Предупреждение

От автора

Прежде, чем поблагодарить вас за присоединение к этой истории, я должна предупредить: ничего из того, что вы здесь прочтёте, не будет нормальным. Впрочем, поэтому вы книгу и открыли. Я желаю вам приятного путешествия на аттракционе под названием «эмоциональные качели» и хотела бы воззвать к голосу разума каждого: оставьте подобные развлечения книжным персонажам, а сами выбирайте здоровых и психологически зрелых партнёров. Если вам нет 18 лет или вы чувствуете, что лобные доли не сформировались - и вы романтизируете психологически неправильные поступки, закройте книгу.

В отличие от моих предыдущих работ, эта история не даст вам чувства уюта, жизнерадостности, перечитывая историю и продумывая сюжет, я испытывала лишь тревожность и подавленность. Если подобное вам не подходит, закройте книгу.

Если читать внимательно, можно найти очень много интересных деталей. Если же подобное не интересует, то я оставлю ниже номера глав, которые точно не оставят вас равнодушными.

И еще небольшая инструкция перед прочтением:

А́дам – верное ударение в имени персонажа.

Всё в порядке, если вас будет очень сильно бесить один персонаж. Когда я писала историю про Кристофера Дубровского («Твоя игра - мои правила»), я сломала несколько клавиатур, так сильно он меня злил. В этот раз из-за одной мадам я хотела выбросить ноутбук в окно при написании и вычитке.

На этом, пожалуй, всё. Ах, и да, спасибо, что остаётесь с моими героями!

Пролог

Посвящаю девушкам, которые не станут выбирать парня с маской.

Тем, кто достаточно смел, чтобы надеть её самой

и начать собственную охоту

Богдан

Двадцать первый век – время, когда каждый может стать королём своего дела. Тебе не нужно садиться на трон и носить корону, чтобы тебя им считали, достаточно быть тем, кто даст пример остальным.

Что касается меня, я ужасный пример. Глядя на меня, вы будете тыкать пальцами и говорить своему ребёнку учиться лучше, чтобы он не стал таким как я. Вы будете смотреть на девятнадцатилетнего аболтуса, что спит днями и совершенно не нужен своим родителям. Вы решите, что он опустил давно свои руки и больше никогда их не подымет, потому что моё поколение лениво, бесполезно и думает только о себе.

Что ж, тут вы правы и практически во всём. Я сплю днями, потому что время моего правления – ночь. Я абсолютно не нужен родителям, потому что они уже с пелёнок решили, что я самостоятельный человек и сам могу о себе позаботиться. И да, опустил руки я давно, приходиться держать их в карманах брюк, чтобы не ударить очередного безмозглого, который меня раздражает. Я ленивый, бесполезный для вашего общества и действительно думаю только о себе.

Именно моя лень дала мне новое дело, в котором я король. Ночь – моя сила, именно тогда ко мне приходят те, кого вы практически никогда не видите, а поэтому за общество и не считаете. Они приезжают на машинах, которые вы видите лишь с плоских экранов смартфонов и изредка вздыхаете. Они носят аксессуары, которые стоят больше квартир, в которых вы живёте. Я же даю им немного огонька, потому что с деньгами ты можешь купить всё, но вот за азартом нужно ещё поохотиться.

Я король подпольного покера. За участие в одном из моих турниров вы отдадите больше, чем заработаете за год. И что же вы получите от меня?

Славу, почёт среди остальных здешних обывателей и безумное количество азарта, которого больше не хватает в жизни истосковавшимся и изголодавшимся богачам.

Я люблю покер. Это моя маленькая слабость, которую я превратил в неплохой источник дохода, и два раза в год он приносит мне прибыль на пару нулей больше, чем обычно. Я решил устроить турнир среди постоянных клиентов, который проходит первого октября и первого апреля.

