Глава 3. Дочь своего отца

Рассветное солнце выглянуло из-за горизонта на половину. Его лучи падали в океан и рассеивались в нем, окрашивая воды в изумрудно-голубой цвет. Небольшая квартира в одной из высоток островного района стала невольным свидетелем тяжелого разговора между двумя людьми, сидевшими друг напротив друга этим утром.

– От лица всего государства приношу свои самые искренние сожаления. Ваш отец был выдающимся человеком, и то, что произошло в шахте, потрясло нас всех. Никто не ожидал, что случится обвал. Всему виной детонировавшая на поверхности мина, что вызвала обрушение тоннеля. Горные породы погребли под собой одного из самых выдающихся геологов нашего времени. Вы знаете, все его коллеги были в таком шоке, что геолого-разведочные работы пришлось приостановить на несколько дней, пока они не оправились. Будьте уверены, сапер, что не заметил эту мину, был оправлен под трибунал. Увы, на этом череда несчастий не завершилась. Военный борт, доставлявший тело вашего отца, был сбит врагом над морем вдалеке от суши. Шансы найти его крайне малы, но мы неустанно продолжаем вести поиски.

Поставленным голосом отчеканил мужчина. На нем был надет военный камзол молочно-фисташкового цвета и темно-зеленые брюки с широкой белой полосой на каждой из штанин. Выдержав короткую, почти что театральную паузу, он продолжил говорить.

– Страна должна знать о герое, с честью отдавшем свою жизнь, выполняя священный долг каждого телармца. В следующую среду будет торжественная джаназа, и мы просим вас выступить на ней с речью.

Мужчина закончил говорить, сложил кисти рук в районе живота и стал выжидающе смотреть в глаза девушки напротив.

Алия сидела в старом тканевом кресле и смотрела рассеянным взглядом на пол в район ног офицера. В один миг весь окружающий мир будто разбился на тысячи мелких уродливых осколков, которые уже невозможно было собрать воедино. Она всегда знала, что отец во время экспедиций часто оказывался в опасных ситуациях. Он так весело, с юношеским задором рассказывал о них. Невозможно было представить, что одна из этих передряг может стать последней. Сердце Алии отказывалось верить в услышанное, но вот разум предательски понимал, что все это по-настоящему. От навалившегося отчаяния сложно было даже понять глаза. Лишь приложив волевое усилие, она смогла сделать это и встретилась взглядом с мужчиной напротив.

– Простите. Еще раз, как я могу к вам обращаться?

– Джоха Саад, накиб вооруженных сил Телармы – отчеканил офицер, приподнявшись с места в этот момент.

– Я не готова сейчас вам что-либо сказать, господин Саад. Мне нужно время, чтобы все услышанное уложилось в голове.

– Понимаю вас и еще раз приношу глубочайшие соболезнования. Вот мой прямой номер, если будут какие-то вопросы, то звоните. Ближе к делу я вас сам еще наберу. Нужно будет обговорить все детали джаназы.

Офицер достал из кармана визитную карточку призывного пункта и на обратной стороне записал шесть цифр. Из протянутой вперед руки Алия взяла ее и осмотрела. На карточке были изображены солдат в броне, солдатоид с огромных размеров винтовкой и медицинская сестра. Внизу виднелась надпись: «Нашей доблестной армии всегда нужны помощники так же, как необходим крепкий ветер крыльям могучего орла». Алия вновь посмотрела в сторону мужчины и не в силах что-либо сказать, просто кивнула.

Мужчина встал с кресла, резким движением поправил камзол, наклонил голову в знак прощания и вышел из квартиры. Оставшаяся одна Алия просто сидела и не шевелилась. Слезы подступали все ближе. Несколько секунд, и она начала рыдать навзрыд. Соленые, как воды Южного океана, капли падали на белые шорты, оставляя неровные следы. Когда приступ плача ослабел, она начала постепенно успокаиваться. В это время ее внимание привлек сигнал будильника, означавший, что пора выходить на работу. Алия подскочила и, крепко выругавшись, побежала в сторону ванной комнаты.

