Глава 3

– Боже, Ти, – Диана сделала шаг вперёд, подходя ближе к брату, чтобы рассмотреть его. В голосе сквозила паника, но она пыталась скрыть её. – Что случилось? Тебя ранили?

Томас, лицо которого исказилось от страха, едва справлялся с дрожью в руках. Он принялся судорожно швырять вещи в рваный рюкзак, его движения были резкими, дёргаными, как у загнанного зверя, готового сорваться в бегство. Глаза метались по углам, словно искали выход, которого не было.

– Ди, мне надо скрыться, – произнёс он, не глядя на неё, только спешно запихивая вещи в сумку.

– Что значит скрыться? – Диана сжала кулаки, глаза вспыхнули гневом, хотя в душе всё трещало от тревоги. – Во что ты опять, мать твою, ввязался?!

Он поднял на неё стеклянный взгляд. В нём было что-то, что заставило её замереть. Серые глаза парня казались пустыми, почти как у человека, который потерял связь с реальностью.

– Ди, – произнёс он с дрожью в голосе, – я убил человека.

– Что?! – Её дыхание перехватило, и она, как в бреду, села на корточки.

В голове всё словно оборвалось, и она зажала голову руками, как будто хотела убедить себя, что это всего лишь ужасный, кошмарный сон. Но реальность не оставляла ей выбора. Это было настоящим. И её брат был в центре этого ужаса.

Она не заметила, сколько времени провела в таком положении, пока не услышала шаги. Резко открыв глаза, Диана увидела, как Томас направляется к выходу со склада.

– Ти, подожди! Куда ты собрался? Ты хоть объяснишь, что произошло?!

Томас остановился, но оборачиваться не стал. Он стоял так несколько секунд, тяжело вздохнул и, наконец, начал говорить.

– Люк шепнул про сегодняшние гонки. Я подумал: вот он, шанс поднять немного бабла. Мы неслись по городу, как чокнутые, но на одном повороте меня повело. Тачку занесло – и я со всей дури влетел в другую машину. Она сразу вспыхнула, пару раз кувыркнулась и врезалась в бетонную стену. – Диана заметила, как плечи брата напряглись. – Я выскочил из своей тачки, подлетел к горящей. Водитель валялся на тротуаре. Я его за плечо тряхнул, думал хоть застонет… но сразу понял – всё. Готов. Труп.

Он сглотнул и быстро провёл ладонью по лицу.

– И знаешь, что самое хреновое? Когда я посмотрел на него… то узнал. Это один из сыновей Хардинга.

– Что ещё за Хардинг? – Диана пыталась уловить хоть какие-то зацепки, которые могли бы дать ей надежду на спасение.

– Ди, очнись! Хардинг старший – один из самых мощных авторитетов в Детройте. Он крышует несколько нелегальных казино в городе. Ты понимаешь, что это значит? Если я не сбегу – он найдет меня и убьет.

– А как же я, Ти?

Томас обернулся и посмотрел на сестру.

– Ты уже взрослая, справишься.

– Нет, не смей меня оставлять! У меня кроме тебя никого нет! Мы что-нибудь придумаем!

– Блять, Ди, прекрати быть наивной дурой! Я завалил сына Хардинга. Мне хана.

– Тогда я поеду с тобой, – решительно сказала Диана.

– Нет. Я пока не знаю, что делать, куда сбегать, да и нас обоих не прокормлю. Вернусь за тобой, когда найду выход. А пока оставайся здесь.

Диана не могла поверить, что Томас реально собирается её оставить. Слёзы подступили к глазам, но девушка быстро зажмурилась, взяв себя в руки. В жизни и так происходило слишком много моментов, когда нужно было быть сильной, и сейчас был не тот случай, чтобы сдаваться.

Когда она наконец открыла глаза, всё, что увидела, – это только как медленно закрывается за Томасом дверь.

Брат ушёл. И чувство уверенности покинуло девушку вместе с ним.

Она долго лежала на диване, бессмысленно уставившись в темноту, но так и не смогла уснуть. Время тянулось мучительно медленно. За несколько часов она успела выкурить почти всю пачку сигарет, и теперь их осталось только две. А курить снова хотелось. Но денег на новые тоже не было.

