– Идеи и правда весьма специфическая. Ее предложил Давид Беарт в свое последней работе. Думаю, без труда ее найдете.

– Повторите, пожалуйста, еще раз все фамилии.

– Шери, Ине и Беарт. В списке дополнительной литературы к программе курса они должны быть.

– Благодарю вас, мистер Беринг! Более не смею отвлекать. С нетерпением буду ждать следующей лекции.

Молодой человек исчез также быстро, как и появился. Клаус продолжил ожидание своего автобуса. Немного погодя, он появился и, не останавливаясь, пролетел мимо. Внутри автобуса не было людей. Клаус яростно выругался в пол голоса. Сил и времени ждать следующий уже не было, а потому он побрел в сторону ближайшей платформы аэротакси.

С помощью браслета Клаус активировал беспилотный аппарат и проложил нужный маршрут. Пролетая над вечерним городом, такси лавировало между высотных зданий. Прожекторы транслировали рекламу в небо. Куда не посмотри вверх, всегда наткнешься взглядом на чье-то объявление. Транспорт промчался мимо военного корпуса. На крыше его огромная голограмма солдата отдавала честь и зазывала вступить в беллаторийскую армию. За его спиной была иллюминация развевающегося темно-синего флага с тремя серебряными полумесяцами посередине, образующими треугольник. Несмотря на свое явное превосходно над наземным транспортом, аэромобили не сыскали большого доверия среди людей. Во многом из-за того, что самостоятельное управление ими было запрещено законом. Благодаря этому пробок в воздухе никогда не было.

Вскоре Клаус вышел из транспорта на крыше торгового центра рядом с площадью Неминуемой победы. Сама идея о том, что очень скоро война закончится безоговорочной победой Беллатории, очень активно культивировалась в провластных СМИ. Об этом Клаус слышал, когда был маленьким мальчиком и ходил с родителями на парады, об этом же он слышит и сейчас во время еженедельных церемоний поднятия флага у академии наук. Но вот беда, на протяжении всех этих лет победа срывается каждый раз. То из-за предательства высокопоставленного генерала, то из-за новейших разработок Телармы, подрывающих все принципы морали, то из-за природных катаклизмов. После каждого такого срыва менялись генералы, возглавлявшие вооруженные силы на Срединном материке. В настоящее время в должности генерального директора военного штаба Беллатории находится генерал-лейтенант Руфус Росс. Плакат с его портретом висел на боковом фасаде торгового центра. Статный рыжеволосый мужчина озирал площадь полным уверенности взглядом.

Бар «Пиримидин» находился в нескольких кварталах к северу. По тротуару, испещренному разноцветными световыми полосами, вальяжно шагали люди. Несколько раз на глазах Клауса к прохожим подлетали дроны-стражи, просили предъявить документы, а затем желали приятного вечера и взмывали вверх. По витрине магазина морепродуктов плавало голографическое изображение карпа, за которым внимательно следил сидящих рядом серый кот. Передняя левая лапа его была заменена черным карбоновым протезом. Клаус остановился рядом с животным, нагнулся и аккуратно погладил пушистика. В ответ он принялся лосниться, не отрывая пристальный взгляд от цифровой добычи. Кот восьмеркой прошелся между ног Клауса и сел на свое место у витрины.

Браслет сообщил о необходимости повернуть за угол здания. На короткое время Клаус оказался в полумраке. Сюда свет от уличных фонарей не доставал. По мере движения вперед тьма начала рассеиваться фиолетовыми лучами от неоновой вывески, висевшей над дверью. Вычурная надпись гласила: «Пиримидин». Слева от нее мерцало изображение структурной формулы какого-то химического элемента. Логика тут же подсказала, какого именно. Одна из букв постоянно моргала, лишь изредка останавливая свои конвульсии. Недалеко от входа стояла компания из двух девушек и одного парня. Они весело общались о чем-то и выпускали в воздух разноцветные клубы пара. Когда Клаус поравнялся с ними, из темноты вынырнул мужчина и подошел к двери бара. Даже в тусклом неоновом свете можно было понять, насколько плохо он выглядел. Верхняя одежда в нескольких местах была порвана. Судя по походке, ботинки мужчине были явно велики. В руках он нес большую сумку. Как только он подошел к дверям бара, его тут же осветили голубые лучи сканера. Такие приборы стояли у всех подобных заведений и заменяли охранников. Если твой внешний вид не соответствует характеру заведения, ты проносишь с собой оружие, или твой запах превышает предельно допустимую норму, то двери не откроются. Попробуешь вломиться силой, так дроны-стражи мгновенно прибудут на место и обезвредят. Таким образом у бедолаги, что сейчас стоял перед дверью бара, просто не было никаких шансов. По первому и третьему критерию он не подходил однозначно. И кто знает, может быть, и по второму тоже. Когда мужчина с сумкой увидел всплывший перед ним голографический сигнал о запрете входа он крепко выругался о бесчеловечности современных технологий, развернулся и медленно растворился в ночи.