Сегодня был важный день в ее карьере. День, который она ждала очень давно. В те редкие моменты детства, когда папа приезжал из экспедиции, а мама еще не ушла от них, они все вместе собирались вечером перед телевизором и смотрели фильмы. Самое ценное, что было в этом всем – атмосфера уюта и тепла, которой маленькой Алие так часто не хватало. Сами фильмы были на последнем месте. Но все же ее нередко удивляло то, насколько однообразное показывали кино. Связующей темой первой категории фильмов были подвиги телармцев, преимущественно военные. Во вторую категорию входили комедии с настолько глупым и грязным юмором, что после них чувствуешь себя некомфортно. Практически все эти фильмы снимались при финансовой поддержке Министерства культуры Телармской народная демократическая республика. Когда она выросла, то решила приложить все усилия, чтобы изменить несправедливость, из-за которой независимые авторы кино с оригинальными идеями не получают поддержки от государства. Так, Алия устроилась работать в Департамент кинематографа и с недавнего времени вошла в комитет по распределению дотаций. На сегодня было запланировано первое заседание с ее участием. По его итогам будут выбраны фильмы, которые получат финансирование в следующем году.

Девушка закончила с водными процедурами и посмотрела в зеркало. Она постаралась сделать так, чтобы из всего внешнего вида лишь по красным глазам можно было понять, что что-то не так. «Я должна быть сильной, я дочь своего отца» – сказала она отражению. Алия часто говорила это себе в сложные жизненные моменты. Но как же тяжело далась фраза сейчас. Во рту появился отчетливый вкус горечи. Еще немного, и она вновь могла зарыдать. Алия закрыла глаза, глубоко вздохнула и представила посреди пустыни покрывшуюся ржавчиной железную клетку с распахнутой дверью. Всю свою боль она сложила внутрь и заперла на ключ. Девушка открыла глаза и посмотрела на отражение в зеркале. «Я должна быть сильной» – уверенным тоном сказала она. Алия быстро оделась, совсем немного подкрасилась и вышла из квартиры. Туфли-лодочки ударялись о пятки, пока она бежала вниз по лестничным пролетам.

После окончания гражданской войны столицей Телармы стал портовый город Эль-Телар. Когда-то небольшая рыбацкая деревня, расположенная между высокими горами и водами Изумрудного океана, неожиданно обрела общегосударственное значение. В город стали массово переезжать люди, которым нужно было где-то жить, учиться и работать. Отвесные скалы не позволили существенно расшириться в сторону материка, поэтому Эль-Телар стал расти вдоль побережья и в глубь океана. На сегодняшний день город разделен на три крупных района: материковый, островной и подводный. Связь между островами и материком осуществлялась с помощью личного транспорта или аквабусов, рассекавших водную гладь залива. В подводный район можно было попасть двумя способами. Если люди находились на материковой части, то выбор падал на один из четырех донных тоннелей. Когда нужно было добраться с островов, то могли помочь глубоководные лифты.

Материковый район, как самый старый в городе, представлял собой исторический центр. На нем размещались административные здания, музеи, театры и университеты. Живописные парки вдоль побережья были излюбленным местом горожан. Десятки тысяч телармцев неспешно прогуливались по ним в лучах закатного солнца. Жилая застройка материка состояла преимущественно из элитных домов, в которых проживали наиболее состоятельные горожане. Лишь несколько десятков старых хижин на самой границе с морем напоминало о некогда совершенно ином облике мегаполиса.

На искусственно созданных островах, которые со временем стали занимать большую часть прибрежной акватории, в основном размещались жилые кварталы, связанные сетью надводных мостов. Практически все население столицы проживала здесь. Кто был посостоятельнее, тот мог позволить себе надводные этажи и наслаждался солнечным светом не только во время прогулок по улице. Бедные жители довольствовались нижними этажами, уходящими на десятки метров в глубь океана.