Весь этот круг замкнулся, и Диана поймала себя на мысли, что её жизнь – это один бесконечный тупик.

Решив, что сидеть и жалеть себя – не лучший выход, она схватила ключи от мотоцикла. Не думая ни о чём, девушка вскочила на него и понеслась по ночному городу.

В такие моменты ощущение полёта было единственным утешением, хоть и временным. Но как только она остановилась у клуба, мысли вернулись и тяжёлым грузом осели на её хрупких плечах.

Скользнув взглядом по знакомому входу, она сделала глубокий вдох и пошла внутрь. Музыка тут же ударила в уши, создавая иллюзию, что можно хотя бы немного забыться, раствориться в этом мире шумных голосов и бесконечного движения. Она направилась к бару, решив, что здесь она хотя бы на время не будет чувствовать себя такой одинокой.

– Привет, Ник. Мне чего-то покрепче и пачку сигарет. Но предупреждаю сразу – бабок нет, натурой не расплачиваюсь, – Диана взглянула на бармена с саркастической усмешкой.

Ник улыбнулся её шутке, смахнув бутылку с полки. Налил ей двойной виски и положил перед ней пачку сигарет.

– Ты просто чудо, милый Ники! – с фальшивой улыбкой выдала Диана, поднимая стакан, и залпом опрокинула в себя обжигающую жидкость.

Ник удивлённо приподнял брови, наблюдая за её действиями.

– Ого, тяжёлый день, что ли?

– У меня каждый день тяжёлый. Трудно уже понять, какой из них более дерьмовый, чем другие. – Диана вытянула сигарету из пачки и закурила. – Шрам сегодня здесь?

– Ага, на своём месте.

Диана встала, даже не поблагодарив парня за бесплатную выпивку и сигареты, и направилась в дальний угол клуба. Это был её угол, её укрытие, в котором она могла немного сбежать от всего этого дерьма. У этого места была та самая чертовски уютная атмосфера, которая притягивала её каждый раз.

Шрам мог бы быть из тех, которых легко не заметить из-за маленького роста и худощавого телосложения. Если бы не его лицо. Оно было искорёжено так, словно его когда-то пытались стереть с этого света, но не смогли. Глубокие борозды ожогов тянулись от висков к подбородку, делая кожу бугристой и местами слишком натянутой. Сквозь неё проступала яркая сетка красных сосудов, расползавшаяся, как трещины на асфальте.

Один глаз немного провис, другой будто прожигал насквозь тяжёлым взглядом. Он не был ни старым, ни молодым – что-то около сорока пяти, с жёсткими чертами и руками, чьи суставы казались разболтанными, как у старой куклы. В его облике не было ничего угрожающего, но стоило задержать взгляд на секунду дольше, и появлялось смутное чувство тревоги, словно этот человек знает что-то, чего не должен знать никто.

– Привет, Шрам. Мне нужна новая татуировка. Денег нет, – без замедлений проговорила Диана, не церемонясь.

Шрам чуть прищурил глаза, оценивая её. Потом усмехнулся:

– Черноволосая, у тебя и так весь кожаный альбом покрыт. Осталось только на лице что-то выколоть.

Диана хмыкнула, покачав головой.

– Вообще-то, есть ещё одно место, где пока чисто, – с улыбкой заметила она. – Но тебе туда доступа нет. Невежливо сразу лезть девушке в трусы, как же ухаживания?

На удивление, Шрам рассмеялся – не зло, не с насмешкой, а искренне, словно на мгновение забыл, кто он и в каком мире живёт. Диана невольно замерла, сбитая с толку. В её жизни смех чаще звучал как издёвка или предвещал что-то неприятное, но этот был другим: почти тёплым, если бы такое слово вообще можно было к нему применить.

– Ну что, набьёшь бесплатно по старой дружбе? – она не отводила от мужчины взгляд, ожидая ответа.

Шрам откинулся на спинку стула и пожал плечами, словно давно уже привык к её просьбам.

– Чего набивать и где?