– Даже отсюда его запах чувствую. Бомжара немытый, – с отвращением сказала одна из девушек.

– Мозги свои пропил и бар с ночлежкой перепутал, – добавила вторая.

Сканер досконально прошелся по телу Клауса и ничего подозрительного не обнаружил. Дверь с еле уловимым свистом отворилась. Из недр бара хлынула волна синтетической музыки. Внутри было оживленно. Мимо столов летал официант, разносящий напитки. За стойкой бородатый мужчина с зеленым моноклем смешивал в шейкере коктейль. По правую руку от него располагалась сцена, на которой сейчас выступала голограмма Джанин Линдгрен, известной среди молодежи певицы, трагически умершей несколько лет назад во время теракта в метро.

Часы на дисплей браслета показывали девять двадцать. Человек Амира должен был прийти с минуты на минуту. По договоренности Клаус сел с правого края барной стройки и заказал коктейль «Рассвет мертвецов». Немного погодя над ним навис улыбающийся бармен. Он поставил перед ним стакан неправильной формы с жидкостью цвета монокля и удалился. Клаус плавным движением развернулся на магнитном стуле и огляделся.

По количеству посетителей в будний день, вывод о его популярности напрашивался сам собой. Практически все присутствующие были младше Клауса. Оставалось надеяться, что здесь не было его студентов. Люди сидели за столиками, выпивали и весело разговаривали между собой. Часть присутствующих танцевали у небольшой сцены, пытаясь повторять за голограммой движения. За стоящим ближе к левой стене столиком сидел мужчина в очках. Он был один, но при этом оживленно беседовал с кем то, как будто на пустующих стульях были люди. Клаусу всегда казалось забавным наблюдать со стороны за этим и представлять, как на другом конце города или страны точно также сидят его друзья и общаются с пустотой.

В скором времени рядом с Клаусом вальяжно сел пухлый розовощекий мужчина в блестящей золотой рубашке и с пепельными волосами. Пот стекал по его лицу. Сказывались энергичные танцы, за которыми он был замечен ранее. Стрелки на черны штанах были идеально выглажены и смотрели строго вперед. Гравистул под мужчиной просел, пару раз покачался, будто поплавок, и выровнял высоту.

– Джоржи, дорогой, испарителем не поделишься, а то свой я забыл в машине? Организм требует никотина, аж сил нет.

Клаус только хотел сказать что-то в роде: «Вы обознались», и даже открыл для этого рот, как волна осознания настигла его. Одна неверная фраза могла стать непоправимой ошибкой. К нему подошел информатор, и чтобы получить от него сведения, необходимо было ответить оговоренной заранее фразой. Тело Клауса сковало напряжение. Он забыл, чье имя должен назвать в ответе. Возможно, это имело не решающее значение, но что, если из-за такой маленькой оплошности сейчас все сорвется. Дорати или Дейзи? Дейзи или Дорати? Пауза затягивалась. Нельзя было тянуть.

– Мой взяла Дейзи, но она уехала домой, прихватив за одно и его, – выпалил Клаус в надежде на лучшее.

– Вот же зараза! Придется идти до машины. Ну ладно, не теряй меня, я скоро, – проговорил информатор и хлопнул своей рукой по руке Клауса.

Клаус почувствовал прикосновение холодного металла. Он сжимал в кулаке долгожданный ответ на вопрос, что так долго не давал ему покоя.

Разжав ладонь на половину, он посмотрел на лежащий в ней небольшой серебристый шарик. Немного покатав его, он опустил шарик во внутренний карман. Информатор к тому времени пританцовывая удалялся в сторону выхода. Клаус протер глаза. Ему казалось, что информатор уже не был таким тучным, волосы стали темнее, а рубашка поменяла цвет на светло зеленый. Информатор окончательно затерялся в толпе, и больше Клаус его не видел в тот вечер. На всякий случай Клаус оглянулся, но никто не смотрел на него. От почти завершенного дела он почувствовал прилив радости. Сложности на сегодня оказались позади. Можно было немного расслабиться.

Он развернулся к барной стойке, заказал еще один коктейль и продолжил выпивать. Клаус представлял, как запустит завтра симуляцию и каким будет результат. Совсем скоро он будет одним из немногих людей в мире, кто знает истинные размеры материков. Но что ему делать с этим знанием, было непонятно. В момент, когда коктейль оказался практически допит, до плеча географа дотронулась молодая девушка.

– Прошу прощения, могу ли я присесть? – сказала она мягким голосом и указала открытой ладонью на соседний стул.

