Макс взял ключ, кивнул парню и направился по старой деревянной лестнице на второй этаж в свой номер. Каждый шаг лестница приветствовала тревожным скрипом, а мощные резные перила покачивались в такт. На втором этаже его ожидало такое же темной ковровое покрытие на полу сквозь весь длинный коридор. Свет настенных бра приятным мягким цветом освещал его. Череда одинаковых дверей вела его к самому концу коридора, где Макс нашел нужную и с половины оборота ключа открыл ее. Внутри комнаты царила скромное убранство, но все же атмосфера в целом была уютной. Небольшая кровать посредине комнаты с прикроватной тумбой. На стене напротив кровати висел плоский экран, а в углу возле окна, открывающего вид на небольшой огороженный забором дворик, стояло неброское кресло.

Макс уселся на край кровати и не смог удержаться, чтобы не рухнуть в нее спиной, раскинув руки. Глаза сами стали закрываться. Он собрался с силами и снова принял положение сидя, сосредоточился и не спеша вытащил сверток, добытый в камеры хранения, из кармана. Легкий трепет пробежал по телу в предвкушении чего-то. Он аккуратно начал разворачивать сверток. На ощупь, снимая слой за слоем, он ощущал внутри ткани твердый цилиндрический предмет размером около двух дюймов. Когда ткань свертка все же раскрылась, представляя предмет внутри себя, Макс оказался сидящим посреди комнаты, держа на ладони пистолетный патрон. Бронзового цвета гильза, увенчанная темной свинцовой пулей, лежала перед ним, создавая еще больше вопросов. Макс аккуратно взял патрон с ладони и поднес ближе к лицу, в надежде разглядеть что-то еще. Покрутил его перед глазами. На торце гильзы была стандартная маркировка патрона – тридцать восьмой специальный.

– Ничего. Опять ничего, – прошептал Макс.

Обида, злость, безысходность-все эти чувства смешивались внутри и приносили боль, душевную боль, ту, которая терзала его сильнее и сильнее. Он резким движением швырнул патрон в угол комнаты, словно пытаясь выбросить все то, что копилось внутри него. Патрон неприятно звякнул о стену и, упав, покатился под кресло. Макс, обессиленный и измотанный, окончательно добитый отсутствием чего-либо в последней находке, рухнул на кровать и уставился в потолок. Одинокая слеза досады и беспомощности, медленно собравшись в краешке левого глаза, холодной влагой прокатилась по его щеке.

«Вот и все, все, что у меня было, привело меня сюда. И что здесь? А здесь ничего, абсолютно ничего. И что теперь? Я ничего не понимаю. Я не вижу смысла больше здесь оставаться», – с этой мыслью Макс зарыл глаза и полностью отдался боли и усталости, которые моментально захватили его. Он просто провалился во тьму.

4.

Яркий солнечный свет бил в глаза сквозь тонкие щели жалюзи. И даже сильно сжатые веки не спасали от него, сон постепенно выветривался. Максу все-таки пришлось подниматься. Он принял сидячее положение и как смог потянулся, не открывая глаз. Утро начиналось неплохо. По крайней мере, ничего не болело, но это могло означать только одно – он проснулся в другом месте. Макс до последнего не хотел открывать глаза, не хотел снова оказаться где-нибудь посреди неизвестности. Но сидеть весь день на кровати зажмурившись было бы глупо. Он собрался с мыслями и осторожно открыл глаза. Картина в целом была дружелюбной. Большая комната в светлых тонах уютно обставленая без особых изысков. Невооруженным взглядом видимое отсутствие женской руки в интерьере говорило о квартире одинокого мужчины. Центр комнаты занимала просторная кровать. Стенной шкаф располагался в углу, а напротив него, в противоположном, скромно стоял небольшой комод. Пара кресел, приставленных к журнальному столику, сгруппировались в углу у окна. Само же окно, занимающее собой практически всю стену, сквозь почти незаметную дверь вело на балкон. На балконе аккуратно стоял кофейный столик и плетеное кресло. В комнату вела широкая, открытая нараспашку, двухстворчатая дверь. Макс поднялся с кровати, еще раз потянулся и медленно пошел к двери в поисках ванной. Перед ним открылся довольно-таки длинный коридор, правая часть которого упиралась в коричневую дверь, а левая вела мимо входной за угол на маленькую кухню. Он побрел вправо и не ошибся, за дверью оказалось ванная комната. Убранство внутри комнаты было поистине спартанским. Душевая кабина, раковина, настенный шкафчик с дверцей-зеркалом, туалет и вешалка с полотенцами. Макс подошел к раковине и включил воду, а затем, не обращая на нее внимания, на автомате открыл шкафчик и достал зубную пасту и щетку. Закрыв дверцу шкафа, он встретился с отражением. Лицо свежее и отдохнувшее, без каких-либо последствий предыдущих событий, лишь уставший взгляд и немного седины добавилось в висках. Отбросив какие-либо мысли, он умылся, почистил зубы, выключил воду и вышел из ванной комнаты.