Элита, что приходит ко мне выкинуть состояние и заработать почёт, не знает, что даже у обычного турнира есть свои мотивы. Я в поиске…

Мне нужен человек, который станет для меня одним из главных в жизни. Если вы не классический игрок в покер, то знакомы с комбинацией Five of a Kind. Когда в игру вступает Джокер, оказывающиеся рядом с ним четыре туза накрывают по силе любую комбинацию.

Три туза я нашёл. Это ребята, с которыми вам лучше никогда не связываться. А если вас случайно с ними что-то столкнуло, то советую делать ноги. Тем самым непостоянным членом группы, что появлялся лишь по собственному желанию, являюсь я. Богдан, шут или просто Джокер. Так меня называют на турнире, где каждый берёт себе псевдоним. Но именно «Джокера» нужно заслужить, и я жду того, кто наконец-то составит моему титулу конкуренцию.

Этот человек не займёт моё место, но он получит звание Червового Туза. У каждого из нас свои цели в жизни, и моя - найти того самого пятого члена команды.

Эта весна мне это предвещала. Глядя со второго этажа на всех гостей на первом этаже в платьях и смокингах, я искал Чёрную вдову, человека, чей псевдоним здесь был на слуху уже чаще моего. Он появился недавно, выигрывал несколько партий для набора очков, привлечения моего внимания и уходил. Каждый раз сумма его выигрыша оставалась прежней, но соперники были сильнее и сильнее, и пока что никто ему не проиграл. Я ждал его, что бы сразиться сегодня, жаждал этой встречи как никто другой, и я чувствовал, что скоро мои поиски закончатся. Он всегда выбирал vip комнаты, в которых никто не знал своего соперника, он попадался случайным образом, но равный по силе.

На турнирах можно было скрывать свою личность, надевать маску или прятать волосы под париком. Но у всего были границы: маски обязательно должны были открывать глаза и губы, остальное было не важно. Чёрная вдова, по слухам, вооружилась всем, чем могла. И я решил показать игроку себя чуть раньше, чем требовал турнир. Я вышел на последний этап отборочного вместо финала, что состоялся за две недели до главной игры первого апреля. Всё потому что мне натерпелось заглянуть в глаза человеку, который заставлял кипеть мою кровь от одних слухов о нём.

В свете пафоса, роскоши и богатства мелькнул бордовый плащ. И, почувствовав, как ускорился мой собственный пульс, понял, что это он.

- Чёрная вдова здесь, - оповестил меня охранник.

- Я уже понял.

На моих губах играла ухмылка, потому что наши взгляды с вдовой встретились. Игрок поднял голову, чтобы посмотреть на балкон, где стоял я, переговариваясь с некоторыми гостями. У него был бордовый плащ и кружевная чёрная маска, а еще яркие губы. Чёртовы алые губы, как и полагалось червовому тузу. Я отставил бокал на поднос и стал спускаться по лестнице, чтобы подойти к игроку ближе. Но словно испугавшись, он развернулся и принялся убегать. Ну, уж нет, Чёрная вдова, сегодня мы с тобой сыграем.

Глава 1

Регина

Я хочу рассказать вам историю. Местами забавную, а где-то грустную, в ней есть и моменты, от припоминания которых у меня щемит сердце, и происходит это до сих пор.

Сердце? Я сказала «сердце»? Нет, правильнее выразиться – то, что от него осталось. Оно разорвалось, разбилось с треском, не оставляя и шанса на восстановление, но я не хочу зацикливаться на своих чувствах. Так уж вышло, что людей в моей жизни было слишком много, и с моей стороны было бы слишком эгоистично останавливаться на одной себе. И вам стоит помнить, что, внимая эту историю, вы должны смеяться: с глупости, с неловкости и порой самых неудачных совпадений. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на страдания, слёзы и переживания.