– Конечно, присаживайтесь, – ответил Клаус.

– Меня зовут Ева, а как вас? – продолжила девушка. Гравитационная подушка под ней даже не шелохнулась.

– К.. Джорджи, меня зовут Джорджи, – сказал Клаус и неловко улыбнулся.

– Скажите, Джорджи, а вы в этом городе живете или проездом?

– Живу в столице столько, сколько себя помню.

– Это просто замечательно. Я приехала в Латор-Сити буквально на пару дней, и хочется посетить действительно стоящие места, а вокруг так много всего, что я не могу никак определиться. Вы не подскажете мне, куда стоит сходить в первую очередь? – говорила Ева, опершись на барную стойку и проведя рукой по красивым темным волосам.

Клаус окинул взглядом девушку, пока она говорила. На вид ей было не больше тридцати. Глаза темно-карие, сережки-гвоздики в мочках ушей. Бордовое платье облегало стройную фигуру. На пальцах рук обнаружилось несколько тонких колец. На изящных скрещенных ножках были черные туфли. Уже немного выпивший Клаус оказался очарован видом собеседницы.

– С удовольствием расскажу про лучшие места нашего города. Только разрешите для начала угостить вас коктейлем.

Сразу после того, как на столе оказались два «рассвета» в причудливых бокалах, Клаус приступил к рассказу о достопримечательностях Латор-Сити. Начал он с живописных парков и аллей, затем перешел на музеи, выставочные центры и галереи. Следующими на очереди были необычные рестораны. Практически во всех места, о которых он рассказывал, Клаус не бывал. Он черпал свои знания из подборок в интернете и в разглядывании карт.

Со стороны танцпола раздался грохот и звук бьющегося стекла. Клаус рефлекторно оглянулся на него. Кто-то из посетителей не удержался на ногах, запнулся и упал, разбив при этом находящийся в его руках стакан. Когда Клаус повернул голову назад, Ева слегка придвинулась к нему и кокетливо водила пальцем по его бокалу с коктейлем.

– А что можно будет посмотреть в районе центрального вокзала? – спросила она.

Клаус, взяв в руку бокал, сделал несколько глотков и продолжил рассказ с важным видом профессионального гида. Последние двадцать минут он подавлял желание сходить в туалет, чтобы не нарушать магию встречи. Наконец наступил момент, когда силы оказались на исходе. Большим глотком он допил содержимое бокала, поставил его на стойку и попросил собеседницу немного его подождать.

По дороге он случайно задел ногой стул одного из посетителей. Мужчина что-то недовольно пробурчал под нос.

Внутри туалетной кабинки Клаус почувствовал легкое головокружение, которое постепенно подозрительно быстро усиливалось. Он распахнул двери кабинки и устремился к раковине. Его начало пошатывать. Дойдя до раковины, он навалился на нее двумя руками. Левая ладонь соскользнула, и Клаус чуть не потерял равновесие. Подставленный вовремя локоть принял на себя удар и уберег от падения. Окружающее пространство плыло. Он окатил лицо холодной водой и поднял глаза. В отражении зрачки были расширены, а белки покрыты густой сетью воспаленных капилляров. В голове судорожно метались мысли. Клаус пытался понять, что с ним происходит. Воспоминание о том, как Ева трогала его бокал, наполнило Клауса гневом. «Вот черт, эта дура мне что-то подсыпала! Сам не лучше, повелся на милое личико. С чего бы вдруг красивой девушке подсаживаться к такому, как я? Конечно, не ради хорошей компании», – со злостью думал Клаус. Изо всех сил он пытался удержать расползающееся во все стороны сознание. «Нужно выбираться отсюда и делать это, как можно быстрее», – думал он. Вдоль стены он дошагал до двери и крепко ухватился за ручку. За дверью в пересмешку с музыкой слышались крики. Когда музыку выключили, последние стали более отчетливыми. Он приоткрыл дверь и выглянул в щелку. Сердце гулко билось в груди, отбивая неровный ритм. Приходилось тратить много сил, чтобы сконцентрироваться на происходящем. В центре танцпола стояли трое полицейских. По их внешнему виду было понятно, что пришли они сюда не отдыхать. Вдоль стен летало двое дронов-стражей, они поочередно сканировали посетителей бара. Клаус поспешил закрыть дверь обратно.

– Внимание всем! Управлением по обороту наркотиков полицейского корпуса Латор-Сити проводится внеплановая проверка. Всем оставаться на местах! – раздался голос из-за уже закрытой двери.