«К черту все, нечего забивать голову, все равно я не могу управлять этим, будь что будет », – Макс оставил попытки что-либо понять и пошел на кухню в поисках кофе.

В дальнем конце коридора, за поворотом его встретила уютная светлая кухонька. Круглый стол с парой стульев напротив окна и бледно-серых тонов гарнитур во всю противоположную от стола стену. Он открыл несколько дверей гарнитура прежде, чем нашел шкаф с посудой. Взяв белую чашку с тонкими стенками и аккуратной фигурной ручкой, Макс поставил ее в кофе-машину и нажал на кнопку с надписью: «Американо». Машинка, перемалывая зерна, делала свое дело, а он тем временем заглянул в холодильник в поисках легкого завтрака. Внутри холодильника царил идеальный порядок. В дверце стояла пара банок пива, а на средней полке заманчиво притаился недоеденный сэндвич с ветчиной. Больше не было ничего. Макс не раздумывая взял сэндвич и, подхватив чашку с кофе, отправился на балкон.

Выйдя на балкон, Макс поставил чашку на столик и устроился в плетеное кресло. Сэндвич был уничтожен за несколько секунд, и настала очередь кофе. Он поднес чашку ближе к лицу и плавно втянул в себя мягкий аромат. И пусть это был не тот кофе, что варила для него Молли, но все же запах был достойным. Макс сделал небольшой глоток и поставил чашку на место. Балкон располагался на одном из верхних этажей, и поэтому вид с него открывался весьма многогранный. Несколько ближайших кварталов застенчиво открывались перед взором разноцветными крышами. Вдоль улицы яркими пятнами в глаза бросались всевозможные рекламные баннеры и плакаты. Редкие деревья одинаково-ровными представителями чинно выстроились вдоль дороги. В целом картина была весьма сумбурной, но все же в ней читался определенный порядок. Свежий ветерок носился по улице, гоняя яркую желтую листву по асфальту. Осень во всю обволакивала город, и солнце уже не грело в полную силу. Погода очень быстро менялась, и вот уже небо, слегка пасмурное, затянутое небольшими группами серых облаков, неуклюже спрятало светило за их пушистыми телами.

Кофе быстро остывал, и Максу пришлось отказаться от возможности насладиться им. В пару больших глотков он простился с бодрящим напитком и отправился на кухню. Там он поставил чашку в пустую посудомоечную машину и снова заглянул в холодильник.

– Ничего, – с легкой грустью прошептал Макс. – Нужно что-нибудь поесть. Настало время выбираться на улицу.

Он вернулся в комнату и открыл стенной шкаф. На полках лежали несколько пар аккуратно уложенных джинсов, куча различного тряпья, набитого внавалку, стопка носков и нижнего белья. В соседнем отсеке на вешалках висели рубашки, темно-серый костюм, несколько футболок, серая толстовка с капюшоном, черное осеннее пальто и ветровка цвета хаки. На нижней полке располагались несколько пар обуви: черные туфли, явно подходящие только под костюм, массивные коричневые ботинки и две пары кроссовок.

