Читайте и слушайте
169 000 книг и 11 000 аудиокниг

Отзывы на книгу «Дом имён»

4 отзыва
Hawaiian_Fox
Оценил книгу

Колм Тойбин не перестает меня удивлять. Я так ждала эту книгу и просто не могла оторваться, как только заполучила ее. Здесь все не обычно: Греция вместо привычной Ирландии, древние века вместо двадцатого века, предательства, убийства и кровь вместо неспешного жизнеописания и небольших приключений. Неизменно одно - это слог и красота написания. Очень за это люблю автора. Но тут он мне напомнил Шекспира, а не самого себя. Кажется, что читаешь «Кориолана» и эту атмосферу отбросить совсем не получается.
О персонажах. Их не много, но основными являются семья Агамемнона: он, его жена Клитемнестра, дочери Ифигения и Электра и сын Орест, а так же их окружение в виде старейшин и их детей, войнов, пленников (отдельно стоит выделить, конечно, Эгиста, который к ним относится с огромной натяжкой) и прочего люда. Все они начинают сплетать клубок из имен, предательств, убийств, крови, интриг, измен, войн и взаимного недоверия. Одно слово приводит к смерти, лишнее знание и умение - тоже, воля богов (которые не слышат никого по мнению персонажей) вообще приводит в действие механизм последовательных убийств. Люди отчетливо кажутся пешками в игре из интриг, их устраняют с такой легкостью, что становится жутко. Особенно ужасен Эгист - тот самый, который так искусно управляет и людьми, и ножом, что просто дрожь берет. Его влияние похоже на действие ядовитого дурмана, он оплетает и путает мысли. А потом убивает, кто бы сомневался.
Чем ещё интересен этот роман так это умопомрачительными монологами Клитемнестры. Они созданы для театра, их хочется читать со сцены, так они завораживают. Сразу все театральные постановки уже упомянутого Шекспира всплывают в голове. А еще - все классические греческие поэмы, к которым автор ссылается в самом конце, в благодарностях, но подтверждает, что весь роман - выдумка. Но выдумка выдумке рознь, и здесь до последнего слова ощущаешь, что подобное очень могло и быть.
По итогу, что я могу сказать, книга очень необычная по сравнению с другими романами автора, но та чарующая атмосфера слов Тойбина никуда не потерялась. Советую к прочтению, особенно, если фанат драматургии, театра и/или Уильяма Шекспира.

Aleni_Ka
Оценил книгу

Скажу честно, я думала это история Клитемнестры, чей такой шикарный монолог в начале оправдывает то, что произойдёт позже. Но зацепила меня не она, а когда заговорил Орест, сын. Я слушала аудиокнигу и что удивительно, кайфанула, ведь обычно такой формат мне не подходит. И книга не была ни в отложенных, ни в хотелках, просто в один миг, когда я увидела обложку на литресе, я поняла что это оно. Сам сюжет строится на том, что глава семьи жертвует богам свою дочь, за что его не может простить мать и мстит. Помогут ли ему боги? Матери мстит дочь руками брата. Это как краткий пересказ, но он не передаёт всю трагедию, да и не смогу я передать всю необычайность романа. Великолепно!

Kelderek
Оценил книгу

Поскольку в основу романа положен сюжет известный, то я сперва по простоте своей решил двинуться прямыми путями. Взять с полки что-нибудь античное, сопоставить, да поговорить о том, насколько удачным получилось у Тойбина переосмысление.

Но возникли непредвиденные обстоятельства. Старик Еврипид со своей классикой настолько одряхлел к XXI веку, что и подойти к нему страшно. Да и какой смысл перечитывать старье, если Тойбин работает с проблемами, над которыми в Античности, как-то сильно не задумывались.

Первое что считывается в книге любым читателем – индивидуальная история. Характеры, герои, имена. Рассказ о мести, о кровавом неспокойном семействе. «Хуже семьи на свете не было» – считают некоторые. Ну это вы еще к соседям не заглядывали. Все в унисон пересказывают заслуженную судьбу Агамемнона (дрянь-человечишко, не орел), отмечают кровожадность Клитемнестры и не отстающей от нее дочурки Электры. Осуждают никакущего Ореста. Что с него взять, вечное орудие в чужих руках. Трупы, запахи, шорохи. Не дом, а Содом. «Вот так разлагалось дворянство, вот так распадалась семья». Много Шекспира. Тень отца Гамлета, тьфу, Электры с Орестом, тень их же матери. Вообще очень много «Гамлета» и «Макбета» вместе взятых. И девочки, и мальчики кровавые в глазах.