Диана сбросила с себя кожаную куртку, затем чёрную кофту, а после, без стеснения, сняла лифчик, повесив его аккуратно на спинку стула. Села напротив Шрама, не скрываясь от мужского взгляда на свою оголённую грудь, и поджала ноги, готовясь к следующему шагу.

– Вот здесь, – она указала на место над левым соском, его кожа была почти чистой и нетронутой. – Набей слово «одна».

Шрам прищурил глаза, рассматривая её тело, а затем кинул взгляд на старую татуировку, набитую чуть выше на груди.

– Тут у тебя уже «Ти и Ди». Странно будет сразу под этим набивать «одна».

Диана вздохнула, взяв паузу, а потом сжала губы.

– Тут больше нет Ти и Ди. Здесь только я одна, – сказала она твёрдо и решительно.

Шрам молча кивнул, понимающе глядя на неё.

Татуировки были для девушки не просто искусством. Это были истории, которые она носила на себе, как напоминания. И как щит, скрывающий её травмы от окружающих.

Когда Шрам закончил с татуировкой, Диана не стала дожидаться, когда мужчина нанесёт мазь и приложит бинт. Она сразу натянула свою одежду и выскочила из клуба, оставив позади этот тихий уголок в прогнившем мире.

На улице её встретил холодный воздух. Улицы были уже полупустыми, а те, кто ещё брёл по тротуарам, явно не спешили на работу, а скорее пытались дотянуть до своих домов после ночных гулянок.

Диана шла к мотоциклу, когда взгляд случайно зацепил пару, которая бесстыдно трахалась прямо в салоне припаркованного автомобиля. Может, надеялись, что их не заметят под покровом ночи. А может, им просто было плевать.

Она не смогла удержаться и подошла поближе. Пара вскользь глянула на неё из окна, а Диана, с ухмылкой на лице, подняла оба средних пальца и выкрикнула:

– Надеюсь, вы там хоть предохраняетесь, нечего плодить таких же отбросов, как мы с вами!

Пара застыла, переглядываясь с ошарашенными лицами, но Диана уже не обращала на них внимания. Повертела головой, выпустив из груди последний, не менее саркастичный вздох, и пошла дальше.

Вернувшись на склад, Диана заметила Люка, растянувшегося на её диване и затягивающегося травой, как будто это его личный уголок для релаксации. Парень сидел в свете тусклого фонарика на батарейках. При таком освещении, клубы дыма делали его вид до смешного загадочным.

– Нас обокрали, – проговорил он с безразличным выражением лица.

– В смысле? – Диана крутанула головой, осматриваясь и не понимая, что вообще можно было спереть с этой свалки.

– Вещи Ти пропали.

– Хах, ну и хрен с ними, – усмехнулась она. – Ти сам уехал, так что никаких переживаний. Он, скорее всего, уже не вернётся.

Люк уставился на девушку, как будто что-то пытался понять. Он чуть наклонился вперёд, щуря глаза.

– Значит, и тебе пора валить, – сказал он, и в его голосе прозвучал какой-то ультиматум.

– А это что ещё за хрень? – Диана закипела. – Я, между прочим, каждый месяц плачу за аренду этого твоего вонючего дивана!

– Да, а Ти платил аренду едой. Теперь Ти нет – нет и еды. А знаешь ли, сексом сыт не будешь, особенно с тобой.

Люк поджёг ещё одну самокрутку с травкой и, не отрывая взгляда, продолжил:

– Так что выбирай – либо ты как-то меня кормишь, либо вали отсюда.

Диана стояла, глядя на него пустым, отрешённым взглядом, словно вообще не слышала. Внутри – сплошной вакуум. Всё это больше не имело значения. Её эмоции сдохли где-то на обочине ещё в тот момент, когда она впервые оказалась в этом месте. Теперь ей было по-настоящему всё равно.

Не говоря ни слова, она развернулась, молча подошла к мотоциклу, натянула шлем и, сама не зная, куда направляется, просто выкрутила газ. Колёса взвизгнули, оставляя за собой лишь облако пыли, склад и всё, что с ним связано.