Глава 3. Эйви

Я проснулась посреди ночи с ощущением, будто мою плоть разрывают клыки. Дезориентированная, я не сразу вспомнила, где нахожусь. На какое-то мгновение мне показалось, что я снова была в старой квартире в Уилмингтоне, со Слоан и Джесси, но затем я нащупала на шее серебряный крестик, и страх отступил.

«Я больше не с ними. Я в безопасности. Я в безопасности.»

Моя соседка по комнате сладко спала, повернувшись ко мне спиной. Я завидовала ей. Я уже и не помнила, когда в последний раз нормально спала. Нет, это было неправдой. В моей памяти еще были живы воспоминания о времени, когда я могла позволить себе спать дольше пяти часов, не переживая о кошмарах во сне и наяву. Только боль от этих воспоминаний была слишком сильной, чтобы за них держаться.

Я накинула поверх пижамы толстовку с эмблемой Нью-Броукенского университета, которую купила, когда узнала о своем поступлении, и вышла в общую комнату. Все здание общежития, казалось, погрузилось в сон вместе со своими жильцами. Я не слышала ни отдаленных голосов полуночников, ни шагов на лестнице. Тишина должна была успокаивать и клонить ко сну, но вместо этого от нее мне становилось лишь тревожнее.

Слоан всегда перемещалась бесшумно. Если о приближении Джесси мы узнавали заранее из-за его тяжелых шагов и привычки хлопать дверьми, то она подкрадывалась незаметно.

Я потрясла головой. Нет, не думай об этом. Сконцентрируйся на чем-нибудь другом. Например, на первом учебном дне и своих новых соседках.

Мне было не впервой жить с почти незнакомыми людьми и даже делить с ними спальню, но последние три года рядом всегда был Иен. Я и не задумывалась, как сильно привыкла к его молчаливому присутствию рядом со мной, пока не наступил первый учебный день. Наше расписание совпадало лишь наполовину, и отчасти это была моя вина. Лилиан советовала выбрать предметы, с которыми у меня не должно возникнуть проблем, но мне хотелось изучить как можно больше, пока есть такая возможность. Я не знала, как долго сообщество сможет платить за наше с Иеном обучение и оптимистично надеялась, что у меня впереди есть хотя бы пара лет, прежде чем придется выплачивать долги.

Забавно. Когда мне было четырнадцать, я бросила школу, потому что не хотела тратить свою жизнь на бессмысленную зубрежку. А пять лет спустя я готова пойти на все, чтобы подольше задержаться в университете, как бы тяжело мне ни было наверстывать пропущенное.

Я подумала, не написать ли Иену. Этим летом мы жили в основном по ночному расписанию, что также повлияло на нашу адаптацию к новым условиям. Я сильно сомневалась, что он спит, но боялась, что мое сообщение его зазря встревожит. С тех пор, как его мама, Лилиан, меня удочерила, он посчитал своим долгом оберегать меня от любых опасностей и иногда перегибал палку. Иен не хотел поступать в университет, считая его пустой тратой времени, но ему пришлось переехать в Нью-Броукен, чтобы не оставлять меня одну.

Свернувшись калачиком на облезлом диване, я открыла на телефоне электронную книжку, но прочитала не больше нескольких страниц. Организм требовал сна и отказывался сосредотачиваться на чем-либо, но едва я закрывала глаза, как возвращалось ощущение клыков на шее. Сколько лет должно было пройти, прежде чем я смогу от этого отвыкнуть? Когда я смогу выйти на улицу, не оглядываясь испуганно по сторонам, когда перестану бояться, что за мной придут? Мне казалось, что я поборола свои страхи, но раз за разом они возвращались, доказывая мне, что я была неправа.

Ближе к четырем утра мне все же удалось заснуть. Я вымотала себя достаточно, чтобы организм в какой-то момент просто отключился, но когда прозвенел будильник, я едва смогла открыть глаза. После ночи на диване у меня болела спина и шея, а увидев себя в зеркале, я пришла в ужас. В таком виде нельзя было появляться на глаза одногруппникам, и тем более – Иену.

Мне пришлось вылить на себя кучу тоналки и лака, прежде чем мое лицо и волосы перестали выдавать признаки бессонной ночи. К моему облегчению – и удивлению – Иен не караулил меня ни в коридоре, ни на первом этаже. Я дошла до столовой в компании своей соседки, Клэр, но едва мы вошли в помещение, как она убежала к своим друзьям. Я оглядела зал, но не увидела Иена. Вчерашней знакомой, Лейси, тоже нигде не было видно.