«Так, костюмы мне уже надоели, нужно что-то поудобнее», – Макс еще несколько мгновений задумчиво посмотрел в шкаф, прицениваясь к одежде, и начал формировать свой внешний вид.

Первыми из шкафа на кровать полетели голубые потертые джинсы, затем он снял с вешалки желтую футболку и сразу надел на себя. Следом за штанами на кровати оказались носки и серая толстовка. Выбирая между пальто и ветровкой, Макс обернулся в сторону кровати и прикинул, что с тем, что он уже достал, пальто будет выглядеть странновато. Выбор пал на ветровку.

«Теперь обувь, черные или темно синие?» – мысли были посвящены исключительно кроссовкам. В итоге синие оказались в руке.

Макс забрался в джинсы, затем натянул на себя толстовку и, пока капюшон был на голове, надел ветровку. Пару минут он перемещался по комнате в таком виде. Открыв верхний ящик комода, Макс обнаружил коричневый кожаный портмоне, часы в серебристом браслете и небольшой смартфон. Первым делом он сделал отметку на карте в навигаторе телефона на случай, если придется вернуться сюда, а затем мобильник отправился в передний левый карман джинсов. Портмоне подверглось детальному изучению. Внутри оказалось тысячу двести разными купюрами и несколько дисконтных карт. Макс вытащил наличку, разделил на сотни и остальное. Мелкие купюры пошли в задний карман джинсов, сотни же он убрал во внутренний в куртку. Затем пришла очередь часов. Серебристые стрелки рассказали о скором наступлении одиннадцати часов, а окошко календаря на синем циферблате рисовало шестнадцатое число. Браслет часов привычно обвил левое запястье. Макс уселся на кровать, натянул носки, затем кроссовки и отправился к входной двери. Напротив двери, возле зеркала притаилась небольшая ключница, на которой одиноко висел перфорированный ключ на кольце с прямоугольным брелоком. Он снял его, посмотрелся в зеркало, поправил взъерошенные волосы и вышел на лестничную площадку. Как и ожидалось, ключ идеально подошел к скважине и легким движениям руки вторили щелчки закрытия замка. Макс подошел к лифту, нажал кнопку вызова, и уже через несколько секунд дверь открылась под аккомпанемент тонкого звона маленького колокольчика. Поездка в лифте заняла около тридцати секунд, и вот дверь все с тем же звуком впустила его в просторное фойе. Не обращая ни на что внимания, Макс вышел на улицу сквозь двухстворчатую стеклянную дверь.

Улица сразу вовлекла его в свою атмосферу, и он, сливаясь с толпой, неторопливо побрел по тротуару вдоль домов. Квартал за кварталом оставались позади. Магазины, бутики, бакалейные лавки, небольшие бары, все чаще появляющиеся в спектре бокового зрения, ни одной кофейни.

«Что за город? Захочешь напиться – одни кофейни, а вот когда наоборот хочется кофе, то по пути, как назло, ничего кроме питейных заведений». Макс смотрел по сторонам в поисках хоть чего-нибудь похожего на небольшое кафе. Улица впереди казалась практически бесконечной и вот в голове появилась светлая мысль: «Такси». Он огляделся, поднял вверх руку и вот, как по волшебству, перед ним возник желтый автомобиль. Забравшись на заднее сидение, Макс протянул водителю десятку со словами:

– Дружище, отвези меня туда, где варят неплохой кофе.

Водитель дружелюбно кивнул, взглянув на Макса в зеркало заднего вида, и тронулся с места. Сначала дорога вела их все так же прямо, но через пару кварталов улицу пересекла чуть более широкая, и таксист повернул налево. Машина плавно двигалась мимо разношерстных представителей малого бизнеса, уютно разместившихся на первых этажах зданий. Макс же все больше обращал внимание на небо. Солнце спряталось, но в то место, где облака пытались его скрыть, все равно было больно смотреть. Все вокруг застыло в ожидании. Ветер тихонько тащил с востока темные облака, в воздухе пахло дождем, и даже упавшие листья собирались возле ливневок в ожидании первых тяжелых капель. И вот на тонкую пелену лобового стекла упала первая. За ней еще несколько, а еще, через пару мгновений все вокруг умылось первыми дарами осени. По стеклу со скрипом заерзали дворники, вторя шуму дождя. Машина медленно катилась вперед.

