Вместо приветствия мистер Марли удостоил меня лишь короткого кивка. Пока он заносил запись в журнал, (наверняка что-то вроде Рубин испортил все планы и вместо того, чтобы исполнить свой долг, плевал в потолок и пожирал фрукты в 1953 году)
Я сделала большой глоток из своего картонного стаканчика, и тут же обожгла губы, язык и нёбо. После того, как я снова пришла в себя и смогла думать, я искренне пожалела, что кофе не вводят в организм внутривенно, как необходимое лекарство.
Моё сердце замерло. На этом балу мне нужно быть вместе с Гидеоном, но я никак не могла себе представить, что уже завтра смогу как ни в чём не бывало танцевать с ним менуэт, ничего при этом не разбив или не разорвав на кусочки. Его ногу, например.