш, ну, пожалуйста. Чего тебе стоит?

Единственное, что он хочет, работая без выходных и придя после рабочего дня домой, это лечь спать. И она не могла этого не понимать.

– Я не имею никакого представления о нынешних требованиях к кандидатам. А как я проходил отбор, я уже тебе рассказывал.

Тем временем Светлана всё ближе подходила к мужчине, и теперь их стали разделять расстояние в один шаг и тонкая папка в её руках. Но даже самая печальная гримаса, которую она могла состроить, не удержала его. Александр забрал папку с документами и подошёл к стойке, чтобы расписаться в журнале о получении дела, оставив женщину за спиной.

Однако такое игнорирование её просьбы и внимания Архивариуса совсем не обидело.

– Я не могу понять, зачем ты всё пытаешься что-то выдумать? Света, ты прекрасный Архивариус. Все Сканеры, с кем я общался, отмечают, что ты лучше всех структурируешь и оформляешь информацию для наших дел, – Александр привычно перевёл тему, когда закончил с формальностью.

– Постоянно одинаковые лица. И куча бумаги. Каждый день одно и то же, – презрительно фыркнула она. – Вот у тебя настоящая работа: постоянно что-то новенькое. Ты гуляешь по городу, встречаешься с новыми людьми, можешь с ними поболтать, о чём хочешь.

– Света, «поболтать» – это не основная цель работы Сканеров. Это даже вообще не цель. Мне приходится общаться с подопечными только в рамках терапии.

– Ой, да ладно тебе вредничать, Саш, – беззаботно отмахнулась Светлана. – Это всё равно интересно. Не то, что у меня.

Александр вздохнул, но не стал говорить, что пока для неё работа Сканеров – это просто «интересно», она её не получит.

***

Больница – место удивительных противоречий. Чистота белых стен здесь идёт вровень с грязной стороной человеческой жизнедеятельности, которую врачи видят каждый день. Надежда тесно соседствует с отчаянием. А счастливое выздоровление может тесниться с неизбежной смертью в одной палате.

– Александр Гаврилович!

И любого – будь он хоть лежащим в палате, или пришедшим на обследование, или просто визитёром – тронет навязчивая, паразитическая мысль: как быстро одна крайность может перейти в другую.

– Александр Гаврилович, да постойте же!

Из-за погружённости в раздумья Сканер с запозданием услышал, как его пытаются дозваться, но едва заметил – сразу же застыл на месте, словно по команде, и спешно обернулся. Тогда он увидел спешащую к нему по коридору дородную женщину в белом халате.

– Лариса Олеговна, прошу прощения, сразу не признал, – Александр склонил голову от вины за свою невнимательность, когда запыхавшаяся женщина его догнала и окинула недобрым взглядом за то, что ей, главврачу, пришлось бежать по собственной больнице за визитёром.

Грубить и в мыслях у него не было: эта женщина в ежовых рукавицах держит главную детскую больницу города и всегда найдёт управу на особо буйных посетителей. А вот искренность в словах Сканера её подкупила, растопила гнев. В итоге врач, не произнеся и упрёка, только снисходительно вздохнула.

– Александр Гаврилович, у меня к вам разговор. Насчёт Лизы, – женщина сразу перешла к делу и раскрыла папку, которую несла в руках.

Сканер сменился в лице, взгляд стал серьёзным, осанка лишилась и так немногих признаков гражданской расхлябанности и стала стойкой смирно годами вымуштрованного солдата.

– В первую очередь, хочу предупредить, что назначенного курса лечения становится недостаточно.

– Состояние Лизы ухудшается?

– Нет-нет, не волнуйтесь. Аркадий Никифорович считает, что состояние Лизы почти получилось стабилизировать, но для этого требуется увеличить интенсивность терапии и её поддерживать. Вот, можете ознакомиться с его отчётом, – сообщила женщина и протянула Сканеру один из листков, покоящихся в папке. – Если вы согласны, я сразу же подам заявку в СлМед о закупке препарата в нужном количестве. Часть стоимости покроется квотами, но остальная сумма – на вас.

Александр, внимательно слушая, пробежался взглядом по отчёту лечащего врача, по расчётам новой стоимости лечения, которая с каждым месяцем только растёт.

– Хорошо. Сегодня, после визита, я переведу больнице всё, что у меня есть. Надеюсь, этого хватит на первое время, – без доли сомнений заявил Александр и решительно поставил свою подпись в согласии, желая ускорить закупку лекарств.

Лариса, аккуратно укладывая документы обратно в папку, с сочувствием покосилась на мужчину. Её ничуть не обманула холодность ответа: по опыту работы она прекрасно знает, как тяжело родителям, которым приходится бороться за жизнь своих детей. Судя по впалым щекам, синякам под глазами и уже хронической усталости во взгляде, мужчина действительно отдаёт всё, что у него есть. Но не сдаётся – и это восхищало.

– Также я обязана уведомить вас о происшествии, – сменила тему врач. – Два дня назад у вашей дочери произошёл конфликт с двумя юношами из соседней палаты. Во время спора она кинулась на них с кулаками. Недостойное поведение, тем более для девочки, да ещё и в стенах больницы.

– В чём причина конфликта? – спросил Сканер. Он верил, что беспричинно до кулаков ссора бы не дошла.

– Детские перепалки. Глупости. Ссоры уже случались, но что бы драка – впервые.

Мужчина нахмурился. Ему не понравилась столь беззубая формулировка, когда, очевидно, речь идёт об оскорблениях. Безобидные шутки не становятся причиной постоянных ссор.

– А в тот день, как сказала Лиза, они плохо отозвались о вас и всей Службе Разума.

– Медперсонал может подтвердить, что ссоры были и раньше?

– Да. Обычно они пересекались около общих комнат, так что их слышало немало детей и врачей.

– Какие последствия драки?

– Пострадали в основном мальчики. Есть синяки, у одного на руке – след от укуса. Но травмы незначительные: их жизням ничего не угрожает.

Сканер узнал всё, что хотел, и сделал выводы.

– То есть моя дочь несколько дней терпела оскорбления, находясь в заведомо беззащитном состоянии перед двумя старшими мальчиками. И тогда она, как смогла, отстояла честь свою, своего отца и всех доблестных сотрудников СлРаз. Лариса Олеговна, и вы считаете это недостойным поведением для юной гражданки?

Главврач на миг растерялась, покосилась на мужчину. Его строгий голос напомнил, что перед ней не простой визитёр, а сотрудник военизированной Службы.