А мне пора начинать…

Сперва закройте глаза и представьте: что у вас ассоциируется с детством? Запаха сосисок на костре в походе с лагерем на каникулах? Рой комаров в деревне у бабушки, куда вас отправляли родители каждое лето? Или может чьи-то мягкие прикосновения, тихие сказки на ночь или колыбельные? Ваше первое падение с велосипеда, когда вас родитель точно заверял, что держит за багажник, а вы вдруг обернулись и увидели, что никакой поддержки нет? Или всё же вам больше запомнились из детства ссоры родителей, их крики, осколки от посуды, которые мама подметала, утирая слёзы и говоря тебе, что всё хорошо, а ты стоял посреди комнаты и не знал, что делать? Или у вас и вовсе не было родителей, но их отсутствие не отменяет наличие твоего самого безбашенного возраста в жизни? Или вы всё же считаете, что у вас не было детства?

Кто бы что ни представил, могу сказать точно одно – то, что происходило с вами в том возрасте, вас сформировало сейчас. Ваши страхи, ваши цели, планы, даже люди, которых вы выбрали в круг «особенных», являются отголосками вашего детства.

Вы не подумайте, я по профессии далеко не психолог, больше скажу, я и философствовать не особо люблю. Хотя многие думают совершенно иначе, глядя на тихую ухоженную двадцати пяти летнюю девушку.

Просто сейчас я держала в руках журнал «Мурзилка», и случайно окунулась в прошлое. Наверно так бывает, когда твоё детство ассоциируется именно с этим словом…

- Мурзилка, иди к нам!

Хотите знать, кто эта девочка, что бегает с двумя короткими хвостиками из резинок всех цветов радуги, испачканными в земле джинсовом комбинезоне, розовыми пухлыми щеками и сопливым носом вокруг пьяных взрослых мужчин?

Это я. И мне пять. А еще я плохо понимаю происходящее, но мне весело, а это главное.

Я взобралась на деревянную скамейку, которую папа сделал собственноручно, и снова посмотрела на его руки: они были сухими, припухшими и в постоянных мозолях, наверняка, как у всех плотников.

- Что это? – он развернул мне карты.

- Каре, папочка?!

Остальные удивлённо открыли рты, а после рассмеялись.

- Да, малышка, а еще это значит, что твой папочка снова выиграл, - его массивные холодные и сухие руки погладили меня по голове.

Я не видела глаз, не знаю их цвета, помню лишь, что они были добрыми. Вечная щетина на подбородке, облако дыма, как лучший друг, и карты.

Кого-то учат алфавиту до школы, кого-то устному счёту, меня, хочешь не хочешь, заставили выучить комбинации карт в покере, и не только в нём. Двадцать один, дурак, водолаз, пасьянс. Правила игры я могла рассказать как считалку, но играть никто не давал. Но я была ужасно горда, когда папа подзывал меня, что-то спрашивал, а иногда давал в руки колоду, чтобы я перетасовала карты.

В ушах до сих пор их шелест. В носу запах новой упаковки, краски и лака. Всё это возвращает меня в детство.

Чтобы понять меня сейчас, мне стоит еще кое-что рассказать.

За тем столом, который папа сделал так же сам (с моим участием конечно), в очередной раз заработав новые занозы, сидели всегда его друзья.

В отличие от меня, что даже с местной детворой не нашла общий язык, мой папа был любимцем общества. Но кое-кто был рядом с ним всегда, не считая вечно недовольную маму, что постоянно причитала за нестабильный заработок, и меня, рыжеволосую девчонку, что всегда тягала сопли по полу. Их было четверо. И вам ни к чему запоминать имена, потому что мои детские ассоциации намного лучше охарактеризуют этих людей.

Под два метра, огромный, всегда в белой майке, и почему-то чистой и выглаженной, с пивным мягким пузом (в которое я любила врезаться с разбегу при каждом появлении этого здоровяка в нашем доме, а после отпружинить, и так раз за разом, пока меня не оттягивал за уши папа). Его звали Сорока.