Кто-то заводит волынку о круговороте мести без начала и конца, кто-то, вроде госпожи Котенко в «Прочтении», перепутав Тойбина с Пат Баркер, об извечном перетягивании каната между мужиками и бабами. Мужики плохие, но бабы-то в романе выписаны лучше, потому что бабы всегда лучше, «яжемать» и прочие ничего не значащие, но приятные словеса.

Это все есть само собой в разной мере. Однако на глубинном уровне «Дом имен» Тойбина выстроен, как мне представляется, вокруг двух основных тем – рождения человеческой истории и памяти.

Бог умер и человек, наконец, понял, что он всегда был в одиночестве (никому нельзя доверять). Узловой момент – заря истории. Есть только силы природы и человек, преследующий свои цели.

С первых страниц мы отправляемся прямо в точку грехопадения. Ева опять срывает плод с древа познания и запускает кровавый маховик человеческой истории. Ветер дует сам по себе, и прятаться за богами отныне можно только в чисто пропагандистских целях, промывая мозги окружающим. Боги становятся элементом политической риторики, фигурой речи, не более того в затянувшейся на века драме.

Итак, действующие лица и исполнители:

Клитемнестра – чистый незамутненный гуманист, первый просветитель, мечтающий об идиллии совместного существования («станем жить уютно, все вместе, когда восстановлен порядок, … держать поводья власти…, станем гулять… по саду»), путь к которой, увы, ведет через гильотину.

Электра – воплощенный традиционализм, неоконсерватизм, представительница реакции, память памяти, называйте, как хотите.

Агамемнон – жертвенный баран («что, Агамемнон, помогли тебе твои боги?»), с крови которого начинается новая эпоха, человеческая история в известном нам виде без скидок на богов («это не я, это Артемида, ее и наказывайте»): заговоры, резня, борьба за власть с ошибками, промахами, неизменным соглашательством. С объективной, не зависящей от твоей воли логикой развития событий: «хотели как лучше, получилось как всегда». Тут тебе и рождение тоталитаризма из духа семьи – взаимодоносы на дощечках, надвигающиеся прелести полицейского государства.

Начинается взросление человечества.

А кому-то хочется остаться ребенком. И даже в определенной степени удается.

Начало истории – начало памяти. Память, пожалуй, центральная тема романа. Пепел Ифигении стучит в сердце матери. Несмотря на обещание «не забывать», помнят о ней по- настоящему лишь двое, а, может, и вовсе только один человек – Орест. Для Клитемнестры важен, скорее, обман Агамемнона.

Тойбин исследует разные аспекты памяти, и соответственно сопряженный с нею феномен забвения.

Историческое в романе вполне традиционно противопоставляется неисторическому на основе критерия памяти. Есть беспамятство естественное, беспамятство счастья, тех, кто не включен в историю в том виде, в каком она разворачивается в доме Атридов. Годы жизни Ореста, Леандра, и Митра в доме у старухи самые счастливые.

А так, память проектирует будущее («в отместку за то, что он натворил, я убью Агамемнона»). Будущее же, став настоящим требует противоположного, беспамятства. Подобное обычно бывает в политике. Весь состав памяти не слишком удобен для так называемых «великих людей», с легкостью меняющих окрас, а потому предпочитающих побольше забывать, чем помнить, и оттого постоянно переписывать историю. Это мерцание памяти/ беспамятства прекрасно показано на примере Клитемнестры, Электры, Леандра, да что там, практически всех персонажей кроме Ореста.

Кстати, о нем. Как-то так получилось, что многие рецензенты по привычке записывают Ореста в доходяги. Нет, наверное, ни одной рецензии, в которой линия Ореста не была бы признана досадным срывом. Между тем это не так. Все купились на арию Царицы ночи в исполнении Клитемнестры, и не заметили что параллельно, всем этим мрачным и виртуозным красотам звучит нечто вроде арии Вольфрама о «Вечерней звезде» (не так ярко, но просто и проникновенно). Орест наиболее сильный и цельный персонаж едва ли не во всей книге. Он воплощение здравого смысла, цельная натура новый герой, лишенный всего героического. Вот и в вопросах памяти он тяготеет не к забвению содеянного, а к блаженной ребячьей внеисторической деятельности.

Но слабеющая память и есть тот самый настойчивый запах тления, который доносится не только до Клитемнестры, до нас всех.

Память связывает все воедино, она мост между мертвыми и живыми. Ее деградация – признак того, что все в мире идет на ущерб. Уходят люди, забываются имена (это верно для того и для этого света) – что и есть смерть.

«Расскажи им» - шепчет друзьям умирающий Митр. Любой рассказ – слабая попытка остановить мгновение, удержать связь мертвого и живого.

