Опоздавшая молодежь

«Токио. Теперь он для меня будет крепостью, в которой обитают чудовища, посылающие мне привет сомкнутыми темно-серыми губами. И эти губы — стены крепости. Токио для меня прочно заперт, и со мной он не заговорит, — думал я. Вульгарные женщины в нейлоновых комнатах, жалкие полуголые мужчины, сидящие, изнывая от жары, у распахнутых окон в своих нищих домишках вдоль железнодорожной линии. Они снова заставляли меня испытать чувство неполноценности, уже пережитое мной, когда я, приехав в Токио со своим провинциальным выговором, услышал их речь.

Токио опять не принимал, отказывался принимать. Смотрел свысока и рушил последние надежды. Обдавал, несмотря на жару, ледяной прохладой молодое горячее сердце. Странно, а раньше ведь всегда казалось, что слезам не верит только Москва. А вот поди ж ты... Расхожая мудрость оказалась неточной, а японская столица - не благосклоннее нашей.

Вообще мне всегда удивительно, как прочитанные книги словно начинают вести немой разговор в голове читателя, в моей уж точно.

Я до сих пор помню ту растерянность юной Мицу из чудесной и завораживающей Сюсаку Эндо - Женщина, которую я бросил при взгляде на этой город и ее же твердую уверенность, что в крупнейшем японском городе ее не ждет ничего хорошего - слишком много плохих воспоминаний развеяно там. Для нее город стал крахом надежд о любви, злым символом и демоном.

Для героя книги Кендзабуро Оэ он в одночасье стал крахом карьерных да и вообще личностных амбиций. Тщеславные чаяния рассыпались прахом: нет в жизни справедливости. Политики все так же обманывают народ, толпа все так же права, хотя не права по сути, но она же толпа, прошлое так же упрямо нет-нет да и напомнит о себе, хотя пытаешься забыть - тщетно! - и, кажется, что ничего и не было.

Не было этого унижения в детстве от нахождения в воспитательной колонии, не было и обжигающей боли за собственную родину, проигравшую в войне, как не было и сожалений, что не успел на тот последний бой, не успел спасти товарищей, отрекся от детских идеалов во имя чего-то приземленного... Так легко, кажется, забыть все это, просто закрыв глаза, не думая об этом беспрестанно. Окунуться в новую жизнь, отрезать все связи с ушедшим, с былым. Самоуверенно поставить перед собой новые цели, наивно полагая, что ты в самом деле умнее всех, все просчитал и ко всему подготовился.

С неиссякающим любопытством наблюдала я все чтение за "восхождением" главного героя. Его жизненная стратегия казалась сомнительной с точки зрения морали, но весьма действенной с точки зрения практики. Использовать людей в своих интересах, для достижения своих задач, - затея далеко не новая. Примеры из классики неисчислимы, но ведь каждый ступающий на эту опасную тропу человек отчего-то считает себя на ней первопроходцем. Вот только жизнь обмануть нельзя. И, когда меньше всего этого ожидаешь, она начинает тебе мстить.

Невероятно тяжелым в морально-психологическом плане оказался для меня этот роман японского классика. И я даже не могу сказать, что больше меня потрясло. Первая часть с ее острым восприятием ребенком послевоенной действительности (1945 год), либо же 50-е с их взглядом молодого человека, запутавшегося в себе и в мире, в котором он теперь живет?

Его мечты о "золотой женщине", которая полюбит его таким, какой он есть, его наивная вера в товарищей по университету, его глупая уверенность, что политиком стать легко и просто, что, будучи политиком, можно остаться искренним и справедливым... Как же все это трогательно, как это все чертовски грустно...

Одна за другой рушатся мечты. Реальность оказывается вовсе не такой - куда более жестокой и кровавой. К справедливости приводит только самосуд, раз "золотой женщины" на горизонте не предвидится, придется довольствоваться вот этой, легкого поведения и столь же незамутненных взглядов, я уж молчу про политику - странно вообще было туда соваться, если ты такой принципиальный. Там нет места правде - ее обязательно отредактируют, отлакируют, сделают приятной и удобной для всех картинкой... Но от истины она далека, как мы от Марса.

Грустная книга. Это японское поколение без устали сожалело о том, что якобы опоздало на войну. А вот на войну с собственной жизнью и природой они, как ни странно, успели, сделав все, чтобы ее окончательно испортить.