«Ты где?» – написала я Иену, стоя в очереди за омлетом. Он ничего не ответил. Я тайно надеялась, что он увлекся разговором со своими соседями, но что-то мне подсказывало, что все было совсем не так.

Удерживая поднос с едой на весу, я замерла у стены, решая, где сесть. Столовая была рассчитана на большие компании, а те несколько столов, которые вмещали максимум два-три человека, уже были заняты. Я вспомнила про столик, за которым сидела вчера с Лейси, и о чудо – он был свободен. Я двинулась к нему, но затем снова остановилась, из-за чего в меня едва не врезался один из студентов.

Может, мне стоит подсесть к кому-нибудь, заодно и подружиться с одногруппниками? «Привет, я Эйви. Давай дружить!» Интуиция подсказывала, что этот детсадовский способ заводить друзей вряд ли сработает в студенчестве, но кто его знает? В любом случае, это лучше, чем подслушивать чужие разговоры и завязывать беседу на основе услышанного. Меня не отпускало чувство, что вчера Лейси разговаривала со мной только из вежливости, и мне не хотелось снова ударить в грязь лицом.

Внезапно я увидела за одним из столиков знакомое лицо. Рыжеволосый парень что-то оживленно рассказывал друзьям, держа одного из них за плечо, будто боялся, что тот в середине повествования сбежит. Вчера он пытался пригласить Лейси на свидание (по крайней мере, мне показалось, что поход в кино был лишь предлогом), но она отшила его. Логика подсказывала мне, что если девушка не захотела продолжать общение с парнем, с которым проучилась полторы недели, то, наверное, за это время произошло что-то, что послужило для нее сигналом держаться подальше от него. А может, она просто не заинтересована в романах во время учебы, или у нее уже есть парень. «Боже, Эйв, хватит увиливать. Ты хотела начать все с чистого листа? Ну так дерзай! Совместный завтрак – это еще не бракосочетание.»

– Привет, – неуверенно сказала я, останавливаясь рядом с рыжеволосым. – Можно я подсяду к вам за столик?

Хотя я обращалась к рыжеволосому, на меня оглянулись все его друзья. Они с любопытством уставились на мое платье с кружевами и массивные красные ботинки до щиколотки. Я почувствовала, что краснею. Зря я подошла. Надо было пойти за тот столик за колонной, где меня никто бы не увидел…

– Да, конечно, – рыжеволосый махнул другу, чтобы тот подвинулся дальше на скамье, и освободил для меня место с краю. – Я Марк. Это Лео, Арчер и Джордан.

– Я Эйви. Приятно познакомиться.

Кто-то из парней кивнул, кто-то лениво махнул рукой. Марк представил их слишком быстро, так что у меня не было ни единого шанса запомнить, кто есть кто.

Марк внезапно наклонился ко мне, прищурившись. Я дернулась назад, едва не упав со скамейки.

– У нас с тобой есть общие пары, да? – выдал Марк, закончив меня рассматривать.

– Экономика…

В глазах Марка появилось озарение. Он наконец отстранился от меня и зачерпнул еще хлопьев из миски.

– Точно. Ты подруга Лейси.

Вряд ли я могла считаться ее подругой после одной совместной пары и обеда, но мне было приятно, что со стороны казалось, что у меня есть друзья. Больше всего на свете я боялась выглядеть отшельницей в глазах других. «Я заметила, что ты практически ни с кем не общаешься. Почему, Эйвелин? Я же вижу, что тебе одиноко.»

– Пойдешь в «Джоконду»? – спросил Марк, выдергивая меня из воспоминаний. – Сегодня показывают «Дракулу».

– Эм, нет, спасибо. У меня… планы.

Отговорка показалась мне слабой, но Марк ничего не заметил. Он раздраженно щелкнул языком.

– У Джордана планы, у Лейси планы, у тебя планы… Мне начинает казаться, что сегодня где-то проходит вечеринка, о которой мне не сообщили. Арчи?

Парень с золотым колечком в ухе, сидящий с другой стороны от Марка, покачал головой.

– Арчер ведет список нью-броукенских вечеринок, – пояснил парень в футболке с надписью «AC/DC». – Праздники, скидки на выпивку, студенческие тусовки – он записывает все, только один черт знает, зачем он это делает, если все равно на них не ходит.

Я вопросительно посмотрела на Арчера.

– Люблю быть в курсе событий, – коротко ответил он.

Парни начали спорить о вечеринках, затем спор плавно перетек на темы, включающие непонятные мне комментарии. Я вяло ковырялась в омлете, слушая их болтовню. Я никак не могла нащупать крючок, за который могла бы зацепиться, чтобы подключиться к беседе, поэтому ограничивалась тем, что запоминала про парней мелкие детали. Так я узнала, что у Арчера, ведущего список вечеринок, была девушка, живущая рядом с кампусом. Джордан и Лео (так и не разобралась, кто есть кто) не скрывали, что не верят в то, что у Арчера есть подружка, так как он даже фотографию ее не показывал.