Литература – дом имен. Но и она не вечна. Искусство слова слабо, и рано или поздно слова истлевают. Дом заваливается. Сам, или как в случае с домом Митра, по чьей-то воле. В романе Тойбина, на примерах сказок старухи, приютившей Ореста и друзей, показано как это происходит. Имена не значат уже ничего, они выветрились (а ведь события вчерашнего почти дня), и остался лишь некий царь и безымянные дочери и сыновья, с которыми произошло вроде бы такое?

Все проходит, и вонь разлагающейся памяти выветривается даже из литературы. (Так и случилось, во всяком случае у меня с Еврипидом).

И это вновь возвращает нас к теме забвения, к очистительной силе нового дня, восходящего солнца, разгоняющего сумрак прошлого, уносящего ужасы предрассветной ночи.

Избитая, вроде, исхоженная история, но Тойбин вновь написал совершенно невероятный роман.

Звучит же все это в переводе на русский потрясающе от первой до последней строчки. Выверенность, чеканность, гибкость, упругость слога. Каждое предложение словно натянутая тетива, каждое слово – стрела, готовая полететь точно в цель. Я сражен.

Svet_Lazarev
Оценил книгу

Ещё одна тема, мимо которой мне сложно пройти, — античность. На этот раз история семейства Агамемнона в руках ирландского автора XXI века (ни один Софокл или Еврипид не пострадал).

Память о моем имени проживёт дольше многих людей.

Ожидания и реальность как обычно не совпали, я ожидала много античности, богов и новой интерпретации старой истории в новом для неё жанре и времени, а получила тонну психологизма, трагизма и из античности — только имена главных героев. Здесь нет больших описаний природы, погружения в мир Древней Греции и даже богов, зато есть погружение с головой в персонажей.

Если доселе вы ни разу не слышали истории Агамемнона, его жены Клитемнестры и их детей Ифигении, Электры и Ореста, то дальнейшее может оказаться спойлером.

Начинается все с монолога Клитемнестры, именно она запускает колесо памяти: «Я привыкла к запаху смерти». От неё мы узнаем как её дочь Ифигению принесли в жертву богам, которые на самом деле давно уж покинули людей. Как отец заманил дочь, чтобы убить её, как мать привезла дочь на заклание, как жена убила мужа. Клитемнестра искренна, её слова пронзительны, она любит своих детей, она помнит, как её дочь вели на убой и жаждет мести.

Далее слово берет Орест, которого обманом уводят из дворца люди Эгиста сразу после убийства Агамемнона. Эгист — любовник и пособник Клитемнестры и это его рычаг влияния. Орест сбегает и 5 лет живёт у старухи вместе с Леандром и Миртом.

Что же происходит в течение этих лет во дворце мы узнаем от Электры. Клитемнестра и Эгист правят, Электра ненавидит мать и хочет её убить. По ночам во дворце сплетаются паутины из шепотов. Орест возвращается во дворец, Леандр становится повстанцем, а Электра обманывает и манипулирует братом, вынуждая его убить Клитемнестру.

Чаще других слово берет Орест, но при этом он ни разу не говорит «Я» в отличие от Электры и Клитемнестры, он и участник и зритель (инструмент в чужих руках) происходящего, а ещё единственный цельный и правдивый герой и человек, который не жаждет забвения. Он один хранит память обо всем произошедшем: как убивали Ифигению, как они с Леандром и Миртом счастливо жили у старухи.

Память — одна из центральных тем. Всё начинается с воспоминаний, побуждающих к кровавым действиям — это мощная движущая сила, определяющая большинство поступков главных героев. Электра подкрепляет свою память и жажду к отмщению, проводя время на могиле отца, видя его дух и дух сестры. Но все меняется со смертью Клитемнестры — она скидывает флёр «одухотворенности» и с головой уходит в обретенную власть, стремясь теперь к забвению, как и многие старейшины, мальчики, что были похищены вместе с Орестом и Леандр. А дух Клитемнестры не помнит имён людей, которых она любила. Имена вообще теряют свою силу и важность, это видно и по историям старухи, у которой жил Орест: просто царь, просто красавица, просто воины, просто хромающий мальчик, которого она любила больше прочих. У неё самой так и не появилось имени. Память умирает не с людьми, а гораздо раньше их и люди одиноки в мире, где нет богов, во дворце, где никому нельзя доверять, в доме, где нет имён.

Осталось сожаление, что Орест так и не понял коварства сестры, что мечты Клитемнестры о счастливой семейной жизни не воплотились в жизнь — роман хоть и XXI века, а трагедия все та же, древнегреческая. Чувства, мысли героев, которые искренне любят, ненавидят, следуют за другими людьми, доверяют или верят в праведность своих поступков такие живые и настоящие, прекрасно и точно прописанные. Это крепкая и хорошо написанная старая новая история, которая мне понравилась, но вау-эффекта не вызвала.