Отзывы на книги автора «Константин Симонов»

Небольшая книга про мир во время войны. Читается легче, чем Лев Толстой. Я уже десятки советских книг о войне прочитала, в них во всех упоминается одно и то же, значит, этому можно верить.

Во-первых, ко всем мужчинам в тылу главный вопрос - почему не служат. И я не могу не вспомнить великолепную единственную книгу первой жены Симонова - Натальи Соколовой. В одной из повестей меня до глубины души возмутило, что инженер с бронью, дающей право остаться в тылу, ушёл на фронт и быстро, глупо погиб. Потому что совсем не военный человек, физически - пушечное мясо. А вот мозги у него были хорошие, крайне нужные стране, и он их погубил, подвёл страну, подвёл народ. Уходил на фронт от глубоко беременной жены с младенцем на руках, бросив на жену свою лежачую мать. А я считаю, что жить изо дня в день сложнее, чем один раз умереть. Мб он испугался взглядов и вопросов, почему в тылу отсиживается. И у Симонова два мужа одной женщины: один очкарик на фронте, второй здоровяк в тылу.

Во-вторых, я сама совсем не переношу холод, для меня это морально очень тяжело. И я как-то не думала, что в Ташкенте, который в часовом поясе Оренбурга, но сильно ближе к экватору, тоже мб так зверски холодно. Я знаю, что когда человек замерзает, он хуже мыслит, у него слабеет воля, он становится менее добрым. А всё же ташкентская зима без отопления - это не военная Москва опять-таки без отопления. Как вообще люди выжили?

В-третьих, книга такая реалистично-безвременная, в ней хорошо переданы человеческие характеры, и она вполне может быть и про сейчас. Лопатин думает: мне ни за кого на фронте не надо переживать. Лопатин думает о разных смертях людей, неизвестных ему, но близких знакомым ему людям. У меня ещё никто не погиб и никто не на фронте. И я не волонтёр, меня не тянет к этому, нет моральных сил. И я стараюсь не читать новости в целях сохранения психического здоровья. То есть 20 дней из жизни Лопатина так похожи на мои 3 года. И так хочется подольше быть подальше, а чувство вины за отстранённость всё время где-то рядом.

В-четвёртых, книга-то больше про отношения, чем про катастрофу в стране. Когда я читала о книге, там больше было про отношения Нины-Ники из Ташкента и Василия Николаевича. Когда же я начала читать саму книгу, для меня она была больше про 15-летнюю Нину Васильевну и её отца. Две Нины. Возмутительная мать-кукушка. Лопатин вдруг замечает, что со вторым мужем недостатки бывшей жены стали исчезать, он не понимает, как тот смог повлиять на эту незрелую дамочку, которая всё время в состоянии "хочу быть примадонной". Сам Лопатин почти год не видел дочь, хотя во время войны дети в принципе мало видели родителей и особенно отцов.

Я очень много читала про войну в школьные годы от российских авторов и в студенчестве от европейцев. Сейчас страшно, сейчас очень редко читаю и с большой осторожностью. Но поняла, что хотелось бы прочесть от наших авторов про людей разных профессий в годы войны, не только про тех, кто на фронте и для фронта, а о тех, кто культурой занимался, например.

Фельетон на доцента и геолога Кронида Ивановича Твердохлебова становится яблоком раздора между Верой Ивановной Крыловой, заведующей отделом писем в газете, которая желает разобраться в сложившейся ситуации, получив опровержения на поклёп преподавателя, и Николаем Борисовичем Черданским. Для него это дело - камень преткновения перед повышением, при этом у мужчины уже есть несколько досадных ошибок. Обладая сильным, хоть и желчным характером, он "подмял" под себя многих, вставших против отдела писем, что прискорбно, поскольку

Будет ли произведено настоящее расследование и чем оно закончится, либо же всё пустится на самотёк?

И в то же время продолжаются текущие дела, среди которых одно было связано с актёрской четой, где мы видим слегка другого Черданского и понимаем, что случай с фельетоном - действительно больше Ахиллесова пята.

Разрешение конфликта выглядит своеобразным и реалистичным.

Знаменательна последняя картина и трогательная, хоть и может показаться лишней

Из понравившегося (этот момент не был связан с центральным конфликтом):

А чего у вас этот Акопов свои статьи, как романы, в двух частях пишет! В первой – про план, во второй – про качество. А я – волнуйся! А вдруг – он писатель, вдруг у него так и останется: «продолжение следует»?

Действие второе картина третья

Повесть Симонова о войне, но действие в ней в основном происходит далеко от линии фронта, лишь на последних её страницах главный герой вновь оказывается на линии фронта, где и отмечает, что провёл целых двадцать дней без войны. Василий Николаевич Лопатин , главный герой, корреспондент " Красной звезды", пишет очерки о войне. В основу сюжета легло его короткое пребывание в Ташкенте по дороге на фронт.В этой повести поднимаются множество важных вопросов и она стоит того , чтобы быть прочитанной , тем более, что в ней всего 231 страница.

В основе сюжета — классический любовный треугольник. По накалу переживаемых героями событий пьеса представляет собой погружение в психологию супружеских отношений.