– А я бы не хотела, чтобы мою фотографию показывали кому попало, – буркнула я.

Я не думала, что меня услышат, но Марк оглянулся на меня.

– Разве фотографии делают не для этого?

– Нет. Их делают для того, чтобы сохранить момент.

– Какой смысл что-то хранить, если никому это не показываешь? – парировал Марк.

– Хранить что-то для себя – недостаточная причина?

– Нет.

– Но когда ты умрешь, то, что ты хранишь, попадет в руки твоих близких или будет продано на аукционе. Тогда это в любом случае попадет в чужие руки. Если, конечно, не будет уничтожено.

Я перестала слушать, что он говорит, после слов «когда ты умрешь». Дыхание застряло у меня в груди, по телу прошла дрожь. Я не хотела вспоминать, но ее слова не отпускали меня, как призраки Рождества. «Чего ты боишься, Эйвелин? Тебя пугает твоя смертность? Или забвение, которое следует за смертью?»

Я заставила себя сделать глубокий вдох и встала из-за скамьи, поправив подол платья.

– Думаю, когда я умру, – сказала я на удивление спокойным голосом. – Меня уже ничто не будет волновать.

Лишь отойдя от стола, я сообразила, что не попрощалась. Как это выглядит со стороны? Что обо мне подумает Марк и его друзья? Моя тревожность достигла пика.

Я не вольюсь в коллектив. Я не справлюсь с учебой. Иену надоест со мной возиться. Я останусь одна, я останусь одна, я останусь одна…

Иен ответил на мое сообщение только под конец пары по испанскому. На занятии я была рассеяна, но, кажется, никто и не обращал на меня внимания. Одногруппники уже предвкушали наступление выходных и поход в кино сегодня вечером, так что им не было дела до молчаливой студентки, теребящей крестик. Когда телефон завибрировал, я не сразу сообразила, что это может быть Иен, поэтому к тому моменту, как я наконец зашла в чат, парень уже закидал меня взволнованными сообщениями.

10:50: «Проспал. Увидимся на литературе?»

10:54: «Все ок?»

10:55: «Эйв, у тебя все хорошо? Я волнуюсь.»

Я не отвечала на его сообщения всего пять минут, в то время как он игнорировал мои почти два часа. Ну и кто из нас должен был волноваться? И все же я была рада его беспочвенной панике – она доказывала, что ему не все равно, что со мной.

«Все ок, я на паре, – быстро написала я. – Занята.»

Когда я вошла в кабинет, где должна была быть пара по литературе, Иен уже сидел с краю в середине аудитории. Я подавила вздох разочарования: я предпочитала сидеть ближе к преподавателям, но и пересаживать брата из-за моих желаний не хотелось.

– Я тут подумал, – начал Иен, едва я к нему подошла. – Может, купим тебе смарт-часы? Преподаватели ругаются на них меньше, чем на телефоны, и так ты сможешь видеть, что сообщения от меня, а не от кого-то еще.

– Я уже говорила, что мне не нужны смарт-часы. Я и обычные-то не ношу. Вообще, Иен, если часы кому-то и нужны, так это тебе. Хочешь, я буду будить тебя по утрам, как раньше?

Я никогда не встречала человека, который бы спал крепче, чем Иен. Когда мы учились в старших классах и спали совсем мало, пытаясь подготовиться к экзаменам, я могла его разбудить только с помощью льда и нюхательной соли.

Иен вздрогнул.

– Ну уж нет, спасибо. Просто я еще не перестроился под университетское расписание.

– Я тоже, – призналась я.

Иен окинул меня долгим взглядом.

– По тебе не скажешь.

«Потому что я умею пользоваться тоналкой, дурачок.»

Я пожала плечами.

– Просто я выносливее тебя.

Тут Иен улыбнулся. Это было едва заметное искривление губ, но после того, что случилось в августе, он редко улыбался по-настоящему, так что я была рада и этому.

Краем глаза я следила за всеми, кто входил в аудиторию, поэтому сразу заметила каштаново-рыжеватую копну волос Лейси. Новая знакомая остановилась в дверях, оглядывая помещение в поисках свободного места. Я помахала рукой, привлекая ее внимание, и жестом пригласила к нам. Я успела заметить вспышку неуверенности на ее лице, прежде чем Лейси надела улыбку и вбежала по ступенькам.