– Сэр, через пару минут мы будем возле хорошей кофейни, я поставлю машину так, чтобы вы не успели промокнуть, – сказал водитель, взглянув на Макс через зеркало заднего вида, и улыбнулся.

– Спасибо вам.

Через минуту такси остановилось возле небольшого кафе с группой столиков перед входом. Макс поблагодарил водителя и быстро выбежал из машины под навес возле входа. Столы на улице находились под открытым небом, и бедным официантам приходилось спасать прижатые дождем чашки, сахарницы и прочую посуду. Он с улыбкой несколько мгновений наблюдал за этим действом, пока его не прервал звонкий молодой голос.

– Может быть, вам будет комфортнее внутри?

Макс обернулся на голос, и перед ним предстала молоденькая, замерзшая девчушка небольшого роста, мокрая насквозь. Промокшие распущенные рыжие волосы кудрявились, а белая блузка уже прилипла к телу, но девчонка старалась не показывать вида, что мерзнет.

– Я зайду внутрь, если ты принесешь мне кофе.

Девушка проводила Макса до свободного столика и, пока он располагался, быстро принесла меню.

– Какой кофе вам принести?

– На твой вкус, большую чашку, – ответил Макс.

– Ну, тогда большой «Капучино», – улыбнулась девчонка и сделала пометку в блокноте. – Что-нибудь еще? У нас сегодня свежая выпечка. Сливовый пирог, черничный, яблочный и шоколадные круассаны от шефа, сегодня он в настроении.

– Да, принеси, пожалуйста, два круассана и кусочек черничного.

Девчонка резко кивнула и убежала в сторону стойки. Макс остался наедине с самим собой, изучая местную атмосферу. Несколько постояльцев сидели за стойкой, увлеченные каждый своими мыслями. Кто-то общался с одной из официанток. Чуть в стороне, держась за руки, сидела молодая пара и, негромко смеясь, обсуждала что-то. В помещении царила приятная дружелюбная обстановка, чарующие запахи только что сваренного кофе и выпечки витали в воздухе. Все вокруг было просто чудесно. Девушка принесла на подносе большую чашку кофе и непревзойденного вида кусок пирога. Тонкое тесто, плотный слой сине-фиолетовой черничной начинки выглядели как произведение искусства, а небольшая розочка из мороженого, завершающая этот натюрморт, создавала присутствие волшебства. Официантка снова пропала из поля зрения и всего через мгновение возникла возле стола вновь с тарелкой, на которой еще парили теплом духовой печи два красивых круассана.

– Приятного аппетита, – девчонка выпрямилась, спрятав поднос за спиной, улыбнулась, а затем скрылась на кухне.

Макс вдохнул аромат кофе и сделал маленький глоток, чтобы не обжечься. Поставил чашку на стол и хотел взять круассан, но тот был еще слишком горяч, и Макс решил начать с пирога. Вилка с легкостью пронзила кусок пирога, и вот вкус черники, сливочного мороженого и домашнего теста уже взрывали рецепторы. Вкус был просто божественным, и он закрыл глаза в наслаждении. Пара жевательных движений и глоток кофе, чего еще можно было желать? Очередной кусочек, за ним еще один, пирог просто растворялся на языке. Тепло и уют обволакивали Макса, он словно был дома. Там, где он провел свое детство, там, где любовь и забота когда-то окружали его, жаль лишь одного – он не помнил ничего об этом. Хрустящая корочка замечательно зашла под очередной глоток бодрящего напитка и следом, тарелка с круассанами оказалась ближе. Мягкое слоеное тесто раскрывалось чудными вкусами в купе с горячим шоколадом, вырывающимся изнутри еще теплой утренней булочки. И пусть часы неумолимо кричали о середине этого пасмурного дня, завтрак не может быть регламентирован. Это состояние души, только что проснувшейся.