Дно Эль-Теларского залива было застроено не менее плотно. Здесь располагались агрокультурные, производственные и технические комплексы, укрытые массивными куполами. Из-за этого со стороны подводный район напоминал воздушно-пузырчатую упаковочную пленку. Ближе к береговой линии располагались подводные фермы, снабжавшие город продовольствием. На их территории синтезировались абсолютно все виды продуктов питания, от конфет до стейков. Следующими по направлению к глубинам океана располагались комплексы легкой промышленности. Дальше всего от берега, куда практически не попадал солнечный свет, находились ресурсодобывающие, энергетические и производственные заводы. По соседству с ними располагались военные биофабрики, на которых выращивали и модифицировали солдатоидов для телармской армии. Подводный район снабжал рабочими местами большую часть горожан.

Спустившись к парковке рядом с домом, Алия огляделась по сторонам. Осознание настигло ее, и девушка выругалась себе под нос. Вчера вечером она отдала аквамобиль в сервисный центр на регулировку системы включения и домой добиралась на аквабусе. На фоне утреннего потрясения воспоминания об этом благополучно вылетели из головы. Алия тут же развернулась и побежала к остановке общественного транспорта.

На пирсе томились в ожидании двое мужчин. Один из них что-то оживленно рассказывал. Другой, в свою очередь, смотрел на собеседника, курил и периодически кивал головой. Когда Алия подошла достаточно близко, до нее донесся обрывок разговора.

– Я тебе говорю, эти морские грибы просто невозможны на вкус. Ты счастливчик, Иман, что работаешь на материке. Нам в заводской столовой их не добавляют разве что в чай. Видите ли, мы мало проводим времени на солнце и поэтому нам нужно восполнять витамин Д по-другому. Кто вообще эти заводы решил под водой строить?

– Думаю, я все-таки куплю их и попробую. Тем более и жена давно просила об этом – сказал мужчина и выпустил облако дыма.

– Дело ваше, но я говорю тебе, не стоят они того. Гадость такую еще поискать нужно.

– Слушай, Вакиф, а почему ты не уволишься оттуда и не переберешься работать на поверхность? Каждый раз, когда начинаем говорить с тобой о работе, ты всегда свою ругаешь. Не помню ни разу, чтобы ты при мне что-то хорошее сказал.

– Ну, причин тут несколько, скажу я тебе. Первая и самая главная, никто меня не отпустит сейчас просто так с военного производства. Стране нужно оружие и много, а мы его куем. Увольнялся у нас один со смены, так его такими штрафами обложили, да еще в личном деле запись сделали «оставил страну в трудный час». До сих пор работу найти новую не может. Никуда не берут с клеймом предателя. А человек просто хотел лучшей жизни. Но даже если мне удастся каким-то чудом уволиться, то кому я нужен на материке? Там не так много технических специалистов требуется. Материк, он для вас, для офисных работников, любителей перекладывать бумажки с одного стола на другой. – последнюю фразу он произнес с ехидной насмешкой.

– В таком случае, как насчет смены деятельности? А что, тоже будешь, как ты сказал, перекладывать бумажки и получать не меньше, а то и больше.

– Ага, уже бегу. Зачем я тогда столько лет учился на проектировщика, по-твоему? Чтобы сейчас все бросить и встать в очередь до кулера с водой?

К причалу подъехал аквабус с нужным номером, и Алия зашла внутрь него. Мужчины остались на остановке и продолжили разговор. Транспорт тронулся с места, и Алия посмотрела в их сторону. Работник глубин складывал окурок в карманную пепельницу, а его собеседник с материка, в пылу разговора забыл посмотреть номер прибывшего аквабуса и теперь в тщетной надежде махал руками водителю. Судно набирало скорость и удалялось от острова, увозя с собой Алию в сторону центрального района Эль-Телара. Борт шел на удивление плавно. Если закрыть глаза, то можно было даже и не понять, что плывешь по водной глади. Лишь изредка трясло, когда на пути встречались волны. Поездка заняла полчаса от силы с учетом привычного утреннего затора в заливе. Аварии на воде встречались чаще, чем на суше, потому что в плотном потоке сложнее было тормозить. При этом они создавали меньшую помеху для других, ведь оплыть два столкнувшихся транспорта не представляло большого труда. Когда аквабус доехал до границы суши, то перешел в наземный режим и продолжил движение по маршруту уже по асфальтированной дороге. Алия вышла на второй наземной остановке.