Глава 2

Аврора сильно нервничала. Отсутствовать на утреннем построении – это одно, такие штуки она проделывала регулярно, а вот самоволка, пусть и легализованная поддельным приказом – совсем другое. Тут точно по головке не погладят. Если поймают, конечно.

Первое препятствие встретилось перед массивными дверями шлюза с шаттлами – щуплый кадет с невероятно тощей шеей и лицом, усеянным прыщами, как земная Луна – куполами городов. На его плече краснела повязка дежурного.

– Стой, кто идет, – окрикнул он, грозно сдвинув брови.

– Курсант Уткина, – ответил за девушку VX-7. – Стажировка на Титане.

И робот подтолкнул манипулятором Аврору, крепко вцепившуюся в лист приказа обеими руками. Вздрогнув, поняв, что от нее требуется, девушка передала дежурному липкий от пота бланк.

– Эх, Титан, – завистливо вздохнул парень. – Завидую! Я уже почти год в этом ледяном аду!

– Надеюсь, земной? – осведомился Ваня.

– Конечно, земной, – кивнул дежурный, не поняв шутку. – Какой еще?

– Мы пройдем? – осторожно спросила Аврора.

– Да… как раз "Снежинка-12" убывает на Титан с грузом мусора…

Обдав нарушителей потоком морозного воздуха, уравнивая давление в шлюзе, тяжелая дверь ангара медленно поползла вверх.

Шаттл "Снежинка-12" выглядел как старый конь, отправленный на пенсию – облезлая краска, потертые сиденья и запах дезинфектора, не способный перебить аромат зловонного груза. Пилот, грузный мужчина с трехдневной щетиной, даже не поднял глаз от голопроектора, где шла трансляция боксерского матча между марсианским роботом и земным человеком. Вернее – роботом, который самоидентифицировал себя, как человека. Побеждал, как это ни странно, робот.

– Документы, – буркнул он, жуя синтебургер.

Аврора дрожащими руками протянула бланк. Сердце бешено колотилось – еще мгновение, и его стук станет слышен даже без медицинских датчиков.

– И кого из вас зовут Друг? – пилот скривился, осматривая их с ног до головы.

– Что-что, простите? – встрепенулась девушка.

Мусорщик вернул ей приказ и лишь теперь Уткина удосужилась внимательно ознакомиться с ним. Да, документ и в самом деле предписывал одному курсанту отправиться на двухдневную стажировку на Титан, только звали этого курсанта "Друг".

– Ох, новые модели! – проворчал Ваня. – Они б масло себе в антифриз лили, если б там стрелочку не нарисовали!

– Ладно, мне все равно, – поспешил добавить мужчина. – Две сотни кредитов – и я доставлю вас куда угодно. Конечно, если это "куда угодно" согласуется с моим путевым листом…

– Две сотни? – воскликнул робот. – А у тебя не слипнется? Может, сотни хватит?

– Хватит, если сотен будет две, – кивнул пилот. – Жестянка, ты чего такой жадный, а?

– Во мне всего двадцать две сотых процента жадности! – возразил дрон.

– Ладно, не будем спорить, – замахала руками курсант. – СБП принимаете?

Вместо ответа мусорщик достал из кармана голофон и повернул его так, чтобы пассажиры смогли прочесть красные буквы на белом фоне: "Омега-банк".

– СБП – платежи по всей системе быстрее скорости света! – произнес космонавт. – И это – не реклама!

Минут через пять, когда он дожевал синтебургер, а робот в голопроекторе отправил другого робота в нокдаун, пикнуло уведомление о переводе. Вытерев жирные руки о комбинезон, пилот повернулся к штурвалу и щелкнул переключателем. Ядерный реактор корабля тихонько заурчал и Аврора поспешила занять место второго пилота, щелкнув пряжкой ремня безопасности.

Двигатели взревели, когда шаттл вырвался из распахнутой пасти ангара. Девушка вжалась в кресло, наблюдая, как Кадетский корпус "Ледяной Феникс" превращается в крошечную точку среди бескрайних азотных равнин. Впервые за много месяцев она почувствовала – вот оно, настоящее приключение. Пусть и начиналось оно на борту мусоровоза.

"Снежинка-12" содрогалась, пробиваясь сквозь верхние слои атмосферы Плутона. Уткина впилась пальцами в подлокотники, когда перегрузка прижала ее к креслу. Через запотевший иллюминатор было видно, как фиолетовые сполохи плазмы окутывали корпус корабля.

– Первый раз летишь? – усмехнулся пилот, не отрываясь от голопроектора. На экране марсианский робот, теряя шестеренки, отступал в угол. – Расслабься, малышка. Этот старичок пережил две войны и двенадцать экипажей! И нас переживет!

– Этого я и боюсь, – прошептала курсант.

VX-7 замер у противоположного иллюминатора, его оптический сенсор фиксировал каждую деталь маневра.

– Температура обшивки превышает расчетную на 12%. Рекомендую проверить систему охлаждения.

Мусорщик лишь махнул рукой:

– Да ладно тебе, жестянка. Этот шаттл пережил пятнадцать экипажей…

Аврора почувствовала, как что-то холодное коснулось ее запястья. Это был манипулятор Вани, передающий скрытое сообщение через тактильный интерфейс:

– В прошлый раз было на три экипажа меньше.

Она кивнула, но не успела ответить, как шаттл содрогнулся от нового удара. На этот раз тряска была сильнее, а в кабину ворвался тревожный оранжевый свет.

– Черт! – мужчина швырнул в угол пустую бутылку наноколы и схватился за штурвал. – Снова отражатель помех отвалился…

– А этот… отражатель… нам сильно нужен? – забеспокоилась девушка.

– Не дрейфь, сестренка, – подмигнул космонавт. – Он через раз отваливается. Придется делать экстренный выход из атмосферы.

Кабина наполнилась тревожными сигналами. Уткина почувствовала, как ее тело становится тяжелее, когда "Снежинка-12" начала неконтролируемое вращение.

– Держись крепче! – закричал пилот. – Будут нештатные перегрузки!

VX-7 мгновенно рассчитал траекторию и притянул Аврору к себе, зафиксировав свои магниты на полу.

– Активирован аварийный протокол. Приготовься к удару.

Кораблик вырвался в космос, как пробка из бутылки шампанского. Курсант едва успела заметить, как мрачная громадина корпуса совсем растворилась в снегах Плутона. А там, впереди, мерцала точка Сатурна, окруженного кольцами. Сатурна, на орбите которого вращался Титан – беззаботная страна вечного веселья…