Парочка вышла из кафе, люди у стойки начали меняться. Кофе подходил к концу, и Макс жестом пригласил к столу официанта. К нему подбежала все та же девчонка, держа в руках счет. Он заглянул в папку с бумажкой и положил в нее несколько купюр.

–Можно мне еще один такой же кофе с собой?

– Да, конечно, – девушка заулыбалась, глядя на размер чаевых, и быстро умчалась за большим стаканом «Капучино» на вынос.

Ожидание длилось недолго, рыжая девчонка через пару минут возникла возле стола с большим бумажным стаканом, накрытым крышкой и пестро изрисованным логотипами кафе. Внешний вид девушки излучал максимальное не наигранное дружелюбие. Макс поднялся, взял свой кофе и ответил девушке улыбкой и легким поклоном направился в сторону выхода.

На улице небольшими легкими каплями срывался осенний дождь. Он ненавязчиво прижимал к асфальту одиноко шатающиеся желто-красные листья, не так давно служившие одеянием ближайших деревьев. Макс посмотрел по сторонам, накинул капюшон своей толстовки и отправился вдоль по улице. Горячий кофе в руке нес в себе тепло посреди осеннего дня. Он периодически прикладывался к стакану, черпая в нем очередную порцию бодрости. Тротуар вел его вперед, мимо пестрых витрин. Прохожие бежали, в попытке спрятаться от капризов погоды. Все бежали кроме Макса. Он один шел сквозь дождь, не обращая на него внимания. Капюшон прятал его от капель и посторонних глаз, хотя, в целом, никому не было дела до парня, бредущего по улице в такую погоду. В эту минуту оставалось грустить лишь об одном, не хватало музыки, хотя дождь в своей манере создавал великолепную симфонию. Капли разбивались о темно-серый асфальт и крыши машин, порождая неповторимые звуки. Макс стянул капюшон, расставил руки в стороны словно крылья, поднял лицо к небу и на мгновение остановился, наслаждаясь дождем.

«Плевать на прохожих, плевать на всех, я хочу так».

Медленно двигаясь в такт собственному сердцу, Макс шел посередине улицы, увлеченный дождем.

В кармане что-то завибрировало. Телефон. Он остановился и нерешительно потянулся к карману джинс, где лежал мобильник. На дисплее смартфона светилась имя «Николь».

Еще несколько секунд Макс смотрел на надпись, а затем сдвинул значок зеленой трубки в сторону и поднес мобильник к уху.

– Да? – неуверенно произнес Макс.

– Привеет, – радостно и протяжно прозвучал на том конце трубки приятный женский голос, – я сегодня могу с тобой встретиться.

Макс просто замер на месте.

– У меня осталось еще пара дел, но через час я готова встретиться в парке как обычно.

– А как обычно это где? – Макс постарался произнести фразу с улыбкой в голосе, преподнести ее как шутку, чтобы узнать чуть больше подробностей о месте встречи.

– Максим, зачем ты меня разыгрываешь? Как обычно, на Мэдисон стрит, – женский голос принял наигранный расстроенный оттенок. – Увидимся через час, целую, я буду ждать тебя возле нашей скамейки.

Макс оторвал телефон от уха и снова посмотрел на экран. Надпись «Николь» все еще светилась на бледно-голубом дисплее.

– Кто ты? – сказал он, глядя на имя с экрана и повторил его вслух. – Николь.

Сердце забилось сильнее, волнение охватило его как мальчишку, руки неуверенно дрожали, а лицо пылало огнем.

«Что это? Соберись, возьми себя в руки. Просто поймать такси и приехать в парк, а там все должно разрешиться», – осмотревшись по сторонам, Макс увидел несколько желтых машин на противоположной стороне дороги. Он быстро перебежал на другую сторону и направился к ним. Полупустой стакан с кофе отправился в урну. Дождь продолжал барабанить по крышам припаркованных вдоль дороги машин, а ветер все также носился по улице, но ему уже не хватало сил для раскачки намокших листьев. Людей на улице становилось все меньше и меньше, а те немногие, что все еще боролись с осенними капризами, бежали, пытаясь скрыться в ближайших магазинах.