В  доме Кати и Алексея Марковых жили любовь, согласие и счастье. Алексей строил дороги, мотался по всей стране, и всегда рядом была его Катя. Отодвинувшая на время мечту об институте, помогающая мужу. Подрастал сын.
Но  старый друг семьи, Николай Семенович Голубь, чувствует в квартире боль и скорую разлуку.  Алексей говорит о “маленьком, почти незаметном несчастье”, считает, что Катя разлюбила его, а он, в таком случае – ее.
Два года назад умер от менингита Серёжа, их сын.  И это страшное горе каждый из родителей переживал по-своему. Плакала Катя, молчал Алексей. Жене показалось, что мужу все равно. И она потянулась к другу мужа Андрею Ваганову, который как раз умел говорить много хороших и добрых слов. Алексей же из принципа не захотел мешать…
И вот-вот все закончится. Каждый день от Андрея приносят корзины с цветами. Катя все еще пытается докричаться до мужа. А тот, уверенный в ее нелюбви, молчит, и дает жене право все решить самой…
Если человек молчит, это не значит, что он ничего не чувствует. На душе Алексея – огромная тяжесть. Однако, пытаться вернуть “разлюбившую” женщину ему кажется недостойным и нечестным. 1939 год… Алексей Марков уходит на финскую войну и предоставляет Кате полную свободу. Что было дальше узнаете, если прочтёте эту маленькую пьесу. Мне финал понравился. Было радостно читать о том, как характер Алексея меняется в лучшую сторону, он осознаёт  свои ошибки и ему удаётся сохранить  семью  и любовь.

Ключевая проблема взаимоотношений супругов — ложная гордость одной из сторон. Автор показывает, как глупо могут разрушиться крепкие, проверенные годами отношения двух любящих людей.

Даже во время войны с человеком могут происходить вполне ожидаемые и непредвиденные события, напоминающие ему, что он – человек.
Военный журналист Василий Николаевич Лопатин, прежде всего, персонаж думающий, пережевывающий, но при этом внешне спокойный, терпеливый. Наверное, возраст, горький опыт и война сделали его «смотрящим». Он и так, конечно, журналист, наблюдатель. Но здесь вопрос не о профессии, которая дает навыки и технику работы. Лопатин окружен людьми и понимает, что только они хранят этот мир. Их души хрупки, а жизни скоротечны. Вчера только виделись, а товарища уже нет в живых. И Лопатин, понимая это, пытается каждый раз всмотреться в человека без жалости, подобострастия, но с искренним уважением.
Ход повести фиксируется в постоянном движении. Описания практически отсутствуют, но есть работа ума и воображения главного героя. Постоянно что-то происходит: поезд идет, автомобиль едет, брак распадается, рождаются новые чувства, едут на студию, тут неожиданно стучат в дверь и т.д. Движение – жизнь. И, слава богу, несмотря на войну.
Повесть заслуживает внимания с художественной точки зрения еще и реализованной способностью Константина Симонова передавать физиологические ощущения: холод, голод, температура, долгожданное тепло печки или чашки разбавленного чая. Все это передается через текст даже лучше, чем средствами кинематографии.
Повесть «Двадцать дней без войны» дает возможность взглянуть на войну с иного ракурса, чем подавляющее большинство произведений на данную тематику. Личная жизнь героев, переживания, переосмысление судьбы и поиск ответов наполняют уже закрепленный информационный базис читателя для более детального понимания событий XX века, ощущения и сближения со своим народом.
Стоит отметить также и подход издательства «Азбука» к выпуску данной книги. Кроме повести, в ней содержится продуманная подборка стихотворений Константина Симонова разных лет. Издание, таким образом, может быть воспринято как образец творчества автора, отражающий личный почерк. Изучение выбранных редакторами стихотворений позволяет глубже понять писателя и эпоху.
В заключении важно подчеркнуть, что книгу лучше читать до просмотра одноименного фильма Алексея Германа и постараться внутренне разграничить оба произведения.

Русские люди - это пьеса К. Симонова написанная в разгар Великой Отечественной войны. Она очень небольшая по объему. Говорят, что Симонов считал её одним из лучших своих произведений. Не могу сказать, что это лучшее что есть в советской литературе, но пьеса является, несомненно, очень напряженной. На 78 страницах есть все, и дружба, и любовь, и предательство, и смерть, и героизм. Самое главное, что не смотря на время написания (1943) в книге есть Победа. Это и победа добра над злом, и победа любви, и Победа в войне.
Все-таки Симонов действительно очень талантливый писатель и драматург.

Такое ощущение, что Константин Симонов всю жизнь писал одну книгу, и она оказалась такой большой, что ее пришлось поделить на отдельные романы, повести и рассказы, из которых потом составили десять томов его собрания сочинений.

Я прочитала примерно 2/3 его СС. "Товарищи по оружию" - наиболее слабый роман в его творчестве. Наверное, потому что первый. Хотела поставить "тройку", так как события на Халхин-Голе мне не особенно интересны. Но здесь - в "Товарищах по оружию" - все герои, которые потом будут встречаться и в трилогии "Живые и мертвые", и в "Так называемой личной жизни"... Можно узнать как развивались до войны отношений Синцова и Маши, Артемьева и Нади. Здесь есть и Климович, и Козырев, и Полынин, и Грицко, и Лопатин. Приятно было встретить старых знакомых. Но с этой книги надо было начинать читать Симонова, а не заканчивать ею.