Токио не прощался, смотрел печальными глазами на толпы вновь прибывающих: глупцы! Смельчаки, которые все так же надеются обрести счастье, не ударив пальца о палец...

С чувством опустошенности я вспоминал глупый подъем, который охватил меня в поезде, в конце прошлого года, когда я подъезжал к Токио. Я думал тогда, что хочу овладеть Токио. Но у меня ничего не вышло. Наш союз не принес мне радости...

Почему я возвращаюсь, почему не убегаю? Потому, что не быть японцем, не быть сыном императора — это самое страшное. Страшнее смерти. Я не боюсь смерти — ведь даже если я умру, Его величество император будет жить. А если будет жить Его величество император, значит, навеки останусь в живых и я. — Пока учительница не объяснила нам этого, я боялся погибнуть на войне. Но сейчас ни капли не боюсь смерти. — Если только ты настоящий японец, тебе ничто не страшно. Если только ты сын Его величества, тебе ничто не страшно.

Данный роман одновременно необычный и при этом довольно типичный для литературы Японии двадцатого века. Необычный, потому что на ум сразу пришло сравнение с европейскими произведениями так называемого потерянного поколения, тут оно названо опоздавшим, но сути дела это не меняет. Типичный же, потому что по мере чтения мне не раз вспоминались два, можно сказать, культовых романа японской литературы примерно того же временного периода, это "Исповедь Маски" Мисимы и "Исповедь "неполноценного" человека" Дадзая. То же повествование от первого лица, тот же душевный стриптиз, заставляющий рассказчика обнажать перед читателем самые потаённые, самые непрезентабельные и самые неочевидные закутки души и разума.

Мы знакомимся с главным героем романа в переломный не только для него, но и для всей его страны, исторический момент - капитуляция Японии во Второй Мировой. Для мальчишки лет 10-12 это настоящая трагедия, он понимает, что опоздал на войну, что ему уже не суждено быть славным героем, камикадзе, жаждущим отдать жизнь за своего Императора, он обречён теперь на обычную жизнь. Душевное потрясение только усиливается происходящим вокруг, он уже не настолько мал, чтобы безоговорочно верить и доверять взрослым, а потому разборки местных японцев и местных корейцев, уничтожение крохотной деревушки аборигенов, прогибание и страх его односельчан перед оккупантами - всё это заставляет гг разочароваться во всём и во всех, он ненавидит всё и всех и единственное, что ещё способно возродить в нём, взращённом милитаристской пропагандой, светлые чувства это возможность возобновить войну, чтобы героически на ней погибнуть. Вот этому небольшому, но значимому отрезку в жизни гг и посвящена вся первая часть романа, события которой уместились в лето сорок пятого года, итогом которого становится его попадание в воспитательную колонию для несовершеннолетних.

Вторая часть перебрасывает нас уже в начало пятидесятых, когда бывший яростный мальчишка оказывается студентом Токийского университета, подрабатывает репетитором французского языка у дочери видного консервативного политика и сам мечтает о блестящей карьере в этой сфере. А по сути он всё ещё в поисках, поисках себя и своего смысла жизни, та несбывшаяся мечта о войне (как же жутко и иррационально для меня это звучит!) исказила всё его восприятие и мира, и людей. Он всё ещё хочет героически страдать, по крайней мере для меня это единственное объяснение, почему он берётся, не раздумывая о последствиях, помогать той самой своей ученице избавиться от нежелательной беременности. Это решение вовлечёт его в водоворот событий, втравит в борьбу консерваторов и радикалов, заставит пережить страшное издевательство, после которого его поступками будут руководить лишь ненависть и желание мести, и приведёт к тому итогу, которого он сам меньше всего ожидал, но который крайне логичен - он так и не стал героем, рупором или лидером, он просто один из своего опоздавшего на войну поколения.

Сильная книга, тяжёлая эмоционально и будто бы с полным отсутствием светлых пятен, угнетающая и давящая, погружаться в неё мне было морально тяжело, почему и читалась достаточно долго, но при этом история эта заставляет задуматься о многом, чем и ценна, жаль только, что судя по всему сильные мира сего или художку вообще не читают, или же извлекать из неё никаких важных мыслей не хотят... В общем, всем интересующимся Японией, её культурой и историей очень рекомендую, познакомитесь с ней поближе в очень непростой для неё период.