Оставаться на месте, разумеется, было нельзя. В особенности нельзя было сейчас попадаться на глаза полицейским. Наркотическое опьянение неминуемо приведет к задержанию и обыску. А если при обыске обнаружат флеш-карту, то в лучшем случае ее изымут и ничего не поймут, а в худшем обвинят в государственной измене. Глаза стали судорожно бегать по комнате, пока мозг пытался понять, что же делать. Взгляд остановился на небольшом окне, расположенном практически под потолком. Сначала идея показалась дурацкой, но другой альтернативы не нашлось. Клаус попытался допрыгнуть до подоконника, но было слишком высоко. Опершись одной ногой на край раковины, а второй на неровность в отделке стены, ему удалось достать до окна и открыть его. Прохладный ночной воздух хлынул внутрь. Обеими руками Клаус ухватился за внешнюю часть рамы и стал вытягивать себя наружу. Ушло не мало усилий на то, чтобы поднять тело. От нагрузки головокружение усилилось. Когда он на половину пролез в окно, за спиной послышалось, характерное гудение. Дрон-страж был прямо за дверью. Клаус запаниковал и принялся выталкивать себя рывками. Одним из таких рывков он порвал карман, другим сильно ушиб колено. И все-таки он выкарабкался из окна. На улице Клаус перекатился налево, подполз к стене и сел рядом с ней, чтобы перевести дух. Голубые лучи сканера засветились в проеме и исчезли через несколько секунд. Гудение постепенно затихло.

Неизвестно сколько он там просидел. Клаусу казалось, что он находится одновременно внутри и вне своего тела. От этого ощущения было сложно ориентироваться в окружающем пространстве. Со временем сердце поуспокоилось и выровняло ритм. Нужно было думать, что делать дальше. Торговые центры по соседству уже были закрыты, поэтому вариант с аэротакси отпадал. Браслет предательски разрядился. Последние крупицы заряда оказались потрачены на демонстрацию фотографий достопримечательностей. Оставался только один вариант – кольцевая монорельсовая дорога. Это монументальное сооружение охватывало весь город и работало круглосуточно. Конечно, был шанс нарваться и там на полицейский патруль, но это куда безопаснее наркоконтроля. Обыскивать и изымать все подозрительное они точно не станут. Клаус вспомнил о флеш-карте и принялся судорожно обыскивать внутренние карманы. Страх о возможной потере быстро улетучился. Металлический шарик был на месте.

Клаус отдышался еще немного и медленно встал на ноги. На улице было куда прохладнее, чем днем. Он был рад этому, ночная свежесть шла на пользу плывущему сознанию. Локоть и колено опухли и неприятно болели. От прикосновения к ним по телу пробегах холодок. Медленным шагом Клаус направился в сторону ближайшей станции. Найти ее было легко. Вывеска кольцевой дороги ярко сияла красным светом в сорока метрах над головой.

Путь до дома прошел к без происшествий. В вагоне кроме него ехало еще несколько человек. Если быть совсем точным, то там они просто ночевали. На середине пути сам Клаус чуть было не уснул. Всеми силами он старался не отключиться, чтобы не проспать нужную остановку.

Незадолго до выхода пространство вагона стало куда светлее, чем было до этого. Клаус обратил на это внимание и осмотрелся по сторонам. Свет исходил из окон. Далеко вверху в ночном небе возникло яркое свечение, похожее на северное сияние. «Так странно. Никогда не видел его в наших широтах», – подумал он. Несмотря на колоссальное световое загрязнение свечение виднелось очень четко. Было в нем что-то особенное, едва уловимое ощущение иной реальности. Клаус решил, что так на нем сказывалось действие наркотика. К моменту выхода из вагона сияние практически пропало с небосклона, оставив за собой лишь тусклый след.

Ближе к полуночи он добрался до квартиры. Первым делом умылся, выпил несколько стаканов воды и вызвал у себя рвотный рефлекс. Голова рассказывалась, но после этого стало немного легче. Со стола он взял ноутбук с переходником и лег в кровать. Подключив к магнитному разъему переходника металлический шарик, перед глазами оказался список из сотен файлов, содержащих ценнейшие геоинформационные сведения. Клаус закрыл крышку и стал думать, как ему произвести расчеты. Необходимое оборудование было в центральной библиотеке Беллаторийской академии наук. Главное, чтобы ему разрешили им воспользоваться без лишних вопросов. За потоком мыслей он не заметил, как уснул. И проснулся только спустя несколько часов от грохота упавшего на пол ноутбука.

«Так вот от чего голова раскалывается, и болят суставы», – подумал сидевший на кухне Клаус. Он допил из стакана прохладную воду. Вскинув рефлекторно руку, чтобы посмотреть на время, он вспомнил, что браслет разряжен. Клаус поставил стакан в раковину, дошел до кровати, включил зарядку, а сам лег на спину. Он закрыл глаза и крепко уснул до обеда следующего дня.