Но после своих прежних публикаций Линграф почти не преподавал в Уитман-колледже и не занимался исследованиями. А даже если и занимался, никогда не делился со мной этой информацией.
За четыре года моего обучения в Уитман-колледже Линграф пару раз шутил, что я стала его единственной студенткой. Только это была не совсем шутка, а, в сущности, правда.
Это была опись домашнего имущества накануне чьей-то смерти. Очевидно, тот, кому принадлежало это хозяйство, был весьма состоятельным: золотые монеты, книги, охотничьи псы, фарфор и фрески. Кроме того, я заметила, что там были упомянуты carte da trionfi
садились за отрывочные фрагменты статей, книг или писем и составляли переводы. Я всегда считала, что благодаря этим обрывкам мы – то есть я – овладели высоким искусством перевода, потому что в них не было контекста, не было подсказок. Часто все, над чем нам доводилось работать, было выкинутым листом текста.