А-а, с той минуты, как я узнал, что война окончена и понял, что опоздал, я сразу же оказался в плену у дьявола — это точно. И у меня не стало свободной жизни. А вы все здесь лишь нанятые дьяволом временные сборщики налогов. Дьявол во мне пострашнее вас, дьяволов

История, описанная в «Опоздавшей молодёжи», по-своему личная для автора. Ведь многое, о чём пишет Кэдзабуро Оэ, ему довелось пережить лично: быть свидетелем эпохи надлома старых принципов, бунтующей молодёжи, противостояния американцев и японцев, корейцев и японцев, американцев и корейцев – в общем, всех против всех. А также предательства и извращённых новых нравов, нового типажа людей, всеми силами стремящихся к цели, заведомо губя остальных. Как и самому герою романа, будущему писателю в момент окончания войны едва исполнилось десять. Он также был выходцем из глухой провинции – деревушки на острове Сикоку, в то время одном из самых отсталых районов Японии. Подобно своему герою, его также ожидал удивительный взлёт – поступление в 1954 году в самый престижный университет Японии – филологический факультет Токийского университета (параллели с персонажем продолжаются).

Центральная фигура всех его романов – обманутая молодёжь. Ведь именно она уже с самого начала привлекла автора. Оэ не просто рассказывает о молодёжи, о тех или иных событиях, в которые она оказывается вовлечённой. Он ставит иную более глубокую задачу – раскрыть мотивы её поведения, понять её душу – по молодости бунтарскую и наивную, по молодости столь же грубую и неосмотрительную. Но, справедливости ради, - писателя привлекает не вся молодёжь, а в первую очередь та, что не желает примириться со сложившимся положением, но в тоже время лишена чётких планов и ориентиров, что и является причиной большинства её бед. Это и есть – обманутое поколение.

1950-ые годы – время духовного разложения самой молодёжи, время массовых протестных движений самых различных толков. Факт последнего, а ещё и дезориентированность молодого поколения, его стремление выразить себя не столько в достижении конкретной цели, сколько в самом факте протеста – и зародили то, что стало центральной темой в «Опоздавшей молодёжи» (1962), исходным пунктом в психологии обманутого поколения. Этот роман – своеобразная исповедь юноши, не попавшего на войну. Парень оказался обманутым в своих искренних идеалах, светлом и самом чистом порыве. Ведь ещё отец говорил: долг каждого японца – попасть на войну и умереть за императора. Невозможно опоздать: с концом одной войны обязательно начнётся ещё одна, а затем ещё. Но что, если самой прежней Японии уже не станет? Что, ели прежние идеалы канут в лету, и придётся жить по-новому? Готово ли к этому новое поколение?

Теперь же, с позорным окончанием войны, бесчинством пьяных американских матросов, насилующих молодых японок, бунтующих корейских поселенцах, императоре, предавшем свой народ, свято и искренне в него верящий – теперь уже будущее утратило свою ясность и определённость, и не укладывается в заранее нарисованную и устоявшуюся веками схему. Но главный герой не верит в происходящее – просто отказывается принимать его. И когда из одной из листовок становится известно, что в ближайших горах формируется отряд для борьбы с американцами – вместе со своим корейским другом Каном, в надежде отыскать там участников сопротивления, не смирившихся с поражением, отправляется в горы.

Ну а дальше – детская колония. Надлом и издевательства, психологическая травма, породившая всеобщую ненависть ко всем вокруг и яростное желание мести. Для этого ему любой ценой просто необходимо стать политиком, лишившись чести и собственного достоинствам. Ведь Токио, в котором теперь пребывает герой, – это город, пожирающий силы, дающий ложные идеалы и надежды. Город, где обитают чудовища, одетые в тела людей, место, что переламывает всех. И выживет, преуспеет здесь лишь самый изворотливый. Так и начинается вторая часть романа – с небывалого взлёта талантливого юноши, что не глумиться предательством, интригами и подлыми обвинениями. Но виноват ли он в этом сам? Ведь таковой была сама среда, что вырастила своего птенца.

Мне кажется, это очень сильный и неоднозначный роман. Много важных рассуждений, намёков и параллелей, что он в себя вобрал, а также то, как точно отобразил саму эпоху, делают «Опоздавшую молодёжь» поистине вечным романом.