– Привет. Как прошел первый учебный день? – поинтересовалась она, присаживаясь рядом со мной.

Она посмотрела на Иена, сидящего по другую сторону от меня. Тот никак не отреагировал на появление Лейси, уткнувшись в телефон. Мне захотелось его стукнуть. Нужно поговорить с братом, прежде чем он распугает моих потенциальных друзей своим поведением.

– Нормально. Только вот никак не втянемся в учебный ритм – за летние каникулы привыкли вставать не раньше часа дня.

Лейси понимающе кивнула, доставая тетрадь и ручку. Я обратила внимание на ее запястья, точнее, на браслеты. Они удивительно точно подходили под ее разноцветную рубашку, из-за чего я подумала, что они шли в комплекте, и были довольно широкими – на мой взгляд, даже слишком широкими для узких запястий Лейси, но судя аж по двум кулонам на ее шее, она не любила мелочиться.

– Знакомо, – ответила Лейси. Я отвела взгляд от ее рук до того, как она могла заметить, что я пялюсь. – Обычно я начинаю готовиться за неделю до начала занятий: ставлю будильник и каждый день немного его сдвигаю на более раннее время.

– И как, помогает?

Лейси фыркнула.

– Не особо. Но зато я могу утешать себя мыслью, что я попыталась.

Я улыбнулась Лейси, и она улыбнулась в ответ. Мне показалось, будто мы знаем друг друга уже очень давно, хотя познакомились только вчера. Она выпрямилась, когда в аудиторию вошла преподавательница, и заправила темные вьющиеся волосы за уши. Ее движения были плавными, но немного скованными. Рядом с ней мне было спокойно.

Нечто похожее я чувствовала, когда была рядом с Иеном.

Литература прошла довольно хорошо: мы изучали «Маленького принца». И хотя я читала эту сказку еще в детстве, я обнаружила, что не помню из нее ничего, кроме смерти Маленького принца. Мы с Лейси делали пометки в тетради, в то время как Иен почти всю пару просидел в телефоне. Я не понимала, что с ним происходит. В школе ни я, ни он не были отличниками, но там он прилагал хоть какие-то усилия к учебе. Я еще могла его понять, была бы это середина семестра, но мы учились всего лишь второй день. Он не мог уже устать от ранних подъемов, скучных занятий и горы домашки, так в чем же дело? Иен должен был удержаться в университете хотя бы ради меня – и, раз уж на то пошло, ради своей мамы, которая выбила для нас стипендию.

В конце пары преподавательница напомнила о том, что нужно разбиться на группы и выбрать одну из тем из списка для промежуточного проекта. Мое сердце затрепетало от страха при мысли о том, что придется искать, с кем можно объединиться в группу и выяснять детали задания, но затем я подумала о том, что Лейси, возможно, работает над проектом одна. За эти два дня я не видела, чтобы она перекидывалась парой слов с кем-либо, кроме меня и Марка, и парень, судя по всему, не вызывал у нее особого восторга.

– Ты еще свободна для проекта по литературе? – спросила я Лейси, собирая учебники.

Лейси посмотрела на меня, быстро моргая, будто только сейчас вспомнила обо мне. Это задело меня сильнее, чем мне бы хотелось.

– Ну, я уже договорилась с Марком, – медленно сказала Лейси. Я погрустнела. – Но нам разрешили поделиться на группы от двух до пяти человек. Если он больше никого не позвал, можем объединиться.

Лейси посмотрела на Иена, явно решая, стоит ли распространять свое приглашение и на него.

– Мы были бы признательны, если бы вы взяли нас к себе в группу, – сказала я, пихая Иена под ребра. – Не так уж просто влиться в процесс в одиночку.

– Ммм? – Иен поднял голову от телефона и наткнулся на мой недовольный взгляд. – А, да.

Я закатила глаза.

«Прости,» – произнесла я одними губами, обращаясь к Лейси. Она натянула на лицо доброжелательную улыбку, но ее глаза выдавали истинные эмоции. Сейчас она предпочла бы укус змеи, нежели общество моего брата.

– Пообедаем вместе? – выпалила я.

Лейси заколебалась. «Пожалуйста, дай мне шанс. Пожалуйста, дай мне шанс, потому что мне комфортно с тобой, хотя я понятия не имею, почему, и потому что я не уверена, что мне хватит сил на знакомство с кем-то еще…»

– Да, конечно.

У меня отлегло от сердца. Не боись я спугнуть Лейси, я бы прямо сейчас ее заобнимала до смерти. «Итак, Эйви, попытка номер два, – подумала я, следуя за Лейси и таща Иена за собой. – Не испорть ее.»